Хроники книгоходцев - Милена Завойчинская

– Вы натуры творческие, слепите мне снежную бабу.

– Вот еще! – фыркнул ушастик и задрал нос. – Мне чувство прекрасного не позволяет заниматься халтурой.

– Хорошо, сделай тогда красивую снежную деву. Снегурочку, – не стала я спорить.

– Вот это запросто! – обрадовался эльф, поправил варежки и скомандовал: – Кирюха, брысь отсюда, чтобы не отвлекала. Карел, скатай два шара и положи тот, что поменьше, сверху. Головой я займусь сам. Ну и потом твою заготовку отшлифую…

– А может… – заикнулась я, потому что уходить мне совершенно не хотелось. Интересно ведь.

– Ты еще здесь?! – цыкнул на меня Зайчик. – А ну марш отсюда! Не мешай художнику творить!

Позвали меня парни лишь часа через три, сообщив, что шедевр готов и мне разрешено на него взглянуть. Я быстро оделась, махнула Лоле и Фокси, чтобы поторопились, и мы поскакали на улицу любоваться.

Да уж, эльфы – это эльфы. У них даже снеговики изящные до умопомрачения. Во дворе между корпусами стояла настоящая сказочная Снегурочка с длинной косой, перекинутой на высокую грудь, с огромными глазами, аккуратным носиком. Снежная дева стояла, сложив руки перед собой, и Рив умудрился ей даже ноготки на пальцах вылепить. Издалека вообще казалось, что это припорошенная снегом живая девушка, застывшая в задумчивости и смотрящая куда-то вдаль.

– Ну! Хвалите меня! – распустил хвост Ривалис.

– И меня! – со смешком произнес Карел. – Я тоже помогал.

– Молодцы! Круто! – не стала я скупиться на добрые слова. – А теперь вы – кыш! Великий маг Кира Золотова будет одушевлять Снегурочку.

К этому времени уже выбежали остальные члены нашей банды, увидевшие нас из окна. И пока я, сосредоточившись, колдовала, они шушукались и толкались.

Я сделала завершающий пасс, выпустила силу и…

Белоснежная девушка повела плечами, словно очнувшись ото сна, медленно повернула голову и взглянула на меня бельмами глаз.

– Кто я? – вьюжным голосом спросила она.

– Снегурочка! – весело ответила я и принялась скакать на месте от радости, что у меня все получилось.

– Снегурочка? Красиво… А что я тут делаю? – отвлекла меня дева.

– Не знаю, – пожала я плечами, сияя как сто тысяч солнц. – Стоишь, гуляешь, смотришь… Можешь сходить к коту и русалке, пообщаетесь…

– Кир, – настороженно произнесла Тельтина, подергав меня за рукав. – Какая-то она уж очень настоящая. Големы не разговаривают…

– Да? – озадачилась я, припоминая корявые глиняные фигурки, получавшиеся у адептов на уроках. – Да ладно, нормально всё. Просто она в натуральную величину, а те-то мелкие и кривые.

– Ох, чую я, ректор не обрадуется, – проводила взглядом в спину Снегурочку Тина.

– Да чего такого-то? – не поняла я. – Это же голем. Нас ведь учат, я тренировалась… Не монстра же какого создала, а красивую девушку.

– Вот это-то и пугает… – подошел к нам Изверг. – Кира, а Снегурочка в вашей сказке что делает?

– Внучка Деда Мороза она… – нахмурила я брови. – Подарки ему помогает раздавать детишкам. Еще… влюблена она была в одной сказке в музыканта, а потом прыгнула через костер и растаяла.

– Ну-ну, – хмыкнул дерхан, задумчиво глядя на удаляющуюся белоснежную фигурку.

– …Золотова! Ну до каких пор?! – сетовал магистр Новард через несколько дней.

Я любовалась ковром и отмалчивалась, ибо сказать мне было нечего. Подставы от милой, доброй, скромной Снегурочки я никак не ожидала. Кто же мог предположить, что девушке так будет хотеться любви и тепла? Она не давала проходу ни одному парню в школе. Пристраивалась рядом и, подцепив под локоть, шла с объектом ее внимания в том же направлении. Спрашивала, красивая ли она, нравится ли… Когда жертва удирала, ее место занимала другая особь мужского пола. Слава богу, агрессии Снегурка не проявляла, но была приставучей, нудной и навязчивой до зубовного скрежета. Причем девушки ее не интересовали, исключительно мужчины. И ладно бы только адепты, так ведь нет! Эта особа и преподавателей домогалась.

А самый ужас был в том, что ее не удалось развеять. Ну, в смысле, развоплотить и убрать то, что делало ее псевдоживой. Особенно старался мучитель Закариус, которого чуть Кондратий не обнял, когда белоснежная холодная девичья рука погладила его по щеке и с томным придыханием ее обладательница произнесла: «Какой очаровательный и милый мужчина».

Вероятно, магистр некромантии мнил себя каким угодно, только не очаровательным и милым.

– Адептка! – рявкнул ректор.

Я вздохнула и развела руками.

– Вот что мне с вами делать? – задал он риторический вопрос, наверняка в очередной раз мысленно сворачивая мне шею.

Я украдкой покосилась на Аннушку, невозмутимо стоящую у окна и наблюдающую за представлением во дворе.

– Она скоро растает, – произнесла я.

– Золотова, зная вашу натуру, сильно в этом сомневаюсь. Ничуть не удивлюсь, если ваша снежная девица и в летнюю жару будет бродить по территории школы.

– Магистр Новард, думаю, вы должны дать премию магистру Ноэлле, – внезапно заговорила темная фея.

Мы с ректором, не сговариваясь, вытаращились на нее, совершенно не улавливая связи между Снегурочкой и якобы причитающейся премией преподавательнице дисциплины по созданию големов.

– Она прекрасно знает свой предмет. Научить адептку за два месяца создавать голема из снега… Полагаю, ни в одной магической академии таких казусов еще не было.

Глава школы призадумался, я тоже. Теперь вот гадай, то ли я в очередной раз напортачила, то ли, наоборот, сделала все как надо, но слегка превзошла умения студента, только-только начавшего изучать сию науку.

– И что вы предлагаете, магистр Кариборо? – побарабанив пальцами по столу, поинтересовался ректор.

– Пусть на Снегурочке все желающие старшекурсники тренируются и пытаются дезактивировать, – повела плечом Аннушка. – В любом случае польза.

– А я? – робко задала я вопрос, глядя на магистра Новарда.

– А вы, Золотова… Вы… Даже не вздумайте! Если вы в нее еще силы добавите, то… И пусть вся ваша банда держится от нее подальше. Спелись, голубчики! Не смейте ничего предпринимать!

– Есть держаться подальше и ничего не предпринимать! Магистр, но она непременно растает. Точно-точно! Ей по сказке положено, она же Снегурочка.

– Во-о-он!

Вот и поговорили… М-да.

Забегая вперед, скажу, что дезактивировать моего голема никому не удалось, но она действительно растаяла в середине весны. Однажды вечером после жаркого не по сезону денька Снегурка осела грязной ноздреватой кучкой снега на влажную землю.

Даже жалко как-то было, и не мне одной. Хоть она изрядно всем надоела, но все же своя. Школьная достопримечательность опять-таки. Да и безвредная она была, пусть и прилипчивая и влюбчивая до невозможности.