Новый дозор - Сергей Лукьяненко

— А ведьмы всегда это знали, — сообщила Арина. — Неужели ты думаешь, что ведьма — это грязная страшная бабища, которая варит в котле неаппетитные субстанции и бормочет «бамбара-чуфара, пикапу-трикапу, лорики-ерики»?

Я предпочел промолчать. Арина, явно наслаждающаяся ситуацией, пила кофе.

— Ну, что решил? — требовательно спросила Арина.

— Даже то, что я говорю с тобой и не пытаюсь тебя задержать, должностное преступление, — буркнул я.

Арина фыркнула.

— Клянись Светом и Тьмой, — сказал я.

Арина подняла на меня глаза.

— Клянись, что ты не имеешь никакого отношения к сну, приснившемуся мне этой ночью, — продолжил я.

— Значит, все совсем плохо, — понимающе кивнула Арина. — Хорошо…

Она несколько секунд молчала, будто вспоминая что-то. Потом протянула через стол руки, повернула так, чтобы ладони были обращены вверх.

Меня обдало холодным ветром.

Все немногочисленные постояльцы отвернулись в другую сторону и старательно перестали нас замечать.

— Я, Арина, клянусь Изначальными Силами. Я, Темная, ведьма вне рангов, клянусь Тьмой — и пусть вечная Тьма будет свидетелем моих слов. Я, Светлая, целительница вне рангов, клянусь Светом — и пусть вечный Свет будет свидетелем моих слов. Я, тринадцатая и последняя глава высшего Конклава Ведьм, клянусь землей, из которой пришла, водой, которая внутри меня, воздухом, который снаружи меня, огнем, в который я приду. Я не оказывала никакого влияния на тебя, твои сны, твои пророчества, твои мысли, твои видения, твои желания, твои страхи, твою любовь, твою ненависть, твою радость и твое горе. Все, что я сказала тебе, истинно либо сочтено мной истинным.

На ее левой руке заплясало белое пламя, на ее правой руке сгустилась тьма. Арина свела ладони — и между ними заплясал бешено крутящийся шарик. Он был одновременно белым и черным, светящимся и поглощающим свет. Не серым, как у Инквизиторов, а именно двойственным, одновременно Светлым и Темным.

— Я верю тебе и принимаю твою клятву, — сказал я.

Шарик свернулся в ослепительно черную точку и исчез.

— Значит, глава высшего Конклава? — уточнил я. — А в Дозорах так гадали, кто же им был и куда исчез…

Арина пожала плечами.

— Я просто выбираю меньшее зло, — добавил я.

— Выбирая меньшее зло, ты никогда не должен забывать, что все-таки выбрал зло, — серьезно сказала Арина.

— Но не выбирая ничего, мы выбираем сразу и большее, и меньшее зло, — ответил я.

— Значит, мы друг друга поняли, — кивнула последняя верховная ведьма распущенного почти сотню лет назад Конклава.

— Но остается одна небольшая проблема, — сказал я. — Тигр. Как я понимаю, сейчас пророчества неактивны.

— Спят, — кивнула Арина.

— Если они станут известны нам — за нами придет Тигр.

— Но если мы сообщим их людям — Тигр оставит нас в покое.

— А если пророчества плохие? Предлагаешь героически погибнуть? Или открыть ящик Пандоры и наплевать на людей?

Арина покачала головой:

— Нет и нет. Ведьмы всегда предпочитают выбрать третий путь.

Я вопросительно посмотрел на нее.

— Мы пытались понять природу Тигра, — сказала Арина. — Как ты уже, наверное, понял, в некоторых областях Конклав обладал знаниями, не уступающими Дозорам. Успеха мы не добились, но… — Она помолчала. — Мы нашли Иного, кто знает, как победить Тигра. Он жив. Я предлагаю встретиться с ним, получить эту информацию — и уже после этого открывать пророчества.

Я посидел, переваривая услышанное. Спросил:

— И где он? Почему-то чувствую, что не в Лондоне и не в Москве.

— На Формозе, — кивнула Арина.

Мне потребовалось несколько секунд, чтобы вспомнить, что во времена Арины называли Формозой.

— Тайвань? — Перед глазами у меня невольно всплыл глобус, который я год назад подарил Наде для общего развития. — Это… это сколько же…

— Почти десять тысяч километров. Четырнадцать часов. К счастью, есть прямой рейс. — Арина посмотрела на часы. Изящные часики из розового золота и, кажется, с бриллиантами. — Сейчас половина восьмого. До рейса час сорок пять минут. Тебе долго собираться?

— Ты хочешь сказать, что у тебя уже есть билеты? — уточнил я.

— Я хочу сказать, что на рейс я нас зарегистрировала вчера вечером. Тебя не очень смутит отсутствие визы? Чистое белье купишь в аэропорту, если успеем, а нет — так в Тайбэе.

— Надо полагать, такси ждет? — спросил я.

— Ждет, — кивнула Арина. — Счетчик тикает. Ну как… что решаешь?

Я намазал маслом кусок хлеба и положил сверху ломтик сыра. Откусил, прожевал, а потом уже сказал:

— Мне не надо покупать белье. Даже носки не нужны. Света собрала меня на неделю.

* * *

Глядя, как исчезает под самолетом Лондон, я думал о том, что сейчас совершаю.

Вся наша жизнь — бесконечный выбор. Остаться дома или выйти прогуляться. Пойти в кино или посмотреть телевизор. Выпить чая или воды.

Даже эти никчемушные выборы могут переменить всю жизнь. Что уж говорить о выборе посерьезнее! Жениться или повременить. Сменить работу или остаться на прежней. Переехать в другой город или в другую страну.

Мне тоже приходилось выбирать — и я до сих пор не знаю, всегда ли делал правильный выбор. Но то, что я совершил только что, рисковало стать самым серьезным выбором в моей жизни.

Нет, дело, конечно, было не в том, что я не кинулся арестовывать Арину, как велели уставы Ночного Дозора и циркуляры Инквизиции. Как маг вне категорий, пусть даже мой ранг был несколько сомнителен и отражал скорее потенциал и чистую Силу, чем опыт и мудрость, которые должны к Силе прилагаться, я был достаточно свободен в своих поступках.

Я мог, к примеру, заявить, что не считал себя способным задержать Арину (что было правдой!) и решил потянуть время.

Или — и мне тоже не пришлось бы грешить против истины — я мог аргументировать свой поступок необходимостью получить дополнительную информацию и выяснить, кто и как способен противостоять Тигру. В конце концов, недавние события в офисе показали, что это вполне актуальная задача!

Ну и сам факт двух пророчеств и моего собственного странного сна прямо-таки требовал дальнейшего расследования.

Конечно, по-хорошему стоило бы сообщить о происходящем… ну хотя бы Гесеру. Но и тут у меня было убедительное оправдание — Высшая ведьма, да еще и бывшая глава Конклава, способна перехватить практически любые сообщения, даже связь ученика с наставником.

Так что с официальной стороны я был более-менее в безопасности. Оправданий для своего поступка у меня найдется вагон и маленькая тележка.