Терновая ведьма. Исгерд - Евгения Спащенко

— Схожу — проверю, а ты стереги. Да глаз с ведьмы не своди — не то удерет!

Стоило Иде скрыться, Изольда принялась вертеть затекшей шеей из стороны в сторону в надежде выяснить, в какой переплет она угодила. Положение было хуже некуда. Ноги оказались связаны, руки также опутывала толстая веревка, верхний конец которой предусмотрительно намотали на железный крюк. Тот, в свою очередь, крепился к канату, подвешенному к потолочной балке. Именно за него и тянула злобная глодальщица, желая поднять пленницу повыше и показать тем самым, кто хозяин в этом жутком доме.

Но дом ли кругом вообще? Украдкой потирая о предплечье ноющий от недавнего удара затылок, Изольда на миг воскресила в памяти темную могильную насыпь. Курган на кладбище выглядел внушительно — под землей его переходы точно тянутся до бесконечности. И нет сомнений в том, что принцесса сейчас в одном из сырых могильных залов.

Она обшарила комнату быстрым взглядом, пряча его под густыми ресницами: для вырытой ради покойников комнатушки размер усыпальницы был огромен. Скругленные неровные стены куполом уходили под потолок. Там и здесь в них виднелись слепые провалы узких ходов. Всего Изольда насчитала двенадцать — и то лишь из главного холла. Если туннели разветвляются в глубине, бегство по ним без знания нужного направления равносильно погибели. Хорошо, что она запомнила лаз, ведущий на поверхность.

В центре комнаты громоздился черный от сажи исполинский чан. Очаг под ним развели прямо на земле и, похоже, никогда не гасили: золы и обугленных дров кругом валялось столько, что не выгрести и за неделю.

От варева на огне разило сладковатой гнилью и чем-то тяжелым, удушающим. Чтобы не вдыхать тошнотворные пары, терновая колдунья поспешила отвернуться.

Глаза ее задержались на грубых полках в алой полутьме. Груды перьев захламляли их, а еще мотки ниток, птичьи кости и грязные колтуны звериной шерсти. Так вот где глодалыцицы плетут свои амулеты! Теперь принцесса была уверена, что костяные побрякушки мастерят именно они. Не иначе, чтобы заманивать путников поближе к логову. А там усыпляют несчастных и…

Изольда качнулась на своем крюке — ее замутило. Но малодушная Арса расценила это как угрозу.

— Эй! — Ее жилистый кулак поднялся над дымящим котлом. — Вздумаешь брыкаться, напущу на тебя Ферха! Его твои завитушки не страшат.

— Я только желаю усесться поудобнее, — неожиданно смиренно возразила Изольда. — А ваши тиски мешают. Либо опусти крюк, чтобы я могла сидеть, либо дай подняться на ноги.

— Может, и перину тебе подстелить? — осмелела глодальщица. — У нас здесь не постоялый двор!

— А я и не прошу о подушках да похлебке, — поражаясь собственному безрассудству, промолвила принцесса. — Просто немного ослабь веревку… и в благодарность я не стану ябедничать Иде о том, что ты натворила…

Стрела была пущена наугад, но, как часто приключалось с Изольдой, попала прямехонько в цель. Арса, больше солнечного света опасавшаяся старших сестер, затряслась, заозиралась в страхе.

— Что ты можешь знать, девчонка? Тебя там не было!

— Нет, — кивнула колдунья с готовностью, чудом сохраняя самообладание. — Но я — терновая ведьма и толкую прошлое, будто раскрытую книгу. Как ни старайся, не убережешь ни одну тайну.

Оставалось уповать на то, что обеспокоенная чем-то глодальщица не раскусит ее нехитрое притворство, иначе ей не избежать гибели.

Старуха сердито ощерилась, не преминув, впрочем, отступить к дальним полкам.

— Брехня! Никогда о тебе не слышала.

— А о терновой принцессе тебе известно?

— Фех-фех… — Чудовище зашипело, сплевывая в огонь. — Не произноси ее имя в Гладан-Къёль! Слава могильным камням, бестия сотни лет как мертва и новой в Тьер-на-Вьёр не предвидится… Тина и кости, не собираюсь снова помирать от голода, перебиваясь белками да подземными крысами, пока она хозяйничает в Терновой стране…

Сморщенное лицо побурело, словно от притока крови. Самое время, рассудила Изольда, поджимая саднящие колени. Опираться на них с каждой секундой становилось больнее.

— Если не хочешь голодать, опусти крюк… Иначе разболтаю твой секрет Иде или Ойре!

Услышав имя самой старшей сестры, Арса беспомощно втянула лысую голову в плечи и заковыляла к пленнице. Провиниться перед свирепыми родственницами для нее было хуже смерти. Наверняка они сурово накажут сестрицу, проведав, кто по ошибке уничтожил годовой запас магических усыпляющих трав.

Но разве Арса намеренно бросила их в огонь? Нет, нет и нет — лишь хотела поколдовать, пока Иды и Ойры не было дома, а корзина возьми да и вспыхни зеленым пламенем!

Что оставалось делать? Глодальщица наскоро насобирала на погосте крапивы и набила ею новое лукошко до отказа. Вдруг никто не заметит? Хорошо еще, у очага хранился запас сушеных связок. Его-то сестры и использовали этой ночью, дабы усилить одурманивающее влияние двух полных лун. Но час назад сгорели последние корешки. Потому Арса так нервничала, отправляясь в кладовую за новой партией.

— Ну что же, — полюбопытствовала принцесса с нажимом, — мне кликнуть Иду или ты выполнишь мою просьбу?

— Умолкни, болтливый мешок с костями! — злобно гаркнула глодальщица, но канат развязала.

Измученная пленница кулем рухнула на утоптанный земляной пол.

— Теперь будешь молчать?

— Обещаю. — Сдерживая стон, Изольда опустила одеревеневшие руки.

Полдела сделано. Дальше необходимо выпутываться, пока она цела. Не ровен час вернутся более смышленые чудовища, которых пустыми уловками не проведешь.

Превозмогая боль, принцесса огляделась в поисках ножа или другого острого предмета. Как же она умудрилась не взять с собой ветряной клинок? И хотя мысленно колдунья успела обругать себя последними словами, она прекрасно понимала: коварная Ида намеренно торопила ее на поляне, запугивая смертью спутников. Что ж, глодальщице блестяще удалось заморочить голову терновой ведьме. Одна радость — сон ее не сморил.

Потихоньку отползая в сторону, Изольда покосилась на Арсу. Но та была занята более насущной проблемой. Кряхтя и почесывая макушку, она перебирала скрученные листики крапивы — сон-трава для варева кончилась.

— Ох и достанется мне… а до рассвета еще целый час…

Она поднесла к крошечным глазкам горсть бесполезных веток, раздумывая, не кинуть ли их в чан вместо нужного ингредиента. И требуется-то всего ничего — два-три пучка. А к следующему месяцу Арса вновь насобирает. Даром что растет сон-трава на свежих людских могилах — этой ночью на погосте появятся как минимум три новых мертвеца! Вдруг над трупом ведьмы травы взойдет вдвое больше?

Вспомнив о колдунье, Арса задумалась. Ее сестра в магических способностях девки сомневалась, но ведь та доказала свои умения, догадавшись, куда исчезли запасы для сонных чар, хотя сама Арса не заикалась о своем проступке ни одной живой душе. Разве что Ферху, но он — собака, к тому же не шибко умная.