Сокровища наместника - Алекс Орлов

Обед шел своим чередом, и работник продолжал подносить новые блюда. Он сменил блюдо с картофелем, потом принес еще капусты, соленых грибов и моркови, а затем Мартин заказал яичницу из тридцати яиц, и работник убежал передавать кухарям заказ.

– Любишь яйца? – спросил его орк, с треском разгрызая хрящи и прожаренные кости. Он сразу предупредил, что любит погрызть, однако, к удивлению Мартина с Ронни, подметал все, кроме совсем уже толстой хребтины, которая не была по зубам даже собакам.

– Двадцать лет мечтал о настоящей яичнице с зеленым лучком и чтобы поверх солью была присыпана, крупного помола.

– Соль нынче дороже яиц, – заметил орк и вздохнул, ощупывая брюхо.

– Это да, но мы за этим обедом столько отмахали, что можно и на соль потратиться, – сказал Мартин.

– А я слышал, есть еще такое – мороженое, – сообщил Ронни.

– Чего? – переспросил орк, который уважал темы, связанные с едой.

– Ну, мне один браток рассказывал, что его родственник был пиратом…

– Чем был? – не понял орк, запихивая в рот здоровенную картофелину.

– Пиратом. Это такое морские стопперы.

– Ага, – кивнул орк.

– И вот раз они захватили судно с каким-то барчиком с Инзи. Обобрали его до нитки, а потом спустились в продуктовый трюм, а там – лед, представляете? Настоящий лед кусками лежит и меж него горшки фаянсовые расставлены, а в них – непонятно что.

– И что же там было? – спросил заинтригованный Мартин.

– Мороженое! Это им барчик этот разъяснил и даже сказал, что кушать его нужно ложечкой, но немного, а то будет кашель и за борт вывалишься.

– А почему за борт? – не понял орк.

– А вот про то никому не ведомо, но будто если пережрать этого мороженого ложкой, то и за борт сыграть можно, – сказал Ронни, пожимая плечами.

– Должно, в нем колдовство какое-то есть, в этом мороженом, – предположил орк.

– А что же оно собой представляет? – спросил Мартин.

– Знакомый моего кореша сказывал, что это удивительного вкуса продукт. А сделан он из сливок и ванильной соли. А еще там сахара с медом намешано – пропасть! И добавлено немного рому.

Орк с Мартином перестали жевать, пытаясь представить себе такое сочетание, но потом оба сошлись, что продукт должен быть хороший.

– Ромом никакую еду не испортишь, – подвел итог Бурраш.

– Это да, – согласился Мартин. – А сливки я раньше любил, нам их на квартиру рябая молочница приносила. Спустишься поутру к хозяйке, а у нее уже горшочек на окошке стоит. Я всегда восьмушку брал в свою собственную посуду, по четыре денима обходилось.

– Расскажи, Бурраш, как ты воевал, – попросил Ронни.

– По-разному, – признался орк. – Меня как в казенное одели, я сразу для себя решил, что за ингландцев воевать не хочу, не по нутру они мне. Думал, улучу момент и сбегу, главное было первого жалованья дождаться.

– Мудро, – кивнул Мартин.

– Ну так вот. Поставили на марш, мечи, щиты и кольчуги погрузили на телеги и двинулись на погрузку в порт. Оттуда морем три недели добирались, и, мама родная, что там происходило! Орки, люди, все блевали, пайка в горло не лезла, а тут, как по заказу, не шторм, так буря. Пять кораблей вышли, четыре прибыли, один на рифы сел, так и не знаю, чем у них там все закончилось.

– А ты-то как, тоже мучился от качки?

– С неделю всего, а потом ничего, привык. Даже команде помогал, канат там какой дернуть или парус свернуть.

– А кормили как?

– Хреново кормили. Каждый день одна и та же каша и кусок вареной рыбы, которая совсем протухла и горькая от морской соли. Но воды давали от пуза, запас воды был большой.

– Вода в море – первое дело, – заметил Ронни, вылавливая на блюде самую маленькую картофелину.

– Добрались до места и поразились, места дикие, кругом скалы и деревья непонятные – высокие, выше гор. А на верху кисточка, будто трава укропная. И звери странные – единороги стадами ходят, а медведи в серебряной шкуре к самому лагерю подходят и не мяса просят, а каши.

– Медведи?! – поразился Мартин.

– Так точно! – заверил его Бурраш. – Их там в скалах сотни великие, если не тыщи. По ночам к прибою приходят водоросли собирать и рыбу, штормом битую. Так и ходят, как привидения, страшно даже.

Орк вздохнул, вспоминая пережитое, и вернулся к еде, но даже с набитым ртом продолжил рассказ.

– Три дня прожили в палатках из шкур, кто отъедался, кто в себя после качки приходил. Тут только орки от людей стали отличаться, а то все были зеленые. И вот приходит офицер, как сейчас помню – капитан Дилинджер. Всегда в перчатках ходил – до обеда в одних, а после обеда менял, дескать, запачкались уже. Нас всех построили, набралось сотни четыре бойцов, и он разъяснил, что предстоит схватка с чудовищами – веспами. Потом двое ингландских моряков бросили перед нами труп веспа – совсем раздетого. Тело в шерсти, собачья голова, чудо-юдо, вот и все дела.

– Страшно, – покачал головой Ронни.

– Многие испугались, и я тоже струхнул, очень уж тело неприглядно выглядело, тем более что ему более недели было и мухи уже вились. Одним словом, сказали рубить чудовищ нещадно, вместе с нашими блистательными союзниками. Потом всех распустили, и наши стали гадать, кто такие эти блистательные союзники и когда их поджидать. Оказалось, недолго, на другой день к вечеру приказали надевать амуницию, брать с обоза оружие и защиту, а потом маршем в темноте к лагерю этих самых союзников. Дилинджер обещал за пять часов довести.