Резервист - Владимир Стрельников

К немалому удивлению, я увидел среди зрителей и наших женщин, увлеченно наблюдавших за мордобоем. Даже пакеты с покупками поставили на пыльную землю и о чем-то оживленно переговаривались.

К салуну, коротко рявкнув сиреной, подкатил массивный джип с намалеванной звездой на дверце. Из него не спеша выбрался здоровенный красномордый мужик в стетсоне и со значком на жилете. Все так же не спеша, вздымая облачка пыли своими стоптанными ковбойскими сапогами, он вошел в круг и коротко приказал:

– Брейк! – после чего с усмешкой осмотрел бойцов.

Те стояли побитые, но непобежденные.

Зрители начали расходиться, видимо, шоу закончилось. Шериф или маршал, не знаю, как правильно, усадил драчунов в машину и, к моему удивлению, повез к доктору.

А я подошел к своей девушке. Олеся хмуро смотрела на капли крови в пыли, свернувшиеся в небольшие комочки.

– Почему парни порой такие идиоты? Ладно защитить девушку, восстать против грабителей или воров. Но просто из-за того, что один клерк, а другой ковбой, так драться? Они как два зверя были. Ты тоже такой бываешь, Володь. Постарайся не делать так ради развлечения, хорошо? – Меня обняли за шею и поцеловали.

Потом я ответил, а потом подобрал пакет с покупками и пошел с Олесей в свой номер. Хватит, нагулялись, нужно и отдохнуть. Морально и физически.

Город Шалако, граница Конфедерации и Московского

протектората, берег Залива. 22 год,

39-й день 9-го месяца

Мы с Олесей сидели на широкой деревянной, как и вообще все в этом городке, веранде ресторанчика. Шалако оказался городком маленьким, пропыленным и небогатым. Просто потому, что дорога через него шла неудобная, более длинная, хоть и более безопасная. Но сам участок от Форта-Ли до Шалако оказался очень тяжелым.

Каменистый берег Залива, через который проходила эта дорога, был очень красив. Потрясающе красив – высокий обрыв над Заливом, внизу пена прибоя, птицы над водой и зеленые, увитые лианами скалы. При этом на триста километров с лишним ни одного каньона, даже чистые и быстрые реки текли в аккуратных неглубоких каменных руслах и заканчивались водопадами. Но берег был очень неровен, скорость движения нигде не превышала тридцати километров. Камни, валуны, камешки, щебенка под колесами превратили сегодняшнюю езду в сплошную тряску, отдыхать останавливались чаще, руки болели даже у опытных водителей, что уж говорить про таких, как я или Малик. А Олеся и еще две девушки-водительницы из конвоя к середине дороги плакали, ладно хоть их заменили подростки из циркачей. И это несмотря на практически полное отсутствие пыли и свежий ветер с Залива.

Поехали через берег потому, что у циркачей в Форте-Ли были дела, требующие их присутствия. А возвращаться назад – почти две тысячи лишних километров. Вот уж не знали мы, на что шли, когда договор подписывали. Впрочем, по заверениям Олега, этот участок тут один такой. Зато бандитов в этих краях практически не бывает, минитмены и вэвэшники здешних под корень вывели, а от Латинского Союза сюда еще попробуй доберись.

Из-за ресторанчика донеслись гулкие шаги по дощатому настилу. Здешние тротуары были мало того что на невысоких сваях и деревянные, так еще и под навесами.

А вот стоянки в городке не имелось, машины под руководством местного шерифа поставили в городе, вдоль единственной улицы. Я в который раз поглядел на наш разномастный конвой, едва видимый в тусклом свете трех уличных фонарей. «Скании» и «вольво» циркачей, наши УАЗы, «газели», «тойоты», «Егерь», несколько японских, то есть из самой Японии привезенных праворульных пикапов «исудзу» переселенцев из Находки и Владивостока. Еще корейские джипы, два китайских грузовичка «Фотона». Сборная солянка, одним словом.

Кстати, гостиниц в городке тоже оказалось мало, вернее, была одна-единственная. И в той комнат – раз-два да обчелся. Так что насчет ночлега мы договорились с владельцем большой коровьей фермы на окраине Шалако и по совместительству хозяином огромного амбара, битком набитого душистым сеном.

Из-за поворота вышли Светка и Малик. Подошли к нам, сели на придержанные для них места.

– Ребята, и чем здесь кормят? – поинтересовалась Света.

– Окрошка, пельмени, это если из русской кухни. Есть стейки, причем не хуже, чем в Аламо, рыба жареная, суп из моллюсков. Окрошка, правда, не на квасе, а на охлажденном бульоне. Все вкусно, очень. – Олеся подцепила на вилку кусочек жареной рыбы, обмакнула в соус и с удовольствием съела.

Я с большим удовлетворением отодвинулся от стола. Давненько таких отменных пельменей не ел. Нет, все-таки здорово, что в этом городке живут русские напополам с американцами. Кухни народов мира – это хорошо, но ничто не сравнится с пельменями.

На следующий день мы валялись на сеновале до тех пор, пока солнышко не нагрело крышу и не стало душновато. Да и после просто ходили по городку, хотя какой это город. Если по-русски, это небольшая деревня.

Точнее, село, потому что здесь было две церковки, одна методистская, другая православная. Вообще-то неплохое местечко. Люди спокойные, неторопливые, никуда не спешат и все успевают.

Городок чистый, выкрашенный, причем все делали для себя, а не для начальства. Те же деревянные тротуары – их жители сами соорудили, чтобы в сезон дождей не тонуть в грязи и лишний раз не мокнуть под дождем.