Считалочка для бомбы - Владислав Выставной

Возле капсулы сидел на корточках мальчишка. Он тихо разговаривал с цветными камнями, которые то и дело пересыпал из руки в руку. Ему было все равно – Черные ли Земли, зеленые или еще какие. Он просто играл, и для его странной игры достаточно было одного квадратного метра совершенно любой земли…

Костя осмотрелся по сторонам. Да, удивительно, почему эти места называются Черными Землями? Если, конечно, ракета попала именно туда, куда ее направлял Генерал.

Странно, что Генерал так легко поверил бредням его правой головы на счет бомбы. Нет, ну сами посудите: мальчишка, как мальчишка, пусть даже несколько странный… Хотя и не странный вовсе, если подумать – просто висит на нем, словно некий ярлык, это необъяснимое и довольно скандальное качество Магистра Правил. А Тема и знать не знает, и ведать не ведает, какая каша заваривается вокруг его персоны. Сидит себе, да играет со своими камушками.

Жутковатыми камушками-то…

Костя поежился, вспомнив тот эффект, что произвел на него маленький синий камень. Что же это было? Странное, захватывающее и бесконечно печальное зеркало души. То, в которое можно смотреться бесконечно – и это никогда не надоест. Слава богу, что все увиденное тут же забывается, стоит только усилием воли заставить себя оторваться от созерцания этой пронзительной синей глубины. А останутся в памяти лишь смутные тревожные намеки на что-то невероятно важное и ценное, что стоило непременно запомнить и принести с собой в реальный мир…

А не опасна ли это игра для самого Темы? Костя взглянул на мальчика. Никаких признаков самосозерцания и погружения в себя он не увидел. Мальчишка играл с камнями так же, как играл бы с какими-нибудь солдатиками или моделями самолетов. Не зря Бригадир предупреждал об опасности этих камушков для взрослых…

Костя вздохнул и огляделся. Пора было отправляться в путь.

Он не очень представлял себе, где они находятся, и насколько далеко простираются Черные Земли. Но, несмотря на то, что выглядели они вполне благополучными и безобидными, в душе крутилось тревожное чувство. Костя верил Архивариусу, а потому следовало как можно быстрее уходить подальше от этих сверкающих граненых небоскребов и вылизанных до блеска тротуаров. Особенно Косте не нравились чересчур уж приветливые улыбки торопящихся куда-то прохожих. Это при том, что вид спускающейся на парашютах капсулы оставил их совершенно равнодушными.

– Надо убираться! – заявил Костя. – Чувствую – гнилые здесь места…

– Да ты попутал, брат! – возмутился Костяк. – Это там места гнилые – и метро это вонючее, и грязища, и вообще, полный беспредел! А здесь, смотри: все чистенько, аккуратненько – любо-дорого посмотреть…

– Да уж слишком аккуратненько, – прищурился Костя. – Не нравится мне такая аккуратность посреди разваливающегося города. Так и хочется спросить: за чей счет этот банкет?

– Чего? – не понял Костяк.

– Да так, ничего. Где там наш груз?

Груз теперь лежал на животе, раскинув ноги в сандалетах на чистенькой цветной плитке, и продолжал свои непонятные игры с камушками Азарта. Главным персонажем у него, по-прежнему, оставался зеленый камень.

Стоило присмотреться повнимательнее – и становилось ясно, что передвижения камушков по поверхности плитки вовсе не хаотичны. Нет, они были подчинены определенным правилам.

«Правилам?» – отрешенно подумал Костя и тихонько подошел к Магистру. Тот продолжал свои занятия, не обращая внимания на Костю – он был занят слишком важными делами, чтобы отвлекаться на всякие мелкие раздражители…

– А ты будешь у нас хозяином… леса, – говорил камню Магистр. – Ты будешь… как его… леший, вот. И весь лес будет бояться тебя и слушаться… вот ты такой идешь, а навстречу – вот эта желтая – колдунья. «Ты, что это леший, пришел сюда? Не видишь – здесь я живу и колдую! Убирайся-ка отсюда подобру-поздорову!» «Нет, никуда я не уйду из своего леса. А вот возьму и прогоню тебя отсюда вон!» «Только попробуй! Я тебе отомщу!» «Ха-ха! Ты – мне?» «Да, тебе! Я спрячусь в густой чащобе и буду колдовать на твою погибель!» «Да я вот возьму – да и превращу весь лес в щепки! Чтобы не было тебе, где спрятаться да колдовать на меня!»…

Костя, затаив дыхание вслушивался в эти тихие мальчишечьи бормотания – ему казалось, что еще немного – и он поймет какой-то глубинный, сакральный смысл этих слов… Но он ничего не понимал, и с прежним необъяснимым беспокойством слушал эти странные считалочки:

Взял я камень-самоцвет,

И сказал ему: «Привет!»…

Если камень кто возьмет —

Сразу камень оживет…

Этот камень не простой —

Камень силы колдовской.

Я его сожму в кулак —

В мире станет все не так…

Это говорил не мальчик. Это говорил настоящий Магистр Правил – пусть он даже и не осознавал того факта, что является столь значимой фигурой на волшебной земле. И наблюдая за малышом, Костя вдруг осознал, что не так уж далеко было от истины его второе «я» – Костяк – когда называл этого мальчишку «бомбой».

Перед ним на чистенькой плитке возился со своими игрушками заряд огромной созидательной или же разрушительной мощи! И то, какой знак примет этот заряд, зависело теперь только от того, в чьих руках, под чьей опекой и покровительством он окажется.

Косте стало не по себе. Он почувствовал внезапное желание бросить все и бежать отсюда подальше. Воздух этих земель душил его, он был противопоказан ему, как и созерцание этой противоестественной стерильной чистоты и мертвых улыбок редких прохожих.

– Все! – сказал Костя Теме. – Вставай, мы идем дальше…

Как ни странно, Тема не стал спорить. Он просто собрал свои камушки в горсть, сунул в карман, встал и поднял голову, с готовностью глядя на Костю. Костя взял мальчика за руку и направился в сторону, противоположную нагромождению великолепных небоскребов.

…Они шли долго. Очень долго. Должно было уже стемнеть, но черное солнце и не думало закатываться. Так же, как не думали заканчиваться сверкающие великолепием Черные Земли. Этому обстоятельству Костя уже не удивлялся, помня о странностях местного времени и пространства. Небоскребы остались где-то позади. Вместо них потянулись до блеска отполированные улочки, никак не похожие на обычные московские. Было в них что-то карикатурно-европейское, словно собранный из пластмассовых деталей макет старинного городка. Так, наверное, некоторые представляют себе райскую жизнь: бесконечные кофейни и рестораны, бутики и магазины, занимающие все первые этажи. Костя заметил странную особенность: куда бы он не смотрел, взгляд обязательно упирался в как минимум один ресторан и один магазин. От этого даже начинало слегка подташнивать.

И везде – улыбающиеся и улыбающиеся лица. Только глядя на них, Косте, почему-то не хотелось улыбаться в ответ…

– Я устал, – захныкал Тема, и Костя даже удивился: как это малыш держался столь долго.

– Я есть хочу, – всхлипнул Тема.