Аромат невинности. Дыхание жизни - Франциска Вудворт

Урок по языку пролетел незаметно. Не знаю, дело в моих имеющихся знаниях и хорошей памяти, а может, в их технологиях, но вся услышанная информация запомнилась без труда, я даже удостоилась благосклонного взгляда.

Дальше меня ждал урок танцев. Может, это и странно, но первое занятие мы лишь познакомились и поговорили. Приятная немолодая дама объясняла мне тонкости взаимоотношений между полами на паркете. Сколько же у них условностей! Один и тот же танец женатая и неженатая пара танцевали по-разному. Например, прикасаться к обнаженному участку кожи, будь то рука или спина партнерши, считалось непозволительным, если только вы не супруги. Я смотрела видео, и танец молодых людей напоминал больше кружение вокруг друг друга без прикосновений.

Наверное, в этом есть свой резон, если учесть их обоняние. С тем, какие они собственники по отношению к своим женщинам, довольно неприятно унюхать на коже зазнобы или дочери чужие прикосновения.

Танцевать с тем, кто ниже тебя по происхождению, было не принято. После этих слов я поняла, что ни с кем, кроме мужа, танцевать мне не светит. Спросила напрямую и получила ответ, что в целом так и есть, если только с разрешения высокородного. Это будет показателем доверия и расположения к моему предполагаемому партнеру. В общем, политика. В целом все было очень занимательно и познавательно, но от обилия информации голова пухла.

Не успели мы распрощаться, как позвонила Диана.

– Такое ощущения, что с меня несколько слоев кожи сняли! – воскликнула она. – Представляешь, у меня по всему телу ни одной волосинки не осталось! Кожа как у младенца! Только не уверена, что еще когда-нибудь соглашусь на полный комплекс услуг, я думала, что живой оттуда не выйду.

– Красота требует, – усмехнулась я. – Ты уже дома?

– Недавно вернулась. Как тебе прическа? – покрутилась она.

– Красотка! Вижу, и макияж сделали?

– Да. Пришлось точно объяснить цвет и фасон платья, а они все подобрали. Я голодная как волк, но даже есть не решаюсь, чтобы помаду не нарушить.

– Ничего, злее будешь.

– Да после депиляции бикини куда уж больше? – усмехнулась она.

– Тогда скажу по секрету, что помада стойкая. Потом блеск нанесешь, и все.

– Да-а-а, – заинтересованно протянула она, разглядывая себя в зеркало. – Знаешь, пойду-ка я перекушу.

– Удачного вечера! – пожелала ей, но она уже отключилась. Вот же зараза!

Оставшись предоставленна самой себе, я неожиданно поймала себя на мыслях о высокородном. Почему-то подсознательно ожидала, что сегодня он появится рано, и когда этого не случилось, мысли поневоле стали крутиться вокруг его особы. Даже возникла идея ему позвонить, чего я никогда не делала, но не все же ему меня звонками отвлекать.

«Неужели я по нему скучаю? – спросила себя и тут же отвергла эту мысль. – Нет. Бред! Просто привычка встречаться примерно в одно и то же время».

Вместо этого я покрутила сорб, раздумывая, не позвонить ли Стуже. Хотелось попросить, чтобы он присмотрел сегодня за Дианой, но по здравому размышлению поняла, что он и так это сделает. В итоге звонить я никому не стала и нашла себе занятие – устроилась на террасе с наушниками, вникая в язык. Завтра Диана наверняка будет делиться подробностями вечера и мне будет не до этого.

Урок закончился, а я так и сидела, задумчиво глядя в окно. Вспоминала сегодняшнюю встречу с Марией. Да еще ее вопрос о Денисе разбередил душу. Я действительно в нашу прошлую встречу с ней была счастлива и полна планов на жизнь. Пусть они и лопнули, как мыльные пузыри, такие же радужные и недолговечные, но в тот момент я этого искренне желала и была полна радостного ожидания. А сейчас… Я подстраивалась и приноравливалась к условиям новой жизни, но делала это под давлением обстоятельств, а не по внутренним устремлениям.