Совет двенадцати - Александр Рудазов

Особенно выделяется одна, воистину гигантская роспись, на которой изображён Мунгулимак Библиотекарь, основатель этого места, собственноручно раскладывающий книги по полкам. Многое из собранного им по сей день находится здесь, смотрит на Креола с бесчисленных стеллажей. Здесь, в этом гигантском лабиринте, хранятся неисчерпаемые кладези колдовского знания.

Вначале Креол прошёл через громадный Фиолетовый Зал, самый большой в библиотеке. Здесь размещаются книги по истории Серой Земли, филологии, философии, географии, математике и другим наукам. Затем последовал чуть меньший Синий Зал ― книги по анатомии, медицине, химии, а также юридическая и религиозная литература. Третьим был Голубой Зал ― книги по истории других государств, прикладному искусству, архитектуре, садоводству, военному делу, кораблестроению, механике, гидравлике и тому подобному. Четвёртым был Зелёный Зал ― библиотечные каталоги, книги на иностранных языках и картографические издания.

Пятым был Жёлтый Зал ― рукописные книги, а также изданные более ста лет назад. Шестым был Оранжевый Зал ― книги, изъятые цензурой из обращения, а также разного рода засекреченная литература.

И наконец, седьмым был Красный Зал ― самый маленький из всех, хранящий книги по колдовству.

Кроме книг здесь находятся и различные редкости, которые колдуны Серой Земли насобирали за тысячу лет. Прямо напротив входа ― скелет гигантского вешапи, а на спине у него ― скелет дэва. Чуть дальше висит катана султана Ушшеб-Ра, которой он покорял земли южных варваров. Рядом подзорная труба, принадлежавшая Гюркодазу Оггу Экавасу ― великому эйстскому путешественнику, первым из своего народа посетившим Серую Землю. Под стеклом лежат вещи великих колдунов прошлого ― медальон Каздоха Демона, табакерка Кейгзальдо Завоевателя, трость Искамдала Скептика…

А этот непримечательный каменный обломок Креол узнал с первого взгляда ― по ауре. Это не что иное, как кусок расколовшегося Султана Земли. В нём всё ещё тлеет нечто… трудно подобрать подходящее слово.

На плече у Креола сидел длик. Он ленился идти пешком, поэтому логически доказал, что раз Креол всё равно это делает, то будет целесообразнее, если он понесёт длика на себе ― так устанет только один из них, а не оба. Креол немного поворчал, но всё же признал справедливость подобных аргументов.

Благо весил кииг меньше кошки.

— Сюда, владыка! ― позвали из-за книжного стенда.

Там Креола уже дожидались Ванесса, Шамшуддин, Тивилдорм и подобострастно улыбающийся Гвен Зануда. Бывший секретарь Бестельглосуда Хаоса держал тонкую книжицу в деревянном переплёте, обложку которой украшал схематический карандашный рисунок ― две человеческие фигурки, одна заштрихована.

— Это то, о чём я вам говорил, владыка, ― протянул книжицу Гвен. ― Персональная разработка владыки Бестельглосуда ― заклятие Двойника Хаоса. Здесь все заметки и указания.

— Я это изучу, ― полистал страницы Креол. ― Ещё что-нибудь есть?

— Различные дневники и записи владыки Бестельглосуда хранятся на этой полке, ― указал Гвен. ― Вас интересует что-то конкретное, владыка?

— А он довольно много написал… ― окинул взглядом книжные стопки Креол. ― Это всё заклинания?

— О нет, владыка! Большей частью это размышления о смысле жизни и рецепты пирогов.

— Пирогов?..

— Владыка Бестельглосуд немного увлекался кулинарией. Он придумал семь рецептов вишнёвого пирога, одиннадцать ― яблочного, тринадцать ― бананового, пятнадцать ― персикового, девятнадцать ― морковного, двадцать два ― грушевого и тридцать два ― апельсинового.

— Это не немного, ― заметила Ванесса. ― Он очень круто этим увлекался, я погляжу.

— А ещё владыка Бестельглосуд придумал рецепт каучукового пирога, ― добавил Гвен.

— Каучукового?.. В смысле из каучука?

— Да.

— Не знала, что каучук съедобен.

— Он несъедобен.

— Тогда как же из него можно сделать пирог?

— Это был отвратительный пирог. Его не спасла даже сахарная пудра.

Самой собой, Креол явился в библиотеку не ради кулинарных заметок Бестельглосуда Хаоса. Шамшуддин уже возился с маленькой дверцей, замкнутой на двенадцать замков ― из них шесть обычные и шесть колдовские. Чтобы открыть их все, потребовалось около полутора часов ― и это при наличии ключей. Пожалуй, взломать подобную систему не смог бы даже Креол.

За дверцей оказалась маленькая каморка ― по сути, просто стенной шкаф, однако носящий громкое прозвище Серый Зал. На полках лежало несколько папок в матерчатых переплётах, усеянных восковыми печатями. Креол брезгливо поморщился, глядя на их ауру ― не так уж часто ему доводилось видеть настолько зловещую бумагу.

— Доступ к этим документам был только у членов Совета Двенадцати и только с персонального разрешения главы Совета, ― прокомментировал Гвен Зануда, стараясь не приближаться к полкам. ― Мало кто осмеливался даже читать их. Точно известно, что Искашмир Молния владел Молнией Богов, Тахем Тьма освоил Туман Смерти, а Козарин Мудрец однажды применил Грохот Хашибы…

— Да, это я помню, ― подтвердил длик. ― Он сделал это у нас, в Аррандрахе. Мне было очень нелегко остановить то землетрясение.

— Вот, значит, какие они ― заклинания «А+»… ― задумчиво произнёс Шамшуддин. ― И что, все они такие же масштабные, как Туман Смерти?

Гвен Зануда часто закивал и принялся рассказывать об этих заклинаниях ― столь грозных, что серые боялись использовать их даже против врагов. Впрочем, Туман Смерти все здесь уже видели воочию и примерно представляли, насколько это опасно.

Самой «безобидной» оказалась Молния Богов ― покойный Искашмир применял её аж трижды, и лишь из-за Железного Маршала не успел применить в четвёртый раз. Он планировал уничтожить с её помощью Владыку. Молния Богов ― это действительно нечто вроде молнии… только невероятно усиленной. С небес извергается электроразряд, испепеляющий всё в нескольких километрах вокруг. Судя по описанию, эта штука била даже мощнее Длани Шамаша.

Сразу после создания Молнию Богов посчитали великолепным оружием массового уничтожения. Однако спустя несколько её применений было замечено, что она крайне дурно влияет на климат. Что-то непоправимо портилось в верхних слоях атмосферы ― Ванесса предположила, что озоновый слой. Метеомаги забили тревогу, и в конце концов Молния Богов была подвергнута остракизму. Её запретили к применению, а методику опечатали.

Грохот Хашибы оказался даже более разрушительным ― чудовищной силы землетрясение, способное крушить горные хребты, отправлять на морское дно целые острова. Нечто вроде шумерской Длани Энлиля, но не поддающееся контролю, способное лишь хаотично разрушать.