Невеста на подмену - Ольга Герр

Обычно пустая площадь кишела людьми. В ее центральной, отгороженной от толпы части находился алтарь предков. Каким-то образом его перенесли сюда из замка. Впрочем, в свое время его доставили в королевство Света, так что я уже ничему не удивлялась.

Неподалеку под навесом сидел повелитель, а рядом с алтарем стоял не жрец, а незнакомый мне мужчина в красном одеянии. Его словно сверху донизу облили кровью. Выглядело это жутко.

Имелись у меня догадки, что это будет за представление. Но неужели так быстро подготовили казнь? Приговор вынесли только утром! Пресветлая мать, что же Алатар так торопится избавиться от моей сестры?

Дурное предчувствие оправдалось, когда на площади появились стражи. Они вели к алтарю двух заключенных — мужчину и женщину. Сердце пропустило несколько ударов, ведь я узнала Алтею и Эрмаса. Вцепившись в перила балкона, я не сводила с них глаз. Я с высоты все отлично видела, а вот меня в толпе было не заметить. Да и вряд ли повелитель мог подумать, что я сбегу от охраны. Никто не ожидал моего появления здесь.

Заключенных поставили неподалеку от алтаря. Вперед вышел мужчина в красном. Зычным голосом он объявил:

— Эти двое приговорены к казни через жертвоприношение на алтаре предков. Сегодня Серый бог славно попирует.

«Красный» кивнул стражам, они схватили Эрмаса под руки и потащили к алтарю. Лорд упирался и брыкался, но безрезультатно. Алтея в свою очередь рвалась к любовнику, но ее тоже крепко держали.

Стражи уложили Эрмаса спиной на алтарь и закрепили его руки и ноги ремнями. Лорд дергался, но не мог освободиться. Палач, а это он был в красном, вытащил из ножен на своем ремне длинный кривой кинжал. Я уже видела такой у Алатара на обряде проверки. Специальный ритуальный нож. Настолько острый, что вмиг рассекает кожу до мяса, а если немного нажать, то и до кости.

Подняв кинжал над головой, палач дал людям полюбоваться им. Словно следуя какому-то жестокому сценарию, именно в этот момент из-за туч пробился столь редкий здесь луч солнца. Он упал точно на лезвие, и оно блеснуло серебром.

— Серый бог одобряет жертву, — услышала я знакомый голос жреца.

И он здесь… Хоть и не лично казнит, но тоже принимает в этом участие.

Едва жрец сказал свое слово, палач направился к Эрмасу. Лорд затих, наблюдая за его приближением. Вся площадь затаила дыхание. Я тоже не могла вздохнуть.

Кинжал со свистом рассек воздух. Один раз, второй, третий. Палач наносил раны на тело Эрмаса. Его движения походили на танец — ловкие, быстрые, филигранные. Каждая рана четко в месте, где проходят артерии. Очередной глубокий порез, и кровь ручьем бежит на алтарь, а брызги с кинжала взлетают в воздух, окропляя лица тех, кто стоит слишком близко.

Наконец, палач закончил свой жуткий танец и отошел. Он нанес достаточно порезов. Эрмас уже начал бледнеть от кровопотери. Алтарь жадно пил кровь. Впитывал ее как губка, забирая жизнь молодого лорда.

Закричала Алтея. Без слов, просто вой на одной протяжной ноте. Я зажала рот ладонью, чтобы не кричать вместе с ней. Это какой-то оживший кошмар! Я хотела наказания для Эрмаса за покушение на моего ребенка, но, как выяснилось, была не готова стать его свидетельницей.

Я помнила Эрмаса, каким он впервые приехал во дворец. Красивый, амбициозный юноша. Он мгновенно покорил сердца придворных дам, не устояла даже старшая принцесса. В ту пору нам всем казалось, что мир у наших ног. Нам все по плечу, мы непременно проживет долгую счастливую жизнь.

И что теперь? Куда подевалось наше светлое будущее? Я стою и наблюдаю за смертью Эрмаса. А ведь ему недавно исполнился двадцать один год. Это не возраст для смерти.

Вскоре все было кончено. Алтарь быстро выпил свою жертву досуха. Стражи освободили руки и ноги лорда и стащили его на землю. Когда мертвое тело упало на мостовую, Алтея лишилась чувств. Рухнула прямо под ноги своей охране.

— Серый бог сыт на сегодня, — вмешался жрец в ход казни. — Перенесем исполнение приговора принцессы на другой день.

Алатар поморщился. Ему не понравилось предложение жреца, но спорить с богом он не стал. Неохотно кивнув, повелитель встал со своего места, давая понять, что представление окончено.

Я едва не разрыдалась от облегчения. Отсрочка, слава Пресветлой матери! Именно то, в чем я так отчаянно нуждаюсь. Умри Алтея сейчас, я бы наверное погибла вместе с ней, а так у меня еще есть шанс все исправить.