Механическая птица - Себастьян де Кастелл

Да. Или, возможно, нет.

— Почему мы до сих пор тут стоим? — прорычал Рейчис. Его шерсть стала черной с красными полосами. — Разбуди этого придурошного духа в твоем глазу, и давай поиграем с ними!

— Как? — спросил я. — Даже если сасуцеи найдет нить… Эти маги в тысяче миль отсюда.

— Откуда ты знаешь? — спросил белкокот.

— Потому что маги…

Я собирался ответить: «Потому что они мне так сказали», но тут же понял, насколько глупо это звучит.

— Едва ли они так уж далеко, — вступила Нифения. — Джануча расспрашивала меня о магии джен-теп. Она замышляла, нельзя ли изобрести какой-нибудь медный или серебряный барьер, который ослабит связь магов с обсидиановым червем. Я объяснила, что заклинания шелка — единственный способ контролировать разум, и ничто не ослабляет шелковую магию, кроме…

— Расстояния, — перебил я.

Черт возьми! Почему это не пришло мне в голову раньше? Магия шелка чем-то похожа на звук. Теоретически заклятие может длиться вечно, но оно угасает по мере того, как ты удаляешься от объекта. Я просто предположил, что червь стал более мощным, поскольку долго жил в Крессии. Но даже если и так, маги, диктующие свою волю, должны были находиться гораздо ближе, чтобы поддерживать такой идеальный контроль.

— Келлен, ты в порядке? — спросила Нифения.

Я не ответил — меня душила злость. Вот почему постоянно дразнили меня, пока мучили Крессию. Они отвлекали меня. Хотели вызвать во мне чувство вины, хотели, чтобы я был охвачен им и не догадался задать себе вопрос, могут ли они лгать о своем местонахождении.

Предки! Меня уже тошнит от лжи и манипулирования!

Я снял Рейчиса с плеча и поставил на землю. А потом сосредоточился.

— Ладно, Сюзи, — прошептал я, крепко зажмурив глаза. — Сейчас очень важно найти нить между Крессией и браслетом со второй половиной обсидианового червя.

Разумеется, ничего не произошло.

Вот именно поэтому джен-теп не изучают магию шепота. Мои соплеменники не хотят связываться с силами, не поддающимися контролю. А в особенности им не нравятся духи, которых надо просить о помощи снова и снова, надеясь в конце концов случайно сказать то, что их заинтересует.

— Клянусь: у меня уважительная причина! Невинные люди страдают. И целая страна может развалиться на части, если мы не остановим все это!

По-прежнему ничего.

— Может, дух должен быть рядом с Крессией, чтобы увидеть эфирную связь? — предположила Нифения.

Я не мог ответить, поскольку был полностью сосредоточен на мерзком бесполезном духе ветра. Она без труда привлекала мое внимания, вызывая головные боли, когда это было нужно ей. И никогда ничего не делала, если помощь требовалась мне!

— Слушай, я просто хочу поступить правильно! Или ты думаешь: мне так уж охота гоняться за магами, которые, вероятно, меня убьют?

Я ощутил что-то в правом глазу. Нечто вроде слабенького дуновения ветра, прикосновение, легкое как пушинка. Будто бы выражение любопытства. Это случилось, когда я произнес слово «маги».

— Маги? Так вот, что тебя интересует? А ты понимаешь, что у меня нет и десятой доли силы тех джен-теп, которые…

Колющая боль. Мне в глаз словно воткнулась сосулька.

— Ой! Прекрати!

Ощущение ослабло, но не исчезло полностью. Следовало догадаться раньше: сасуцеи ненавидела все, связанное с джен-теп.

Кроме меня, надеюсь.

Я открыл глаза. Как и всегда, когда дух пробуждался, зрение несколько затуманилось. Первое, что я увидел, — Рейчис, который пялился на меня, приоткрыв рот.

— У тебя снова бельмо на глазу, Келлен. — Он повернулся к Айшеку. — Вот почему белкокоты не разрешают духам жить в их глазных яблоках.

— Давай же, — прошептал я, обращаясь к сасуцеи. — Мне это нужно. Хотя бы раз я должен хоть что-то сделать. Ты ненавидишь магов? Я тоже. Так, может, скооперируемся?

В первые несколько секунд вроде бы ничего не происходило. Но затем, снова посмотрев на мост, я увидел черную нить, едва различимую в тусклом свете. Она тянулась с противоположного края ущелья — как раз оттуда, где был высечен в скале дом Джанучи.

Я повернулся, проследив взглядом за нитью. Она, казалось, была бесконечной, пересекая улицы, меняя направление тут и там — словно какой-то ленивый ребенок нарисовал черные черточки на картинке с городом. Однако я уловил направление: нить уходила все дальше в юго-восточную часть Казарана.

— Что ты видишь? — спросила Нифения.

— След, — отозвался я и сделал первый шаг, устремляясь за черной нитью. Туда, где затаились мои враги.

«Вот вы и попались», — подумал я.

Нифения ухватила меня за руку.

— А разве нам не стоит сперва найти леди Фериус? Она ушла вскоре после вас, но если есть какой-то принадлежащий ей предмет, через него я могла бы…

— Нет, — сказал я, высвобождая руку. — Нить между червем и ониксовым браслетом может исчезнуть в любой момент. Надо начинать прямо сейчас.

«И вдобавок, — мысленно прибавил я, — мне пора учиться действовать самостоятельно. Без Фериус».