Императрица - С. Дж. Кинкейд

– Как приятно видеть, что вы оба столь благоразумны, – улыбнулся Пасус.

– Начнем сейчас? – спросил Тайрус, беря фиал.

– Да, было бы превосходно. Шесть миллилитров, прямо в кровоток. – Он махнул робомедику. Бот взял склянку металлическими щупальцами и мгновенно всосал в себя содержимое.

Тайрус решительно посмотрел мне в глаза и, когда Пасус отвернулся, одними губами произнес: «Верь мне».

Затем робомедик воткнул иглу ему в предплечье. Тайрус поморщился и сказал Пасусу:

– В будущем я сам прекрасно смогу найти вену…

И вдруг замолчал. Минуту император просто смотрел в никуда. Затем выдавил:

– О, это…

И рухнул на землю.

К этому я оказалась не готова.

А вот сенатор – напротив. Он мгновенно подхватил Тайруса и кивнул паре слуг. Те поспешили на помощь. Пасус отвел волосы с лица императора и вгляделся.

– Хм. Не ожидала, да? – И улыбнулся. – Разумеется.

Я смотрела на Тайруса. Его глаза закатились, светлые ресницы трепетали. Я видела такую реакцию у тех, кто перебрал опиатов или других седативов.

– Вы уверены, что он…

– Он в порядке. – Сенатор встряхнул Тайруса. – Ваше величество. Ваше величество!

– Тайрус! – крикнула я.

Он сонно поднял веки: взгляд расфокусирован, зрачки расширены. Меня охватила тревога.

– Довольна? – спросил Пасус, а затем вынул скипетр из футляра на поясе Тайруса. – Однажды вы вновь почувствуете вес этого предмета. Но только когда познает науку, столь чуждую вам, Домитрианам. Я бы обучил ей Дивинию, если бы у той остались мозги говорить, но думаю, лучше попробовать с вами. – Он погладил Тайруса по щеке кончиком скипетра. – Вы научитесь говорить «пожалуйста».

Затем сунул скипетр под мышку и щелкнул пальцами. Двое слуг подхватили императора, один за руки, другой за ноги, и потащили его прочь из зала. Голова Тайруса запрокинулась, обнажая горло.

Картина выдернула меня из ступора, и я ринулась вдогонку.

Однако Пасус успел меня перехватить.

– Нет.

Я инстинктивно подняла кулак, хотя из-за низкого гула глушителя движения по-прежнему были слишком медленными и неуклюжими.

– Ты дала слово никогда не появляться у меня на корабле, – напомнил Пасус.

Я удивленно глянула вслед Тайрусу и только теперь увидела, что слуги унесли его в коридор, ведущий на борт «Колосса».

– Стой. Нет. Верни его…

«Назад».

Я не договорила. Теперь стало ясно, откуда взялась странная просьба Пасуса. Он намеревался держать Тайруса на своем звездолете.

Ненависть пропитала воздух.

– Когда я его увижу? – спросила я.

– Если он попросит, я устрою вам встречу, – снисходительно ответил Пасус.

Только когда он ушел, я осознала размытость ответа. Если сенатор достаточно сильно накачает Тайруса наркотиком, любимый обо мне больше не вспомнит.

* * *

После того как Тайруса унесли на другой корабль, я целую неделю его не видела. Поначалу бродила по Valor Novus, поглядывая на коридор, ведущий в «Колосс». Мне становилось все тревожнее. Я начала приставать ко всем, кто входил или выходил оттуда, но гранды лишь презрительно улыбались, либо отделывались неловкими отговорками, а слуги Пасуса вовсе не говорили со мной и не реагировали на мои вопросы о состоянии Тайруса. Не было никакой физической возможности получить самый важный ответ.

Наконец до меня дошли слухи: император устраивает праздник в честь примирения с грандством.

Значит, я увижу его там.

Шезар нан Домитриан добросовестно предоставил мне несколько платьев на выбор, но и ему не позволялось появляться на «Колоссе».

– Я слышал, к императору допускают лишь самых доверенных слуг Пасуса, – сообщил Шезар. – И с остальными они не разговаривают.

Раздосадованная, я ткнула в первый же предложенный наряд и цветовую схему, только уточнила, что хочу V-образный вырез: показать круговую солнечную метку Интердикта у себя над сердцем. Шезар подобрал мне золоченые магнитные браслеты на руки и ноги, чтобы я могла двигаться при нулевой гравитации.

В бальном зале я чувствовала себя отвратительно. Мы отстыковались от Хризантемы, отплыли на небольшое расстояние от гиперструктуры, и гравитация исчезла. Я нетерпеливо выглянула из своей ложи, отмахнувшись от облака собственных пурпурно-синих волос…

Ложа императора была пуста.

Я напряженно ждала, праздно скользя взглядом по обстановке: колышущимся в воздухе водорослям, выведенным специально по случаю животным. Поймала себя на том, что пялюсь на существо с восемью скользкими ногами. Раздались первые аккорды музыки, но Тайрус так и не появился. Меня охватил ужас.

Однако, как будущей императрице, мне полагалось открыть бал. Я вылетела из ложи, надеясь, что так получу обзор пошире. Может, Тайрус уже здесь. Может, он ко мне присоединится.

Но рядом со мной возник сенатор фон Атон. В своих развевающихся одеждах он напоминал морской анемон. А благодаря фальшмолодости походил на своего сына Гладдика – если бы Гладдик внезапно подурнел.

– Первый танец за мной, – сообщил Атон, предлагая мне руку.

Я чувствовала, как все они на меня смотрят, все эти глупые гранды в нелепых одеждах ярких попугайских расцветок. Какой-то аристократ заманил восьминогое существо к себе в ложу и заставил танцевать под смех своих друзей. Музыка уже вовсю играла, но я так и не приняла руки Атона.

– Где император?

– Ваш партнер – я. – Устав ждать, Атон сам взял меня за руку и любезно улыбнулся. – Было крайне любопытно с вами пообщаться.

Если гранд рассчитывал, что я стану ему подыгрывать, танцевать, делать вид, будто все в порядке, он жестоко ошибся. Я не пошевелилась. Стороннему наблюдателю открылось бы занятное зрелище: блестящий гранд, пытающийся танцевать с неподвижным бревном.

– Император вообще придет?

– Да. Впрочем, сменим тему. Вы знали, что у меня был дьяболик? – Он взял меня под руку и развернул. Я не сделала ни малейшей попытки ему помочь, но Атон будто не замечал моего упрямства. – Его звали Изверг. Здоровенное создание с ярко-рыжими волосами.

– Как интересно.

– Он был вернее пса, – печально признался Атон. – Я совершенно не хотел давить его в гравитационной камере, но не рискнул идти против императорского декрета. Проследил за казнью из уважения, но просто не мог не выполнить приказ. Когда мне рассказали, как вы обвели Гладдика вокруг пальца, я поверить не мог, что породил на свет такого непроходимого идиота.

Я зло глянула на Атона. Со мной откровенно играли. Одним резким движением я притянула к себе сенатора и обхватила его голову коленями.