Кого не видят глаза - Дарья Кандалинцева

– Она назвала меня вашим величеством, – продолжил Лир, сердито скрестив руки на груди. – Ведь специально же! Знает, что я ненавижу, когда ко мне начинают относиться, как будто я какой-то особенный!

– Ее можно понять, Хэллхейт. – Наг отставил консервы в сторону, вытер ладони о свою бойцовскую толстовку, которую, без сомнений, стащил еще где-то на Земле, и облокотился о спинку стула. – Нельзя выкинуть из головы мысль о том, что твоими руками кто-то другой совершил убийство. Можно лишь заглушить одно воспоминание другим. Дай Чарне время прийти в себя.

– У меня нет времени!

– Значит, найди его!

Аня снова вздрогнула, Тейн снова икнул.

– Простите. – Лир вздохнул, уронив голову на руки. Восклицание Нагала чудесным образом привело его в чувства. – Я просто не знаю, что делать дальше. Как делать что-то дальше.

Наг хотел сказать что-то еще и уже открыл было рот, но Тейн его опередил.

– Тогда нам нужен отдых! – восторженно щелкнул пальцами он, сгреб несколько стеклянных банок, которые почему-то стояли правильной пирамидой на столе, и вскочил. – Внимание, фокус!

Несколько следующих минут все наблюдали, как Тейн с завидным даже для трезвого проворством жонглирует банками, играючи подкидывая одну за другой в воздух. Затем Нагалу это надоело, он закатил глаза и направился к окну.

– Слушай, – неуверенно начал Лир, покосившись на Аню, притихшую рядом с ним, – насчет нашего последнего разговора…

– Не начинай, – отозвалась девушка, продолжая следить за виртуозностью неугомонного Тейна. – Прошлое есть прошлое, и копаться в твоем я больше не хочу. Мне неважно, кем ты был, что ты делал и что тобой двигало. Если сейчас наши взгляды на будущее совпадают, – она вдруг усмехнулась, отчего ее темно-зеленые глаза загадочно блеснули, – я, так и быть, готова тебя потерпеть.

Невольно улыбнувшись, Лир кивнул.

«Не так уж эта землянка и невыносима, как рассказывала Теру Дафна, – закралась в голову мысль. Хэллхейт украдкой посмотрел на Аню опять. – Что сидя здесь и озадаченно морща лоб при виде нечеловеческой ловкости Тейна, что еще там, лежа без сознания в руинах форпоста, она выглядит такой беззащитной, такой… нежной. Невинная богиня из какого-то старинного земного мифа. Да, я могу понять, что привлекло в ней Никка».

Какое-то время ничего не менялось. Лир с Аней наблюдали за представлением, а Нагал хмуро изучал что-то в окне. В конце концов стекляшки стали так резво мельтешить в руках Тейна, что вот-вот готовы были превратиться в сплошной бликующий на свету вихрь.

– Тейн, – позвал друга Лир, боясь, что если банки рухнут на пол, их всех окатит дождем острых осколков, – ты что, все три бутылки один выпил?

– Четыре, – не оборачиваясь, поправил Наг. – Одну он еще до твоего прихода разбил.

– И вы позволили ему?

– Я пыталась сказать, что для одного это многовато, – вставила Аня.

– Нет, ты пыталась сказать, что я не смогу все это выпить один, – хмыкнул Тейн, не прекращая свою бурную деятельность ни на секунду. – Я выиграл пари. Да и вообще, это ж ерунда, хоть счас-с-с могу по канату пройти!

И это была чистая правда. Тейн мог в таком состоянии и по канату пройти, и в драке победить, и поэму попутно сочинить, но Лир сейчас был не в настроении читать нотации о здоровом образе жизни. Он замерз, извелся и выбился из сил, пока рыскал по городу без особых успехов.

– Я приму душ и отдохну часок, – сказал он, поднявшись на ноги и потягиваясь, – а потом мы пойдем к месту встречи с даитьянами.

– У нас есть какое-то особое место встречи? – Аня удивленно подняла брови, когда указательный палец Лира показал точно ей в грудь.

– Ты, землянка, наше особое место встречи.