Красивая [= Красавица ] - Скотт Вестерфельд

Оказалось, что, заехав кулаком по железке, Зейн сломал трикости в кисти руки, и операция должна была продлиться полчаса.

Тэлли сидела в комнате ожидания вместе с какой-то парочкой.Они ожидали свою подругу, которая сломала ногу. Кажется, сбегала по мокройлестнице около особняка Лилиан Рассел. Тэлли не очень внимательно их слушала.Она с аппетитом поглощала печенье и кофе с молоком и сахаром и наслаждаласьтем, как тут было тепло и сухо. Редкое ощущение того, что организм наполняетсякалориями, немного притупило восприятие, но Тэлли радовалась кратким мгновениямдурмана красотомыслия. Она слишком отчетливо помнила, чем занимались в паркеКлеопатры Шэй и компания.

— А с тобой что случилось? — наконецполюбопытствовал красавец, разглядывая мокрую, перепачканную в грязи одеждуТэлли.

Вид у нее и вправду был просто позорный для красавицы.

Тэлли запихнула в рот хрустящее шоколадное печенье и пожалаплечами.

— Скайбордингом занимались.

Красотка ткнула друга локтем, сделала большие глаза и нервноуказала пальцем на Тэлли.

— Что такое? — недовольно спросил красавец.

— Тсс!

— Да что?!

Красотка вздохнула.

— Прости, — извинилась она перед Тэлли. — Мойдружок новенький. И совсем безмозглый. — Она шепотом объяснила другу: — Этоже Тэлли Янгблад!

Красавец раскрыл рот и тут же закрыл. А Тэлли толькоулыбнулась и принялась за очередное печенье. «Где еще встретишь Тэлли Янгблад —конечно, в приемном покое больницы», — видимо, думала парочка. Наверное,они гадали, какое грандиозное архитектурное сооружение на сей раз рухнуло подней.

Красавец и красотка потом помалкивали, но и их любопытныхвзглядов хватало для того, чтобы Тэлли чувствовала себя неловко.

«Эти двое вполне могут стать резчиками», — думала она ине могла избавиться от мысли о том, что ее криминальная слава на руку Шэй.

Той ведь только и надо, что заманивать красавцев и красоток,жаждущих хлебнуть хоть немножко просветленности. Несмотря на то что ее желудокбыл набит кофе с молоком и печеньем, у Тэлли противно засосало под ложечкой.

«Не войдут ли этой зимой в моду посещения приемного покоя?»— гадала она.

— Тэлли?

На пороге комнаты ожидания стоял дежурный врач. Он поманилТэлли пальцем. Наконец-то. Ей так хотелось поскорее уйти отсюда.

— Вы уж поосторожнее, ребята, — посоветовала онапарочке и зашагала по коридору следом за дежурным врачом.

Когда дверь за ней закрылась, Тэлли поняла, что оказаласьвовсе не в отделении «скорой помощи». Дежурный проводил ее в маленький кабинет,где стоял большой письменный стол, заваленный канцелярскими и компьютернымипринадлежностями. На уолл-скрине красовалась заставка с изображением зеленоголуга в солнечный день — в начальной школе нечто подобное появлялось на экранеперед тихим часом.

— Гуляли под дождем? — весело поинтересовалсядежурный врач и снял светло-голубой одноразовый халат.

Под халатом оказался костюм. «Деловой костюм», —отметила Тэлли и догадалась, что перед ней вовсе не дежурный врач. Такиелучистые улыбки больше в ходу у политиков, учителей начальной школы ипсихоаналитиков.

Она села на стул напротив незнакомца. С ее промокшей одеждына пол капала вода.

— Совершенно верно.

Мужчина улыбнулся.

— Да, всякое бывает. Ты правильно поступила, чтопривела своего друга сюда. А мне повезло, что я в это время оказался здесь.Дело в том, что я пытался связаться с тобой, Тэлли.

— Правда?

— Да.

Он снова улыбнулся. Он принадлежал к той разновидностизрелых красавцев, которые улыбаются по любому поводу: улыбка радостная, улыбкаразочарованная, улыбка, означающая «вам грозит беда». Он выглядел дружелюбно ибодро, спокойно и доверительно, и от этого Тэлли хотелось скрежетать зубами. Онбыл взрослым красавцем такого типа, о котором разглагольствовала доктор Кейбл,рисуя Тэлли картины блестящего будущего: находчивый, уверенный в себе. Красивоелицо с ровно необходимым количеством легких морщинок, нарисованных якобычувством юмора, возрастом и мудростью.

— Ты уже несколько дней не читала свою электроннуюпочту, верно? — спросил мужчина.

Тэлли покачала головой.

— Слишком много «левых» сообщений. Ну, после того какмы засветились в новостях, вы же знаете, наверное? Прославились, можносказать. — Она горделиво улыбнулась.