Ледяная смерть - Дмитрий Лазарев

Ничего особенного он там не нашел: только то, что было указано в анкете, которую этот Дмитрий Рогожин заполнял, поступая на работу в корпорацию. Его дело практически не пополнилось за те пять лет, что он отработал в компании. И это раздражало Баркова еще больше. Он дал себе обещание хорошенько пошерстить свою бухгалтерию и управление по кадрам, чтобы разобраться с этим упущением. Он, конечно, справится с данной проблемой, как и со многими другими до нее. В конце концов, что стоил этот Дмитрий по сравнению с Синдикатом и инфером-убийцей?! Так-то оно так, но до чего же все это не вовремя!

До встречи оставалось немногим более получаса. Барков договорился с дочерью, что она приведет его в городской дом, – это поможет избежать пересудов в офисе. Ведь многих мог заинтересовать тот факт, что его дочь и бухгалтер одновременно зайдут в кабинет шефа. Барков налил себе бренди и залпом выпил. Надо было успокоиться, чтобы показать этому парню, что он для него, Андрея Баркова, полный ноль и нисколько его не волнует. Нисколько…

* * *

– Ты не передумала, Аллерия? – спросил Долохов. – За такую инициативу начальство нас с тобой по головке не погладит.

– Но Беркутов сам разрешил осторожно разрабатывать «Барков энтерпрайзес».

– А нахальный визит к главе корпорации с весьма скользкими вопросами, по-твоему, подходит под определение «осторожно разрабатывать»?

– Мы скажем ему, что расследуем деятельность «Дельта инвестментс», и все. Формально к нам нельзя придраться. Обвинять его мы ни в чем не будем. Просто зададим пару вопросов и понаблюдаем за его реакцией.

– Формально нас могут даже не пустить в офис.

– Его там сегодня не будет. Я узнавала. Он дома.

– Тем более!

– Если Барков в чем-то замешан, то вряд ли захочет ссориться с усмирителями.

– Это общение с эдемитом сделало тебя такой оптимисткой? – саркастически спросил Долохов.

– Эдемит тут ни причем. – Аллерия слегка помрачнела. – Просто я устала от неудач, и мне очень хочется раскрыть это дело. Ты со мной или нет?

– Могла бы и не спрашивать, – пробурчал Долохов. – Мы ведь напарники, не так ли?

– Вот и хорошо. Я в тебе не сомневалась. Звоним Баркову?

– Нет уж! Поедем прямо к нему домой и без предварительного звонка. Устроим сюрприз, чтобы он не успел подготовиться.

* * *

– Здравствуй, папа! Позволь тебе представить моего друга, Дмитрия Рогожина.

– Рад с вами познакомиться, Андрей Сергеевич. Алина много о вас рассказывала.

– Здравствуйте, – сухо приветствовал их Барков, смерив Дмитрия безразличным взглядом. – Проходите в гостиную и располагайтесь.

Когда все разместились в креслах, хозяин дома поинтересовался:

– Можно узнать, Дмитрий, как вы познакомились с моей дочерью?

– Я несколько раз видел ее в здании корпорации, но поговорили мы впервые на кладбище.

– Вот как? Оригинальное место для знакомства! – Барков удивленно приподнял бровь. – И каким же образом это произошло?

– Я навещал могилы своих родителей, – ответил Дмитрий. – Они погибли во время теракта на площади Примирения 15 июля.

Если он надеялся на хотя бы формальное проявление сочувствия со стороны Баркова, то просчитался, – тот хранил каменное молчание, ожидая продолжения. Впрочем, Дмитрий ничем не выдал того, насколько это его задело, и продолжал как ни в чем не бывало.

– Ваша дочь случайно оказалась там же и в то же время.

– Я была у мамы и брата, – пояснила Алина.

– Мы разговорились. Оказалось, что у нас много общих интересов. С кладбища ушли вместе, и Алина подвезла меня домой. А потом мы стали встречаться.

– Очень интересно, – сказал Барков. – У меня есть к вам пара вопросов, если вы не возражаете.

– Конечно.

– Вы сказали, что видели Алину в здании корпорации.

– Да.

– А знали, кто она до вашей встречи на кладбище?

– Догадывался.

– Ваша догадливость делает вам честь, – ядовито произнес Барков. – Насколько я понимаю, вы работаете в бухгалтерии?

– Да.

– Следовательно, прекрасно представляете размеры моего состояния?

– Папа! – возмущенно воскликнула Алина.

– Помолчи, дочка, я хочу услышать ответ!

Дмитрий криво усмехнулся:

– Я понимаю, почему у вас возник этот вопрос, Андрей Сергеевич. И опять-таки прекрасно понимаю, что со стороны это выглядит…

– Как охота за приданым, – любезно подсказал Барков.

– Только уверяю вас, в данном случае вы ошибаетесь. Я люблю вашу дочь и ее, точнее, ваше богатство является скорее препятствием, чем катализатором для наших отношений.

Хозяин дома насмешливо прищурился:

– Как вы думаете, Дмитрий, сколько человек на вашем месте ответили бы иначе?

– Знаю, что сложно будет убедить вас в чистоте моих намерений, Андрей Сергеевич, но если хотите, я могу подписать контракт.

– Какой еще контракт?!

– Брачный. Я здесь, чтобы просить руки вашей дочери.

– Что?!

– Конечно, это шок для вас: все слишком быстро и подозрительно. Но наши отношения с Алиной можно назвать любовью с первого взгляда. Они развивались так стремительно, что я сам был слегка напуган. Но мы очень любим друг друга, и я попросил Алину стать моей женой. Она согласилась.

– Правда? – Барков был ошеломлен настолько, что почти потерял дар речи.

– Да, папа. – Алина протянула ему правую руку с кольцом на безымянном пальце. – Ты не поверишь, но мне пришлось даже взять инициативу в свои руки: разница в социальном положении не позволяла Диме даже думать о возможности брака со мной. Но мы с ним – родственные души, и он это чувствует так же, как и я. А сейчас я хочу вам обоим сказать следующее и прошу мне поверить: мне все равно – каково его положение в обществе, главное – какое место он занимает в моем сердце…

Ее прервали саркастические аплодисменты Баркова.

– Браво! – произнес он, глядя на Дмитрия со смесью удивления и ненависти. – Браво, молодой человек! Но к вашему сведению, я давно переболел болезнью под названием «доверчивость», и теперь у меня к ней стойкий иммунитет, чего не скажешь о моей дочери. Вы – редкостный лицемер, и сумели весьма успешно заморочить ей голову. Но со мной этот номер не пройдет! Я вижу вас насквозь. Моих денег вы не получите!

– Мне не нужны…

– Хватит! – рявкнул Барков, выходя из себя. – Я достаточно вас наслушался! Теперь вы послушайте меня. Я никогда не дам согласия на этот брак! И если вы не прекратите встречаться с мой дочерью или, более того, тешить себя надеждой на то, что она сбежит с вами, то учтите: у меня достаточно охраны, чтобы помешать этому, и достаточно влияния, чтобы выдворить вас не только из корпорации, но и из мегаполиса. Более того, в моей власти сделать так, чтобы вы нигде больше не нашли работу. Вам все ясно?