Люди в белых хламидах - Ольга Обская

Боясь поверить своему счастью, декан обошел Валерию, чтобы посмотреть в лицо сына. Лера догадывалась, как мгновенно сейчас потухнет его взгляд. Сердце сожмется от тех же чувств, что пару минут назад терзали Валерию. Боль и разочарование накроют с головой: это не чудесное исцеление, это всего лишь маленький шажок на пути к нему. Но уже в следующую секунду пробившаяся через горечь разочарования надежда заставит сердце снова бешено колотиться в груди. Сознание взорвется от понимания — как бы то ни было, малыш начал избавляться от болезни.

Валерия почувствовала, как Даркус легонько провел по ручке сына, нежно обвивающей шею. Вот она, возвратившаяся надежда, вылившаяся в это трогательное прикосновение.

— Илди обязательно поправится, — прошептала Лера.

— Уверен, — так же шепотом ответил Даркус.

Еще несколько мгновений тишины. Но вскоре Валерии пришлось нарушить ее недовольным возгласом:

— Профессор Даркус, вы полотенце не догадались захватить?

Вода, стекающая с рук и волос декана, начала попадать за шиворот. Не то чтобы это так уж сильно напрягало, но Лера боялась, что Илди будет неприятно прикасаться к намокшей блузке и он может убрать ручки. А самым пылким желанием Валерии на данную минуту было не расставаться с объятиями крохи никогда и ни за что.

— Полотенце? — глупо переспросил Даркус.

До чего же мужчины непрактичны и непредусмотрительны! Любая девушка, собирающаяся на пляж, захватила бы с собой полотенце машинально, даже не задумываясь.

— Кусок ткани, которым вытираются после купания, — насмешливо пояснила Лера.

Блузка все больше и больше намокала.

Декан наконец сообразил, что к чему и, отступив на шаг, важно изрек:

— Конечно, захватил.

Он направился к машине и через минуту вернулся с двумя огромными мягкими полотенцами. Одно расстелил на земле, приглашая Валерию располагаться, а вторым начал вытираться.

Лера попыталась аккуратно опуститься на пушистую ткань, но немного не удержала равновесие. Сказывалось, что под ногами была не твердая почва и даже не песок, а мягкие, как поролон, камешки. Приземление получилось немного неуклюжим. Лера с тревогой посмотрела на Илдреда. Но малыш вел себя просто удивительно: ни мокрая блузка, ни падение не заставили его разжать ручки. Он по-прежнему доверчиво прижимался к Лере.

Даркус подошел к ним уже относительно сухой и одетый. Пристроился рядом и попытался краешком полотенца промокнуть капли воды, которые до сих пор поблескивали на шее Валерии.

— Лучше?

— Ну, допустим, шею вы мне просушили, а что делать с мокрой блузкой? — с иронией поинтересовалась Лера.

— У меня есть идея, — слегка растягивая слова, лукаво улыбнулся Даркус.

— Какая? — настороженно переспросила Валерия. Что-то в этой двусмысленной улыбке показалось ей подозрительным.

— Разведем костер, — пояснил Даркус. — Он и замерзнуть не даст, и одежду просушит. И к тому же костер здесь, в Серебряной долине, это еще одно интересное зрелище.

Вот в это Лера охотно поверила. В Серебряной долине, как она уже убедилась, все было необычным и захватывающим.

— Вы пока отдыхайте, а я наберу немного хвороста, — бросил Даркус и направился в сторону небольшой рощицы, что располагалась в нескольких десятках метров от берега.

Вернулся минут через десять с охапкой веток, разложил их в виде конуса и подпалил. Пламя быстро занялось. Лера почему-то подумала, что оно будет какого-то необычного цвета, возможно серебристого, однако ничего сверхъестественного не случилось: обыкновенный костер, в точности такой же, как на Земле.

Но все равно, пламя завораживало. Ветки потрескивали. Из них вытекала смола, которая источала необыкновенный хвойно-цитрусовый аромат.

Даркус пристроился рядом с Лерой.

— Скоро начнется, — сказал он, загадочно улыбаясь.

— Что?

— Шоу серебристых мотыльков.

— Слетятся на огонь?

— Да. Только наши, в отличие от ваших, не настолько глупы, чтобы нырять в пламя. Будут порхать вокруг. Им просто нужно тепло. Они им питаются.

Мотыльки не заставили себя долго ждать. Сначала парочка, потом десяток, а через несколько минут уже не меньше сотни насекомых со светящимися крылышками кружили над костром. Завораживающее зрелище. Говорят, на пламя можно смотреть бесконечно долго. А если над этим пламенем порхают серебристые мотыльки, то любоваться можно еще дольше. Дольше, чем бесконечно долго…

И Валерия с Даркусом любовались. Лере было хорошо и спокойно, и даже шевелиться не хотелось. Но в конце концов Илди заснул, и двигаться все же пришлось. Но не в обратный путь. Даркус убедил Валерию побыть еще немного в Серебряной долине, мотивируя тем, что атмосфера здесь крайне положительно влияет на малыша. Декан принес из машины кресло-трансформер, соорудил из него детскую кроватку, и Лера аккуратно опустила кроху в ее мягкие объятия.

Костер начал потихоньку затухать, но мотыльков только прибывало. Они кружились и кружились. Их крылышки то схлопывались, то расправлялись — это создавало впечатление гаснувших и тут же вспыхивающих звездочек.

— Красиво здесь, — выдохнула Лера. — Волшебно.

— На самом деле ничего сверхъестественного. В грунте много серебрита — люминесцирующего минерала. Из грунта он попадает в растения. А растения передают его насекомым и животным…

А Лера, между прочим, и не говорила про сверхъестественное, она говорила про волшебство. Просто мужчины вряд ли понимают разницу. Хотя нет, Даркус, наверное, понимает.

— Спасибо за эту поездку, — тихо поблагодарила Лера.

Зря она думала, что декан готовил какой-то подвох. Похоже, он просто собирался развить свою прошлую идею: вызвать у Валерии восторг и эйфорию, чтобы подстегнуть ее ментальные способности.

— Думаю, ваш сегодняшний эксперимент удался, — продолжила она. — У Илди явный прогресс.

Даркус посмотрел на Леру. Что-то изменилось в его взгляде. В темных глазах отражалось пламя костра. Оно обжигало.

— Прошлый эксперимент тоже был удачным. Согласны?

— Д-да, частично, — неуверенно пролепетала Валерия.

Сердце замерло от догадки, куда клонит декан.

— Значит, чтобы усилить эффект сегодняшнего эксперимента, надо повторить предыдущий.

Лера почувствовала, как рука Даркуса легла на затылок. Неожиданный туман в голове мешал придумать план сопротивления. Действия Дарка были молниеносными. Он притянул Леру к себе и прильнул к губам. Боже, как горячо! В следующую секунду она уже ощущала, что лежит на мягкой перине светящихся камней, прижатая мускулистым телом Дарка, и его поцелуй продолжает обжигать и туманить разум…

Наверное, это длилось бесконечно долго. Даркус не понял, где нашел силы остановиться. Он вообще плохо понимал происходящее.