Охотники на вампиров - Вадим Панов

Расплатившись за воровство Красных Шапок, Шарп направился к павильону, но был перехвачен Григорием и выслушал неторопливую, но очень внушительную лекцию о принципах поведения простых человских наёмников в высококлассных заведениях Тайного Города. Судя по всему, епископ Носферату давно хотел излить душу кому-нибудь безобидному, и Спящий послал ему Шарпа.

Мысли вампира о челах вообще и о нём как ярком образчике семейки в частности отняли у наёмника десять минут жизни. Он искренне надеялся, что на этом поток нравоучений иссякнет, однако масан, набрав в грудь побольше воздуха, перешёл «к вопросу о дикарях…», и Шарп не выдержал:

– Простите, епископ! – искренне произнёс наёмник. – Я совершенно не ожидал от них такого нахальства.

– И напрасно! – Григорий положил холодную руку ему на плечо. – Мой совет: не заводи друзей среди Красных Шапок, чел. Ведь тогда судить о тебе будут по их поведению. Ведь именно у вас, челов, родилась пословица: «Скажи мне, кто твой друг, и я скажу, кто ты».

«Да отвяжись же, наконец!» – мысленно взмолился Шарп.

Он и сам не знал, что нужно делать, но делать что-то нужно было немедленно. В павильоне, кроме ископаемой кровати ископаемого китайского императора-инопланетянина, находились Виолиций и жена командора войны! Мало того, по его же глупости там оказались дикари – и это уж совсем какая-то гремучая смесь. А самое обидное заключалось в том, что Шарп так и не сумел предупредить Виолиция! И юный развратник, конечно же, отправился в пасть к тигру, потащив за собой и самого наёмника.

Но как распрощаться с масаном, если тому вздумалось потрепаться?

С этими типами следовало вести себя исключительно вежливо, поскольку, во-первых, от крови им в прямом смысле слова сносит крышу, а во-вторых, Григорий способен с лёгкостью исключить его из списка гостей и тем прервать возможность видеться с Машей, с которой у Шарпа только-только начало что-то налаживаться.

При мысли о любопытной девушке, которая сейчас спала и даже не представляла, сколько успел наворотить её новый друг, Шарп поневоле улыбнулся.

– Что тебя развеселило в моих словах, чел? – с обманчивой мягкостью осведомился вампир.

– Честное слово: ничего.

– Ты, наверное, до сих пор не понимаешь всей серьёзности происходящего, – насупился епископ Носферату. – Что скажет Граций, если Красные Шапки устроят драку с каким-нибудь президентом? Как это отразится на моей репутации? Или ты думаешь, что я посмеюсь с тобой за компанию?

– Вы меня не так поняли, епископ! – едва не вскричал наёмник. – Это была печальная улыбка: я так и не научился правильно выбирать себе друзей.

Эмоции произвели на вампира впечатление, но, увы, не остановили.

– Что же, выходит, я напрасно тебе доверял? Мне ты показался довольно порядочным челом. Кроме того, политика «Специального приглашения» как раз направлена на сближение с челами. Я полагал, что ты сможешь отыскать здесь серьёзных клиентов и перестанешь в конце концов нищенствовать.

– Я достаточно зарабатываю! – твёрдо произнёс Шарп. Потом он посмотрел на костюм кровососа, на галстук, часы и перстень на левом мизинце, помолчал и добавил: – Всё равно: достаточно.

– Наёмники-челы нужны Тайному городу прежде всего для того, чтобы мы лучше чувствовали пульс вашего общества…

Услышать от масана, что он хочет лучше чувствовать пульс челов, – то ещё ощущение. Наёмнику стало смешно, но он сдержался и, виновато поглядывая в бледное лицо епископа, стоял перед ним, словно провинившийся школьник перед строгим учителем.

Что за день такой? Епископ масанов учит его нормам поведения! Это плохо, или напротив – жизненное достижение?

– Я рассчитывал на твое благоразумие, Шарп, но вижу, что ты недалеко, а точнее, совсем никуда не ушёл от своей семейки.

– Извините, что подвёл.

– Я, конечно, не твоя мама… – Наёмник поперхнулся. – Но я тобой не горжусь.

Поставив эффектную точку, Григорий развернулся и ушёл, а Шарп уныло побрёл к павильону, прикидывая, постучать сразу или сперва подёргать за дверную ручку. Но не успел сделать ни того, ни другого. Когда до строения оставалось примерно десять шагов, из него выскользнула закутанная в плащ фигура – наёмник без труда опознал Роксану, – а следом в дверях появился счастливый Виолиций.