Охотники на вампиров - Вадим Панов

– Садитесь, друг мой! – Председатель стащил с головы маску. – Ох, пора то ли маску расширять, то ли попросить докторов отрезать мне лишние подбородки! – И громко рассмеялся над собственной шуткой. Корн охотно поддержал начальство. – Я вас ни от чего не отвлекаю, Томас?

– Нет, Юджин, для вас у меня всегда припасена пара бочек приятного времени! – Корн побарабанил по своей маске. – Традиции священны.

– Верно. В традициях – наша суть, традиции – наш накопленный опыт, наша цивилизация, по сути. Всё остальное стоит на этом фундаменте. Корн, я хотел вам кое-что сказать об этой охоте в России… – Кельт чуть замялся, разглядывая старческие пятна на руках. – Вы ведь смотрите новости, не так ли? И знаете, что в последнее время наши отношения с аборигенами этой страны серьёзно ухудшились.

– Они перестали молиться на демократию? – Корн позволил себе усмешку. Однако понимания не встретил: лорд-председатель остался серьёзен.

– Да уж, поумнели… – пробурчал он, разглядывая ощерившуюся маску. – Ситуация такова, что нам до крайности необходима солидная ложка дегтя, дабы измазать медведя, а после вывалять его в перьях… Вы следите за моей мыслью?

– Разумеется. – От нехорошего предчувствия у толстяка стали подрагивать пальцы.

– Была попытка разыграть карту педерастов, мол, обижают секс-меньшинства, но она в какой-то момент сдулась, а извлекать её повторно пока нет смысла. Да и слаба она для наших целей… Крайне слаба.

– Нужна кровь? – прямо спросил лорд-распорядитель.

– Нужна английская кровь, – так же прямо ответил лорд-председатель.

У Корна засосало под ложечкой.

Первое правило любой серьёзной атаки заключается в подготовке общественного мнения. Плебсу нужно хотя бы в общих чертах объяснить, почему вчерашние друзья, с которыми шла взаимовыгодная торговля и которые охотно приезжали на острова учиться, покупать недвижимость и глазеть на достопримечательности, вдруг обзываются недостойными права на жизнь зверьми. Первое правило… Но то ли специалисты в таком деле повывелись, то ли народ стал чёрствым, но пока нужного результата не было, несмотря на все усилия пропагандистов: в чём бы русских ни обвиняли, народ лишь зевал. Пришла пора разыграть сильную карту. Шумная смерть нескольких молодых людей возбудит плебс и разозлит ещё колеблющуюся элиту.

– Детская кровь? – Корн понял, почему Кельт не слишком возражал против охоты в России.

– Можете ехать в Москву сами, – без веселья усмехнулся лорд-председатель.

– Я слишком стар и буду плохо смотреться на первой полосе таблоидов.

– Вы по-прежнему умны, Томас.

– Но вы позволите им хоть чуть-чуть поохотиться? – Теперь лысый пытался спасти вторую, тайную часть охоты, пытался выиграть время для Стива. – Если трагедия случится сразу по приезде, это вызовет ненужные подозрения.

– На ваше усмотрение, Томас. – Кельт вернулся к созерцанию маски упыря. – Я не собираюсь вникать в подробности.

– Понимаю.

– Кто будет сопровождать группу?

– Лучший в своём деле специалист.

– Что будет с ним?

– Сделаем его богатым.

– Этого хватит? – с нажимом уточнил лорд-председатель.

Если бы готовилась обычная охота, то судьба Стива была бы решена, но Корн помнил о сделанной ставке и не собирался отказываться от возможности заполучить для исследований настоящего вампира.

– Сопровождающий – прекрасный специалист и ещё будет нам полезен, – ровным голосом произнёс он, вытирая вспотевшую голову. – Сделаем его богатым, и этого будет достаточно. Ручаюсь.

– В таком случае он вернётся, – кивнул Кельт. – А этот… беглый мошенник… Валетский?

– Долинский.

– Что будет с ним?

– Ещё до нашего разговора предполагалось, что несчастная жертва кровавого режима не переживёт свидания с Родиной, – ответил Корн. – Он никому не нужен.

– До начала какого разговора? – тихо спросил Кельт.

Намек был более чем прозрачен.

– Я могу идти? – поинтересовался лысый.

– Да. – Кельт откинулся на спинку кресла. – Я устал…

Корн поклонился и вышел.

Стив – кто бы сомневался! – ждал распорядителя у его кабинета и вошёл следом, даже не спросив разрешения.

– Надеюсь, никаких сюрпризов?

– Почти никаких, – подтвердил лорд-распорядитель, усаживаясь в кресло. – Я получил разрешение на охоту.

– Прекрасно.

– Но группа с неё не вернется.

– Ага. – Стив помолчал, после чего повторил: – Ага. – Решение пожертвовать тремя благородными пешками произвело на афробританца сильное впечатление. – Ага…

О себе Стив не спрашивал, понимал, что раз его поставили в известность, значит, не тронут, его интересовало другое:

– А наша охота?

– У тебя будет время, но немного.

– Понял.

– Акция должна получиться максимально громкой, – произнёс Корн, вытирая пухлые белые ручки, с которых буквально капал пот. – Чтобы таблоидам было что обсасывать.

– Обсосут.

– Свяжись с командиром исполнителей и продумай всё идеально.

– Продумаю.

– Они же станут твоим боевым прикрытием.

– Понял.

– Первый доклад завтра утром. Ступай.

Британоафриканец бросил задумчивый взгляд на лежащую на столе маску вурдалака и повернулся к дверям.

* * *

Необходимые формальности – как всегда, когда дело касалось «Клуба охотников на вампиров», – уладили в минимальное время. И по документам, которые и поддельными-то назвать нельзя – ведь выданы они были официальными службами, – в Россию въехала небольшая группа небедных туристов. Двое юношей, девушка, их шофёр, повар и гид. В аэропорту группу поджидал комфортабельный микроавтобус, в котором они и отправились в Москву. В шикарный отель в центре города.

– Я слышал, медведи у них повывелись, так они специально разводят и привозят к столице, чтобы не выходить из образа, – сообщил прильнувший к окну Дракон.

– Да плевать им на образ, они уже к середине дня пьяные валяются, – поделился своими познаниями о жизни аборигенов Демон. И уточнил: – Не так ли, Вэн?

– Так, – подтвердил Долинский, испытывающий непреодолимое желание надраться в хлам. – Напиваются и начинают играть на балалайках, а медведи под эту музыку пляшут.

– Где? – ЛедиГуГу тоже отдёрнула шторку. – Где медведи?

– Абрамович увёз, – хохотнул Демон.

– А-а…

– Стив! – Автобус въехал в городскую черту, и внимание Дракона привлекла стайка девушек. – А как по-русски будет «Я люблю вас»?