Последний Дозор - Сергей Лукьяненко

Позицию он занял великолепную. У окна, вкоторое бил слепящий солнечный свет. Моя тень была где-то сзади — не нырнешь.

— Медленноипечальнодвигайсяккреслу, —протараторил парень.

Он был ускорен, его обволакивало зеленоесвечение, исходящее из амулета на руке: с виду обычная фенечка из бусинок,которые плетут хиппи. Сейчас его рефлексы во много раз превосходятчеловеческие. А учитывая автомат «Узи», магазин которого тоже пылал красным отзачарованных пуль, возражать было неумно.

— Говори разборчивее, — попросил я,проходя и садясь в кресло. — Раз ты не убил меня сразу, значит, есть о чемпоговорить.

— Ошибаешьсяволшебник, — сказалпарень, и я отметил это смешное, детское «волшебник». — Мневелелитебяубить.Нояхочукоеочемтебяспросить.

— Спрашивай.

Мне нужна тень. Мне нужно повернуть голову,увидеть свою тень и нырнуть в Сумрак. Там я буду быстрее его.

— Головойневерти!Посмотришьнатеньстреляюсразу. Скольковас?

— Чего?

— Сколькотакихтварейкактыходитпоземле?

— Ну… — Я задумался. — Тыимеешь в виду Светлых или Темных?

— Всеравно!

— При-и-име-е-ерно-о-о ка-а-ажды-ы-ыйде-е-еся-я-яти-и-иты-ы-ыся-я-я-чны-ы-ый, — протянул я. Не из вредности, апытаясь убедить парня, что он слишком уж ускорился. Впрочем, может ли онрегулировать действие чар?

— Сукиненавижу, — сказалпарень. — Тебевеленосказатьчтотыпредалдругаизаслуживаешьсмерти…

В дверь постучали. Взгляд парня метнулся кдвери. Снова вернулся ко мне. Одним движением он сорвал со стола скатерть, набросилна автомат, по-прежнему нацеленный в меня. Велел:

— Ответь!

— Кто там? Открыто! — крикнул я.

Если это Семен — у нас появятся шансы.

Дверь открылась, и вошла Галя. Но в такомвиде, что у меня дыхание перехватило. Коротенькая черная юбочка, почти прозрачныйрозовый топик — Лолита нервно курит в углу.

Остолбенел и Жан.

— Привет. — Девочка что-то жевала.Сосредоточилась — и выдула здоровенный пузырь жвачки. Пузырь лопнул, заставивЖана вздрогнуть. Я испугался, что сейчас-то он и начнет палить, но пронесло. —А ты кто?

Она уставилась на Жана таким взглядом, чтоубийца стал заливаться краской. И ухитрился протараторить и промямлитьодновременно:

— Явгостизашел.

— Ну, друзьям Энтони — скидка. —Галя подмигнула парню. Подошла ко мне, покачивая бедрами. Сказала: — Я у тебятрусики забыла, не находил?

Я только и смог, что покачать головой.

— А, фиг с ними, — решила Галя. Истала медленно наклоняться, тянуться губами к моим губам, предоставив Жанувозможность уставиться… даже не буду думать, на что именно!

Но он уставился.

— Готовься, — прошептала Галя. Глазадевочки были серьезными, тревожными. Но она все-таки коснулась моих губ — и вглазах заплясали озорные искорки…

За мгновение до того, как она перекинулась вволчицу. Грубо, страшно, разбрызгивая капли крови и лоскутья кожи, не тратявремя на полноценный морфинг. Перекинулась — и черной всклокоченной теньюпрыгнула на убийцу.

Он начал стрелять в тот самый миг, когда яметнул одно за другим два Тройных Лезвия.

Первое отсекло ему руку с автоматом и выгрызлокусок тела. Куда попало второе, я понял не сразу. Вскочил, прыгнул к корчащейсяна полу волчице. Ее тело приняло все пули, предназначенные мне. Не так уж много— пять или шесть пуль. Если бы только они не были заговоренными…

Жан стоял, покачиваясь. Смотрел на менябезумными глазами.

— Кто тебя послал? — закричал я,ударяя его Доминантой, заклинанием абсолютного подчинения.

Жан вздрогнул, попытался открыть рот — и егоголова разлетелась на три части. Мой второй заряд попал в голову.

Тело покачнулось и рухнуло на пол рядом сдевочкой-волком. Из артерий, пульсируя, била кровь.

Если бы она была вампиром, а не оборотнем…

Я наклонился над ней — и увидел, что девочкаперекидывается обратно в человека.

— Не смей! Умрешь!

— Все равно умру, — отчетливопроизнесла она. — Не хочу… зверем…

— Ты не…

В голосе ее на миг прорезалась ирония.

— Глупый… Светлый…

Я встал. Мои руки были в крови. Под ногамихлюпала кровь. Обезглавленное тело убийцы конвульсивно вздрагивало.

— Что тут… — Семен застыл в дверях.Провел ладонью по лицу. Выругался.

В другой руке у него было два пакета. Один сбутылками. Второй, наверное, с шарфиками.

— Тут? Тут уже ничего. — Глядя намертвую девочку, сказал я. — Уже все.

Магнитик для Завулона я купил в аэропорту Эдинбурга,пока Лермонт и Семен переоформляли билеты. Нам теперь требовалось всего дваместа в салоне самолета и билет на ненормативный груз — длинный деревянный ящикс наложенными на него чарами. Одно заклинание предохраняло содержимое отразложения. Второе убеждало таможенников, что проверять этот ящик нет никакойнеобходимости — в нем перевозят безобидные лыжи.

Магнитик был банальный, но красивый: фигуркашотландца в килте и с волынкой. Я спрятал его в карман, потом постоял передстойкой с открытками. Выбрал одну, с королевским замком, заложил ее впутеводитель по Великобритании. Пока у меня не было никаких основанийотправлять ее девочке Лере. Но я очень надеялся, что рано или поздно смогувыполнить данное подруге Виктора обещание.

Семен был непривычно тих. Не вспоминал, каквыглядели самолеты на заре авиастроения, не балагурил. Мы прошли пограничникови таможенников, заняли свои места в салоне. Семен достал фляжку виски,вопросительно посмотрел на меня. Я кивнул. Мы сделали по глотку прямо изгорлышка, заслужив неодобрительный взгляд стюардессы. Она немедленно удалиласьв свой закуток, вернулась со стаканчиками и несколькими бутылочками, молчавручила их Семену.

— Не жалей, — негромко сказалСемен. — Темные всегда останутся Темными. Она бы выросла и сталачудовищем. Скорее всего.

Я кивнул. Конечно же, он прав. Это долженпонять даже такой глупый Светлый, как я…

Откинувшись в кресле, я закрыл глаза. Подумал,что забыл даже проверить вероятности — не грозит ли самолету катастрофа. А…какая разница. Люди летают, не думая о плохом. Попробую так и я…