Мара и Морок - Лия Арден

На лбу Аарона появляется несколько морщин, пока он читает дальше про себя. Я закусываю щёку изнутри.

– «…как одному из нежити она разорвала нити своими руками, потому что потеряла нож после убийства первого. Мара рассказала детям, в каком направлении идти, чтобы выйти в ближайшую деревню, но имени своего она так и не раскрыла, хотя позже было установлено, что к тому моменту лишь одна из Мар была подходящего возраста и имя её – Агата». Это всё – правда?

Рассказчик описал всё достойно и сухо, но там, конечно же, ни слова о том, что стоило только детям уйти, и меня стошнило от смрада крови упырей, что покрывала мои руки. А потом я плакала от боли в разорванной руке из-за нитей и скулила, когда мне зашивали ладони служительницы в храме.

Но я всё равно удивлённо смотрю на Аарона, слушая, как он читает. Я не рассказала всю историю даже Ирине, потому что нарушила правило. Я должна была убежать, а не драться. Хотя они легко могли догадаться по отметинам на руке.

– Почти. Хотя на деле всё было не так просто.

Я разглядываю забинтованные ладони и только сейчас понимаю, что все мои старые шрамы пропали. После нитей раны всегда аккуратные, хоть и глубокие, заживают они, не оставляя уродливых рубцов, но и не пропадают бесследно. Раньше у меня на ладонях были полосы более светлой кожи, что служило напоминанием, сколько раз я использовала руки вместо стали. Но после оживления все шрамы пропали, словно моё тело полностью обновилось. Аарон переворачивает несколько страниц и вновь начинает читать:

– «Рассказывают, что она пришла одна. Скинула с плеч чёрный плащ, чтобы взамен накинуть алый, явив стражам, что встали перед ней, свою настоящую суть. И люди ахнули за её спиной, слушая, как она приказывает им позвать принца, что убил её сестру – одну из отмеченных самой Богиней. Толпа роптала вместе с ней, чувствуя ярость и глубину её горя, пока холодный ветер трепал её тёмные волосы. И вытащила она оружие, получив отказ. Одна против нескольких десятков…» – Аарон вновь замолкает, пробегая глазами моменты моей смерти, я решаю, что дальше вслух он продолжать не станет, но молодой человек вновь тихо начинает читать:

– «…Последняя из Мар – Агата, умерла в шаге от своей мести, смертью столь жуткой, что принц Серата Ариан сам вытащил каждый из трёх мечей, что пригвоздили её тело к дверям. Сам уложил её тело на пол, заворачивая в его же королевскую мантию, и стражи, что стали свидетелями, говорят, что он ещё долго сидел с её телом, прося прощения, и клялся он при всех, что Анны он никогда не трогал…»

Слушая последние строчки, я не злюсь, но и ничего особенного не чувствую, только хмыкаю, а Аарон поднимает на меня взгляд.

– Принцу стоило сказать всё это мне в лицо, до того как все мои сёстры погибли.

– Ты бы ему поверила?

– Я бы его выслушала, а потом убила. Это было бы честно, и остальные мои сёстры остались бы живы, – морщусь я, понимая, что было множество вариантов развития событий, которые могли сохранить им жизнь, но всё произошло так, как произошло.

– Вижу, твоя ненависть ни капли не ослабла, даже спустя столько лет, – Аарон закрывает книгу и с тихим шорохом пододвигает её ко мне по столу.

– Для меня этих двухсот лет словно и не было, – отвечаю я, подтягивая книгу к себе. – Для меня словно всё произошло совсем недавно.

– Неплохая книга, – с долей равнодушия выносит вердикт собеседник. – Но Даниил говорит, что есть особенная.

– Особенная?

– Да, настоящий сборник с самой достоверной информацией о Марах и Мороках, – серьёзно кивает Аарон. – Книгу эту написал некий Малахий Зотов спустя сто лет после вашего исчезновения. Называется она «Забытое о Марах и Мороках», и Даниил узнал, что в ней содержится множество действительно достоверной информации, но найти труды Зотова ему так и не удалось. Автор написал лишь пару экземпляров, и кто знает… может, они давно сгинули.

– ГОСПОЖА! Госпожа! – запыхавшись, Марина ударяется об угол нашего стола.

Служанка тяжело опирается рукой на столешницу, мы терпеливо ждём, пока она сможет выдавить из себя слова. Судя по всему, она уже давно бегает в наших поисках.

– Его высочество… очнулся! Вас зовут! Нигде не могут найти.

Мы с Аароном переглядываемся, и, скрипя стульями, оба вскакиваем на ноги, понимая, что она говорит о Николае.

– Что с ним такое, Мара? – сразу накидывается на меня король, как только я вхожу в комнату принца. – Он очнулся, но сонный, бормочет что-то!

В комнате собралась целая толпа, король с тремя стражами, няня и лекарь, Даниил и Елена, а теперь ещё я и Аарон. Проигнорировав вопрос, я присаживаюсь на кровать, чтобы осмотреть Николая. Он вяло реагирует на всё происходящее, но его зрачки сужаются и расширяются, хотя принц недовольно мычит, когда я касаюсь его века.

– Прикройте шторы, принесите воды и жидкой еды вроде каши, – прошу я няню, а потом кричу ей вслед, когда она уже была у дверей, – не горячей!

Потом я вновь проверяю Николая, его пульс, состояние мышц. Говорит он с трудом, но это нормально. Все в напряжении ожидают моего вердикта, и я поворачиваюсь к королю.

– Принц здоров, но сразу вскочить с кровати он не сможет. Ему нужно время, чтобы оправиться и прийти в себя. Сейчас в лучшем случае мы успеем его напоить, и он снова уснёт. Но с каждым пробуждением ему будет всё лучше.

Я приподнимаю голову принца и подношу к его губам свой отвар, не сразу, но он делает несколько глотков.

– Через два дня здесь соберётся Сенат. Он будет готов к этому моменту? – упрямится Дмитрий.

– Встать вряд ли. Говорить, возможно, он сможет. Если повезёт, будет сидеть. Если вам нужно доказать, что он жив, расскажите Сенату, что он заболел, и приведите сюда кого-то одного для демонстрации. Не стоит приводить всех.

– Это хорошая идея, отец, – поддерживает меня Даниил.

Николай ещё какое-то время бессвязно бормочет, а потом затихает, вновь проваливаясь в сон.

– Хорошо, так и поступим! Мара, ты тоже приглашена на праздник. Я хочу показать Сенату, что ты реальна, и обсудить с ними наш план на Северина, – бросает король, не спрашивая моего мнения. Он поправляет мундир и выходит из комнаты вместе со своими двумя стражами.

– Бедный наш старший брат, – Елена присаживается на край кровати, откидывает назад светлые волосы и берёт руку брата в свои, – но теперь он очнётся, и всё станет как прежде.

– Удвойте стражу у дверей этой комнаты, – приказывает Аарон оставшемуся стражу, и тот уходит исполнять.

– Верно, – задумчиво подтверждает Даниил, а потом обращается к девушке-лекарю, что осталась тихо стоять в углу: – Позаботьтесь о моём брате, следите, чтобы в комнате всегда кто-то был и чтобы здесь всегда была еда и вода на случай, если он проснётся. Чтобы было всё, что может понадобиться. Если что-то пойдёт не так, сразу зовите меня или Агату.