Катарсис. Северная башня - Виталий Храмов

– А Светогор? – спросил я.

– Ал Светогор? – переспросила женщина. И ждёт, что я продолжу.

Понятно. В общении равных «ал» опускается. Ко мне граф обращался как к равному. Вспомнил разговор, когда я убеждал супружескую чету Медных, что я простолюдин. С новой точки зрения ситуация становится ещё пикантнее. И особым смыслом наполнился мой вопрос к Клему – про самозванцев.

Понятно, приняли меня за благородного, шляющегося инкогнито. Мистер Икс, ёпта. Пролетарий! Вот тебе и пролетарская ненависть! Бывает. Пьеса Чехова «Ревизор». Они приняли его не за того. Но это я просчитал уже тогда. Воспользовался шансом, чтобы живым остаться и на галеры в рабском ошейнике не загреметь. Рискованно было, стоило тонко сработать.

– А теперь чего ты хочешь, женщина? – спрашиваю.

– Не губи! – просит она и падает на колени.

Что-то это как-то нелогично. Так и говорю. А оказалось, болтовню мою услышали, подозрение имелось, а тут и убедилась. Ибо смерд с рождения воспитывается в покорности. Воспитывается словом, плетью и дыбой. Простолюдин не сможет так поставить на колени, унизить и разом указать место такой боярыне. У него психика так не сработает. Убить – да. Причём обязательно с жестокостью. А жестокость – от преступления через устои. Но не указать место. Важно не что я сделал, а как. И при каких обстоятельствах. Буквально расставил все точки над ё, когда оппонент зарвался. А ещё страшнее, что не только унизил, но довёл унижение до крайней противоположности, а потом приласкал. Как и положено властителю – остановить зарвавшегося, но позаботиться о вассалах.

Вот такие последствия моей половой расторможенности. Я схватился за голову. Немного не то, что я тут напридумывал. Правильно говорил тот японец – не усложняй простое.

– Властитель, я не выдам вашу тайну. Но поясните нам, недостойным, что вас привело в наши земли?

Смотрю на неё с удивлением. Только сейчас понял, что «нас» – это не речевой выкрутас, не ошибка перевода, а именно обозначение группы единомышленников.

– Я из другого мира, – осторожно начинаю.

– Плохая легенда, – качает головой кума – буду её так же называть. Ассоциативный маркер уже прилип прочно. Кума продолжает: – Орден чистоты сжигает всех прошедших через разрыв. Всех без разбора.

– Я брат Клема. С севера.

– Вот это лучше. Но мы можем знать правду?

– Нет, – пожимаю плечами. Не мотаю головой, а пожимаю. Потому как сами отвергли правду. Как говорил Безруков – правду говорить легко и приятно? А хотят ли твою правду?

– Есть у вас какая-то цель?

Загадочно улыбаюсь и качаю пальцем. А что я ей скажу? Что мне все эти ваши непонятки и эта ошибка перевода – на хутор не упали? Что хочу просто прожить остаток отведённого мне времени? Как можно спокойнее. Никакой я не лорд, даже не бывший. Я простой советский детдомовец. Оттого лихой и отмороженный. Что с детства знаю – нахрапом и буром переть надо, иначе растопчут. Или сразу показал всем, что ты крут неимоверно и с тобой надо считаться, или терпи каждый день. Так и прожил всю жизнь, проламывая головой стены, подгребая под себя людей, средства и ресурсы, вскарабкиваясь на эту гору, чтобы быть самым верхним бабуином в местном стаде. Это уже моя натура. Больше полувека – не исправить за пару месяцев. Как только выпадаю из равновесного состояния сознания и эмоций, натура прёт. А весь этот мир – никакого равновесия души! Натура так и прёт – оборзевшего хабала, гопника и дерзкого бандюка. Натура малинового пинджака из лихих девяностых. Натура хищника, отщепенца, выродка. Натура бешеной собаки. А бешеных собак отстреливают. Пока бешеная собака ещё щенок и не успела стать Наполеоном, Гитлером.

Сказать? И завтра же они будут меня убивать. Если не сейчас же. А то я не слышал, как кузнец занял позицию за окошком, затянутым мутной плёнкой! Сам же меня и разделает. Чтобы не вводил в искушение и не измывался над его любовницей. Ибо что позволено Юпитеру…

– А кто «мы»? Какая цель у вас?

Оказалось, что «мы» – это Тайный Совет властителя Ал Светогора. Вот же хитрый тип! Уважаю! Ха, оказалось, жена его не послушник Совета. И этот любопытный взгляд. Я спалил Лилу этим вопросом? Ну, тебе знать не положено, а Рыжий сам допетрит, раз такой прошаренный. Если не он всё это организовал. Тонко и незаметно. Уважаю ещё больше! Жена хочет левака – на тебе, по самые помидоры! Салом по губам, чтобы не отвисали! Чтобы налево даже не смотрела. А Рыжему все плюсы. Жена проученная обратно в постельке, слегка обученная некоторым фокусам, да ещё и воспитанная, ибо обжегшаяся на молоке. Ну, не рисковать же ему – словить что-либо неприятное от залётного гастролёра? А тут вроде такой весь бывший «ал». А, тут кумушкой проверили – не заразен. Клем пробил, что не амбициозен. Не придётся расхлёбывать заговор против Красной Армии… тьфу, Горы. Ох, и Рыжий!

А цель Совета проста – процветание властителя и его людей в подвластных землях. И преумножение. Людей, земель и материальных ценностей.

Теперь мне на правде о себе не выгодно настаивать. Не приняли они сценарий «попаданец-прогрессор», мимо ушей все мои осторожные намёки. Да какое там! Клему прямо в лоб я заявил, что пришелец, что обладаю многими перспективными технологиями. Не услышали. Ну, что ж? Да здравствует север!

– Помогу, чем смогу. Столько, сколько мне отпущено будет, – говорю я этому Штирлицу в юбке. Без юбки. А, была не была, двум смертям не бывать! Обнимаю мягкое тело. Без грубости. На расслабоне.

Делай легче, делай чётче, кайфуй, кайфуй!

Когда зарычал в унисон с протяжным стоном кумы, подумал с усмешкой: «А будет умывальников начальник наезжать, так ему и скажу, что мать я его… видел… по-всякому». И вот так. Тоже! А как она после смотрела!

А сестра Мойдодыра, если понесёт… Блин, родственник! Ты мне рубль должен! Возвращаюсь под тёплый бок девушки. Сразу вцепляется кошкой, не просыпаясь, опутывает меня своими конечностями, улыбается, что-то бормочет.

Вздыхаю. Вот я попал! Прямо в центр политических раскладов и интриг. В самую глубину этой тёплой и влажной интриги! Пока со сплошными прикупами. А как сдавать надо будет? Вот тогда и разберёмся! Спать!

И всё же обидно. Имеется у меня некоторый зуд прогрессорства. Даёшь сталелитейные комбинаты плюс электрификация всей страны. Но… Да я и сам уже подумывал – а нужен ли этому миру научно-технический прогресс? И Рыжий мигом просёк такой сценарий. Как он тогда сказал: «Любой человек, даже ребёнок, с подобным артефактом…» Да, быстро просчитал такой вариант. И выбрал другой. «Бывший властитель Андр» называется. Вот и его люди отыгрывают этот сценарий. Вздохнул – придётся следовать мейнстриму. Плыть против течения может быть не только тяжело, но и больно. Им я нужен именно в таком виде. Эта роль сладкая и приятная.

А другая? Хочу ли я узнать, насколько сладко быть Галилеем? Пожалуй, нет. Потому – а пошло оно всё! Хорошо, что хоть в какую-то нишу угодил, а не развеялся пеплом по пустошам. Секрет быть живым и упитанным прост. Ты должен быть нужен. А в мои планы входит быть живым. Потому не надо корячиться. Особенно не вовремя. Для нужных тебе резких телодвижений бывает нужный момент. Надо только этот момент не проспать. Потому спать!