Люди под кожей - Ольга Миклашевская

– Не к добру это, не к добру… – бормочет Андрей себе под нос, глядя на безоблачное небо из окна рабочего кабинета.

Странно слышать такое от человека, забравшего в свое полное распоряжение предпоследний, шестьдесят шестой, этаж знаменитого здания-подковы. На шестьдесят седьмом располагается склад, так что фактически на самом верху в прямом и переносном смыслах всегда сидит только он, Андрей Каземиров.

Ну, еще секретарша затаилась где-то на другом конце этажа. Как обычно, делает покупки через интернет, играет в «Сапера» и по три раза на дню меняет цвет лака на ногтях от безделья.

На мониторе компьютера высвечивается сообщение от неизвестного отправителя:

«Кольцо у нее».

Андрей ничего не отвечает, а быстро, привычным движением опускает вкладку вниз. Ничего без него сделать не могут, вот бездари. Зачем он вообще согласился помочь. Как-то это очень… по-человечески.

Все свои дела он привык делать сам. «Айзмос» построил если не вот этими вот руками, то уж точно кровью и потом заполучил все необходимые бумажки для строительства в центре города здания такого масштаба. Сначала его с сочувственной улыбкой посылали в Москву-Сити, но Андрей не хотел быть еще одним грибом в крохотной рощице. «Подкова» была сдана точно в срок и быстро заняла свое почетное место на карте города и в сердцах жителей. Здание оказалось построено так, что не мешало практически ничьему виду из окна, а если и находилось в поле зрения, то скорее было похоже на своеобразную Триумфальную арку, нежели на деловой центр.

– Ну что, есть новости? – В дверях появляется Дмитрий, глава маркетингового отдела. Черные как вороново крыло волосы зачесаны назад, открывая широкий гладкий лоб.

– Да какое там… – Андрей равнодушно машет рукой. – Я уже подумываю в детективное агентство обратиться, а то эти олухи даже с самым простым заданием справиться не могут.

– Ты там, это, держи всех в узде, – неестественным тоном ободряет начальника Дмитрий и вскидывает кулак.

Что-то выглядит странным в отношениях этих двух мужчин. Такое ощущение, что один словно боится второго. Глаза Дмитрия опущены в пол, брови сдвинуты к переносице.

– Да уж, – хмыкает Каземиров, – держу. Ты тоже, смотри, особо не нарывайся, чтобы обратно в свое подполье не вернуться.

Дмитрий вздрагивает.

– Я теперь хороший мальчик, – пытается пошутить он, но неловкость никуда не девается.

– Это у тебя в отделе работает этот, как его… Розенберг?

– Который Лев? Ну да, у меня.

Андрей потирает подбородок с рыжеватой щетиной большим и указательным пальцами.

– И как он тебе?

– Ничего такой. Обычный, я бы сказал. Ничего выдающегося, но и проблем с ним особых нет.

– А как он к тебе попал?

– Как? – Лоб бугрится под натиском тысячи мелких морщинок. – Не помню уже.

– Ты? Не помнишь? – Андрей едва не хохочет.

– Да, согласен, мутное дельце. Может, Наташка из кадров его взяла? Столько работы, ты же знаешь, за всем уследить невозможно.

– Обычному человеку, может, и невозможно, а вот тебе стоило бы. Ладно, ты давай, а я пойду голову проветрю. – Глава компании встает со своего кожаного кресла, хлопает Дмитрия по плечу и проходит мимо него в сторону лифта.

Площадка на крыше здания, как обычно, пустует. Совет директоров пытался убедить Андрея сделать здесь вертолетную площадку: престижно и кинематографично. Только вот пространство нужно Каземирову вовсе не для того, чтобы понтоваться перед конкурентами. Если так подумать, это была главная и единственная цель создания «Айзмоса» – построить здание такой высоты, откуда беспрепятственно можно было бы следить за всем происходящим в городе.

Из рукава серого пиджака выскальзывает что-то длинное и узкое. Острые колышки окаймляют небольшую булаву на конце и задорно блестят на зимнем солнце.

– Р-раз! – Бизнесмен с задором, свойственным только мальчишкам, вскидывает оружие в воздух, и оно всего на мгновение касается неба. Но этого достаточно.

Тучи моментально сгущаются. Их будто стягивает к «Подкове» магнитом невероятной силы.

– Д-два!

Было бы чуть холоднее, пошел бы снег, но это дождь стоит стеной в радиусе нескольких сотен метров вокруг здания. Где-то далеко внизу крохотные человечки-муравьишки хватаются за свои сумки и, прикрывая ими голову, начинают стремительно ускорять шаг.

– Тр-ри, – уже чуть тише произносит Андрей, и в одно мгновение все прекращается.

Дождь больше походит на летний. Стремительный, мимолетный. Полный отчаянных эмоций и первых поцелуев. После себя он оставил только неглубокие лужицы и брызги с отражением радуги.

Абсолютно сухой, Андрей Каземиров разворачивается и направляется обратно к выходу с крыши. Настроение у него становится лучше с каждым шлепком дорогих кожаных ботинок по грязной воде.

Лев сталкивается с Лизой в лифте в конце рабочего дня. Какое-то время он думает, не пойти ли пешком или не подождать ли другого лифта, но в конце концов все же решается и пересекает крохотную пропасть.

Они никогда раньше не общались. Отдел большой, текучка кадров тоже, поэтому поддерживать контакты со всеми коллегами физически невозможно. Такие, как Лиза, обычно щебечут в стайках девочек у кофейного автомата, а Лев, действуя по устоявшейся привычной модели, в основном разговаривает только с другими мужчинами. В этом нет ничего сексистского – просто так получается, все так привыкли.

Но после той встречи у офиса, когда каждый своими собственными глазами увидел – другими словами это назвать нельзя – настоящее чудо, у них появился совместный секрет. И пускай лично они не знакомы, теперь нет да иногда находят друг друга глазами в толпе из офисных рабов.