Тесса Громова. Смертельный ритуал - Лина Алфеева

– Тесс, что случится с человеком, надолго прикованным к постели? Ммм… К примеру, если его привязать за руки и ноги к столбикам кровати? Великая Богиня! Тесс, ну куда ты поползла? Я же образно говорю. Лежи смирно, иначе мне придется тебя обездвижить.

Полежишь тут смирно, когда по тебе водят руками, ощупывают, а сами параллельно эротическим фантазиям предаются. Да лежу я, лежу. Я притянула к себе подушку и зарылась под неё. Теперь, по крайней мере, Михаилу не будет видно, как у меня горят щёки.

– Так вот, о чем это я, Тесс, – Михаил прокашлялся. – Что, если человека лишить возможности передвигаться хотя бы на сутки? Сначала его тело начнет испытывать лёгкий дискомфорт, затем появится онемение в мышцах, он будет ерзать по постели в тщетных попытках освободиться, если же решит упорствовать, то сотрёт кожу на запястьях и щиколотках, но и боль не принесет желаемого облегчения. Через некоторое время – месяц, два – он смирится и станет проводить большую часть времени во сне. Постепенно мышцы атрофируются, и когда через полгода он попробует встать, то обнаружит, что ему нужно заново учиться ходить.

– Понятно, к чему ты клонишь, – проворчала я из-под подушки. – Мне не стоит злоупотреблять амулетом.

– Ментальные щиты должны быть частью сознания. Тебе следует научиться поддерживать их автоматически…

– А я и умею! – возразила я и сделала попытку подняться, Михаил толкнул меня в спину, заставляя вернуться в исходное положение. Я почувствовала, что руки и щиколотки обхватывают магические нити, и взревела: – Мы так не договаривались!

– Я просил лежать смирно, – невозмутимо парировал он.

– Миша, я не завишу от твоего амулета. Могу и вовсе не надевать.

– Микаель. Я хочу, чтобы ты назвала меня Микаелем, – тихо попросил он.

– Твое эльфийское имя? – тоже тихо спросила я.

– Микаель Авриль.

Микаель Авриль. Красивое имя. И Михаилу подходило, и всё-таки думать о нем как об Орлове было привычнее.

От рук, лежащих у меня на спине, начало исходить тепло, постепенно оно превращалось в жжение. Против воли у меня из груди вырвался тихий стон.

– Больно? – участливо спросил Михаил, однако руки не убрал.

Признаваться в собственной слабости не хотелось, поэтому я ляпнула первое, что пришло на ум:

– Миш, а кто такие деймонары?

Мой бывший наставник вскочил с дивана, я повернула голову и увидела, как он, прилагая усилия, пытается сжать в ладонях крошечное солнышко. Хорошенькое такое солнышко, пахнущее мятой и тмином. Лицо эльфа покрылось испариной, на руках бугрились мышцы. Наконец ему удалось погасить магический светлячок.

– Тесс, чтоб тебя… – прохрипел он, а затем стремительно развернулся. В его правой руке зажегся тёмный огонь.

Круто! Я такого ещё не видела. Рассмотреть пламя как следует помешало взбесившееся покрывало – ткань подо мной ожила и за пару секунд спеленала, как младенца.

– Похоже, что вы, Тессия, полностью лишены инстинкта самосохранения, – с ехидством произнёс невидимый Норд. – И да, Авриль, ты в курсе, что если вдруг решишь удовлетворить любопытство юного дарования, то я сверну ей шею?

– Норд, покажись! – прорычал Михаил.

– Не раньше, чем ты возьмёшь себя в руки. Полагаю, девушка расстроится, если от тёмного пламени пострадает её колючая стража.

Перед глазами возникла картина – обугленные любимцы на оплавившихся от огня пластиковых стеллажах, – и я взвыла:

– Миша, не надо! Норд, вы ко мне на постоянное место жительства перебраться решили?

Михаил обернулся и изумленно уставился на меня.

– Приглашаете? – полюбопытствовал Норд, появившись под потолком в противоположном углу комнаты.

Он сплел из невидимых магических нитей нечто напоминающее кресло и теперь вольготно развалился прямо в воздухе, закинув ногу на ногу.

– Тессия, вы так часто принимаете гостей. Впору составлять график, – насмешливо произнёс деймонар. Внезапно его лицо посуровело, и раздалось злое: – Она дала согласие?

Вопрос был адресован не мне, но речь шла явно о моей персоне. Михаил почему-то смутился и бросил виноватый взгляд в мою сторону. Покрывало, из которого я уже практически выпуталась, снова скользнуло вдоль туловища и спеленало на этот раз так, что я даже руками пошевелить не смогла.

– Значит, не дала. И когда ты собираешься ей сообщить?

– О чём? – насторожилась я, заранее предчувствуя, что ответ мне не понравится.

– Поздравляю, Тессия, с сегодняшнего дня в ваших жилах течёт эльфийская кровь. И не хлопайте так удивленно глазами. Вероятность ошибки полностью исключена, ваша аура не врёт.

– Всего лишь энергетическая связь? – прошипела я.

– Не сейчас, – еле слышно попросил Михаил.

– Почему же не сейчас? Я с удовольствием послушаю, как ты станешь отмазываться, – едко произнес Норд.

– Зачем пожаловали, Норд? Успели соскучиться? – зло процедила сквозь зубы я. Происходящее между мной и Орловым было только нашим личным делом.

– Всего лишь подстраховался. – Надо мной открылся портал, и на диван облаком опустилось черное платье: лиф-корсет из плотного кружева и прямая, расширяющаяся книзу юбка. – Туфли найдете? Хотя… – Норд открыл ещё один портал и исчез в нём по грудь, когда он оттуда вынырнул, на диван сначала упала пара красных туфель, а затем медленно спланировал кусочек красного шёлка.

Я мысленно застонала. Уверена, последнюю деталь он добавил, чтобы позлить Михаила.

– Принимайте подарки, Тессия. В десять встречаемся у меня, – ввернул деймонар, нахально улыбнулся и исчез.

– В гробу я видела ваши подарки, – огрызнулась я.

С уходом Норда я наконец-то смогла выпутаться из покрывала. Вскочила, подбежала к зеркалу и начала осматривать спину, на которой теперь красовались темные руны.

– Да что за хрень мыхрячья! Я не соглашалась на подобное!

– Это всего лишь визуальный эффект. Кроме того, ритуал при необходимости можно обратить…

– Считаешь, что это должно меня успокоить? – Мой рот наполнился горечью. – Я же доверяла тебе, Авриль!

Эльф шагнул ко мне, но я выставила руку ладонью вперед, сохраняя между нами дистанцию.

– Я столько раз мечтал, что ты назовешь меня настоящим именем, но не подозревал, что это произойдет при таких обстоятельствах.

– А я не подозревала, что, обнажившись перед тобой в первый раз, настолько об этом пожалею! – сказала и почувствовала, как краска заливает лицо. Вот и призналась самой себе, что думала о близости с Орловым. Заодно и его в известность поставила.

– Тесс… – Михаил притронулся к моей руке и переплел наши пальцы.

– Я поверила тебе, – простонала я, ненавидя себя за собственную слабость. Вопрос доверия для меня был крайне важен.