Терновая ведьма. Исгерд - Евгения Спащенко

— Шутишь? — Изольда сокрушенно уронила голову. — Я разгромила усыпальницу Розы Ветров, дважды покусилась на ее жизнь, клялась сотворить жуткие вещи… Что она обо мне подумает?

— Я не об этом. — Он поднялся и подошел ближе. — У тебя… болит что-нибудь?

Она фыркнула, не уловив в его расспросах тревожных ноток.

— Все без исключения — ребра, виски, плечи… Словно меня от души поколотили. Даже губы саднит! И взгляни только на мой испорченный наряд — терновая ведьма вконец озверела?

Бодрая болтовня утихомирила беспокойство приморского королевича. Кажется, гибель от изнеможения принцессе не грозила.

— Хорошо. — Он взял ее за руку, увлекая в недра темного коридора.

— Не вижу ничего хорошего. Куда мы идем?

— К Розе Ветров.

— Ой, нет! — Изольда уперлась в каменную плитку каблуками. — Мне стыдно показаться ей на глаза. Давай лучше удерем незаметно.

В кои-то веки она предлагала Таальвену бежать вместе, но он возразил, поборов искушение:

— Вряд ли ты так поступишь, узнав, что случилось с Хёльмвиндом.

— А что с ним? — Неловкость была мигом забыта.

— Увидишь. — Таальвен подтолкнул принцессу вперед, начиная жалеть, что секундой ранее отказался от побега.

Теперь-то им точно не отделаться от верховного. Ведь Изольда не бросит его — опустошенного, неспособного больше летать.

* * *

— Почему она это сделала? — разнесся по залу звенящий голос. — Как одолела тебя? К чему стремилась?

— Я… не знаю, — вздохнула Роза Ветров удрученно. — Ничего не помню. После стольких веков в мыслях сплошной хаос.

— А причина, по которой ушли ветра? — Хёльмвинд ближе подступил к потускневшему золотому трону.

Но повелительница его и на сей раз безотрадно склонила голову.

— Понятно… — Разочарование сквозило в каждом движении ветра. Спутанные волосы коснулись лица.

— Мне жаль, верховный. — Роза задумчиво оглядела одинокую фигуру. — Быть может, прошлое обретет смысл, когда ветряная сила ко мне вернется. А пока…

Приоткрытая дверь скрипнула. Из-за нее показалась встрепанная кудрявая макушка.

— Вот и мои гости. — Ветряная повелительница радушно распахнула ладонь. — Входите же!

Для проспавшей тысячи лет выглядела она чудесно: золотистая кожа сияла во всполохах факелов, алые губы походили на бархатные цветочные лепестки. Облачение Роза сменила — теперь на ней переливалось атласом роскошное платье с высокой талией. Стоячий воротник украшали узоры, рукава плотно облегали гибкие руки.

Шагнув в тронный зал, Изольда невольно залюбовалась шевелюрой красавицы: пряди ее волос колыхались, как кувшинки на воде, голову венчал полукруглый головной убор, отделанный сухими цветами. Пышная грудь величественно вздымалась под корсажем.

«Я по сравнению с ней просто тощая замухрышка», — решила принцесса, поспешно одернув рваную бахрому на юбке.

Но Роза даже бровью не повела.

— Мы толком не успели познакомиться, — кивнула она, лучась благодушием. — Меня зовут Вея Эрна.

— Изольда Мак Тир, — присела в скромном реверансе колдунья. — Простите, что напала на вас.

Роза Ветров деликатно прокашлялась:

— Ничего страшного. В конце концов, это была тьер-на-вьёр. Так вы ее называете?

Принцесса с благодарностью ухватилась за возможность сменить тему.

— Значит, в вашей стране у колдуньи действительно иное имя?

— В древние времена ее величали терновой принцессой. — Вея Эрна погрузилась в раздумья.

— Отчего же в таком случае она сделалась ведьмой?

— Сложно сказать…

Держащийся на небольшом расстоянии от Изольды Лютинг готов был побиться об заклад, что серые в янтарную крапинку глаза ветряной владычицы лукаво вспыхнули. Но то могла быть обыкновенная игра света.

— Ты не представила своего спутника, — словно прознав о его догадках, оживилась Роза.

Изольда спохватилась.

— Это Лютинг Вестильд…

— Таальвен Валишер, — перебил принц.

— Западный ветер? — Вея Эрна намотала на палец гладкую прядку. — Забавно, среди моих подопечных был твой тезка.

— Он покинул Тьер-на-Вьёр вместе с остальными ветрами? — сделала попытку поддержать беседу принцесса.

Красавица на троне болезненно затаила дыхание.

— Нет, он умер.

Три пары глаз одновременно уставились на нее — с удивлением, недоверием, сочувствием. И, сложив на коленях руки, Роза Ветров промолвила грустно:

— Хотите узнать, как это случилось? Я помню немногое… Лишь как однажды терновая принцесса собрала войско и напала на Ветряное царство. Разгорелся долгий жестокий бой, многие ветра погибли. А в самом конце мы встретились с Исгерд лицом к лицу. Понятия не имею, как все сложилось после. Но видимо, в неистовой битве не одна я утратила мощь…

Вея Эрна напряженно поправила цветочную корону, по всему ощущалось: она старается воскресить образы минувшего изо всех сил.

— Колдунья была сильна — ничего удивительного, что она улизнула в другой мир в поисках подходящего пристанища для неприкаянной души. Думаю, уже тогда она лелеяла надежду вернуться…

— И мы послушно исполнили ее волю, пройдя через зеркало и прилетев в ветряной дворец, — пригорюнилась Изольда.

— Не корите себя, — приободрила Роза Ветров. — Без вашей помощи я бы ни за что не очнулась от колдовской дремы. От всего сердца я благодарна Северному ветру.

Только теперь принцесса вспомнила, зачем заглянула в тронный зал: она ведь беспокоилась о Хёльмвинде! Но в присутствии ветряной владычицы удерживать разбредающиеся мысли оказалось непросто. Слишком притягательным было ее грозное великолепие.

Очнувшись от наваждения, Изольда отыскала глазами верховного, призраком маячившего в стороне. Нахмурившись, он стоял босиком на каменных плитах. Белизна кожи будто поблекла: чудилось, что голубоватое свечение, обычно исходящее от ветра, исчезло. Даже спиральные узоры на его плаще прекратили движение.

— Боюсь, это моя вина, — проследив за взглядом колдуньи, призналась Вея Эрна. — Раньше меня подпитывал дух четырех верных помощников. Но они погибли — мои добрые верховные… и ради пробуждения я отняла чужую силу.

— А как… умирают ветра? — запинаясь, пробормотала Изольда.

Она отчаянно боялась показаться грубой, но вопрос не давал покоя.

— Растворяются, исчезают… — отрывисто пояснил Хёльмвинд вместо владычицы. — Но на смену им тут же являются другие старшие. Странно, что здесь все обернулось иначе…

Принцесса чуть не пискнула от радости, услышав его голос — звонкий, как прежде. Может, ветер пострадал не так сильно?