Трое в песках - Юрий Никитин

Мрак словно бы в раздумье отступил на шаг, выставив впередиОлега с пленницей. Таргитай подвигал плечами, устраивая на этот раз поудобнееМеч за спиной. От него покатила волна жара — лезвие из небесного металла началонакаляться.

— Хозяин считает, — сказал старший всадник резко, — что вамнадо остаться с нами. В пустыне умрете. Неважно, будете на конях или без них.

— А если хотим умереть? — спросил Олег. Его била дрожь, он струдом удерживался, чтобы не оглядываться умоляюще на Мрака — могучего,бесстрашного.

Всадник покосился на караван, что медленно останавливался, взадумчивости почесал нос. Внезапно лицо его посветлело.

— Наши боги не позволяют человеку оставаться без помощи!

— Разве помощь можно навязывать?

— Можно, — ответил всадник убежденно. — Дураков, женщин идетей надо спасать даже силой. Без спросу. А вы не только дураки, что видноиздали, но еще и редкостные уроды. Я в жизни не слыхивал даже, что могут бытьлюди с красными или белыми волосами.

— Мы не пойдем с караваном.

Эти слова Олег хотел произнести громко и с достоинством, нопочти прошептал — горло перехватила ледяная лапа страха.

Всадник оглянулся на караван. Из шатра высунулся человек вярко-красном тюрбане, кричал и размахивал руками. Всадник повернулся к неврам:

— Вас продадут в рабство. Это лучше, чем умереть в Песках!

Трое всадников выхватили мечи, а старший неспешно потащил изперевязи короткий кривой меч. Над ухом Таргитая вжикнула пчела, меч старшеговылетел из руки, как серебристая скользкая рыба. Таргитай понял, что пчелувыпустил Мрак. Он с криком выдернул свое оружие — Меч, коротко и зло полыхнулабагровая молния. Меч уже светился красным, от него летели искры. Всадникиопешили, но один все же пустил коня вперед, ощерил, пугая, желтые зубы.Таргитай широко размахнулся, всадник без труда уклонился, но лезвие досталоконя. Брызнула струями кровь. Конь, обезумев от боли, взвился на дыбы, завизжалтонко и страшно. Всадник раздирал ему удилами рот, конь скакнул дважды, упал,придавив всаднику ногу.

Олег хрипло вскрикнул, посохом закрылся от второго. Металлзазвенел о металл, всадник яростно рубил, но Олег всякий раз прятался, выставивнад головой жезл. Снова свистнула стрела Мрака, а Таргитай встретил натиск,отразил удар легкого меча, ударил сам…

Конец его длинного меча достал ногу всадника и, разрубив еедо кости, рассек бок коня.

— Коней пошто бьешь? — крикнул Мрак яростно. — Еще одногопокалечишь, я на тебе поеду!

Не выпуская лук, метнулся, как песчаный смерч, к каравану.Таргитай бежал хвостиком, но где тяжелый Мрак едва касался ногами песка, тамТаргитай вспахивал — как будто волочили дерево. Сзади еще слышался лязг: волхви последний из всадников, старший, сражались растерянно и осторожно.

— Мрак, — крикнул Таргитай в спину оборотню, — а пусть идутсебе?

— На чем поедешь, конеубийца?

С верблюдов соскакивали вооруженные люди. Мелкие в кости,низкорослые, но защищенные бронзовыми щитками на груди и плечах, с круглымищитами. Они торопливо выровнялись в линию, выставив щиты, а острия мечейнаправили на бегущих.

Мрак отшвырнул лук, выдернул секиру. Воины отшатнулись —секира была в человеческий рост, в крови, с налипшими на лезвии волосами.Звероватый чужак налетел как черная буря.

Двое на верблюдах поспешно направили горбатых зверей наневров. Таргитай ударил ближайшего, верблюд суетливо шагнул, и черное острие,срубив ногу, как тонкий прутик, с треском развалило верблюду бок. Из широкойраны хлынула темно-красная горячая кровь.

Таргитай застонал от стыда. Мрак заорал:

— Душегуб! Верблюда за что?

— Ты ж говорил, коней не трожь, — вякнул Таргитай воправдание. — А это верблюд… Нечаянно!

— За нечаянно бьют отчаянно. Берегись, они схватили луки!

— Верблюды?

Мрак ухватил за ногу седока, дернул. Тот распластался впыли, плоский как лист дерева. Мрак одним прыжком оказался на горбатом звере,забрался в странное седло. Сонный верблюд завизжал, почуяв хищного волка. Мракбешено выкатил глаза, рванул за узду, направил на головного: там сгрудилиськонные и пешие воины, бестолково размахивали мечами.

Человек в красном тюрбане высунулся из шатра, орал, брызгалслюной.

— Хоть лопни теперь, — процедил Мрак сквозь зубы. — Ктозарится на чужую шерсть, вертается стриженым. Тарх, имай коня!.. Имай, говорю,а не…

Таргитай с раскаленным до оранжевости Мечом гонялся законями с опустевшими седлами. Те пугались крови на руках человека и хищногометалла, храпели дико, увертывались.

Мрак ругнулся бессильно: ошалевший волхв бежал прямо накучку воинов, что окружили хозяина каравана!

— Сюда, дурень! — заорал Мрак. — Сюда!

Таргитай выпустил из рук узду, поймал-таки одного, оглянулсяс недоумением и готовностью выполнять. Мрак разъяренно отмахнулся: не ты одиндурень, еще один, только мудрый дурень, а ученый дурень хуже неученого,стоеросового…

Олег то ли услышал, то ли сообразил — на бегу круто свернулпрямо перед воинами, те даже сделали шажок вперед, ожидая удара грудь в грудь.Волхв подбежал к Мраку, по дороге стоптал смуглолицего, тот пытался укрыться защитом.

Внезапно весь караван заколыхался. Там заорали, защелкалибичи. Верблюды сдвинулись, пошли, все ускоряя шаг, пока не ударились в бег.Тяжелые тюки раскачивали их из стороны в сторону. Уцелевшие всадники щелкалибичами, орали, кололи верблюдов сзади мечами.

Мрак подобрал свой лук, наложил стрелу, долго целился. Когдабелое перо со свистом ушло, задний на верблюде вскинул руки, словно пыталсявзлететь, соскочил, но в песке остался недвижим. Стрела торчала между лопаток.Еще один вскинул руки, на этот раз взывал к небесам.

— В спину, — бросил Таргитай с укоризной. — Я думал, в спинуне бьешь.

— Пусть и другие так думают, — огрызнулся Мрак. — Они тоже…Когда оравой на троих, бедных и жалобных, рази не в спину?

Верблюд под ним взревел, пустился за убегающими. Мракосторожно свесился, зацепившись ногами, ухватил заднего зверя за узду. Рука полокоть оказалась в липкой зеленой слюне. Мрак отдернул руку, выругался, вытер олохматый бок своего зверя, такого же слюнявого, ударил, погнался, на этот разпоймал, со злостью огрел вислогубого слюнтяя по хитрой морде.

— С людьми жить — по-людски выть, — объяснил Мрак, ненадеясь, что услышат. — На нашем месте даже боги на кражу пойдут.

Таргитай так и не изловил коней: упустил так упустил, вотчаянии изловчился хватануть за узду горбатого зверя. Верблюд в страхевзревел, руки чужака были по локоть в крови, оплевал с головы до ног, ноТаргитай на этот раз не отпустил, страшась гнева Мрака.