Ричард Длинные Руки - пфальцграф - Гай Юлий Орловский

Пожалуй, не выказали явной вражды только барон Диас да Гамес, у которого под знаменем двести рыцарей и три тысячи пеших воинов, это который волосатый, да еще равнодушно ко мне отнесся граф Ришар де Бюэй, герой битвы при Олбени, Гастирксе, Черной Речке, Пролива и еще каких-то войн местного значения. Это, конечно, не значит, что они окажутся нейтральными и дальше. Одно дело не принимать меня всерьез как жениха, другое — услышать о моих притязаниях как пфальцграфа всей Армландии!

Еще, помню, был разговор, что леди Беатриссе придется, скорее всего, выбирать между графом Странженом, бароном ля Бержем и бароном Энгельярдом. Все трое относятся к классу оверлордов, то есть очень даже владетельных сеньоров, под рукой которых немало «простых» лордов, а у этих простых немало рыцарей-ленников со своими замками и мощными дружинами, а у тех тоже вассалы поменьше с замками попроще и гарнизонами помельче, которые, в свою очередь, раздают клочки земли мелким рыцарям в лен, такие даже замок поставить не могут, живут в обычных укрепленных домах, но в нужный момент и сами сядут на коней, и народ своей деревеньки вооружат и поведут за собой…

Я водил пальцем по карте, леди Беатрисса давала пояснения, я старательно запоминал. За спиной жутко скрипнула дверь, с грохотом ввалился Будакер. Лишенный ковров пол загремел под его тяжелыми, как у голема, шагами.

Усталый и запыленный, он с досадой снял и отбросил шлем, тот с грохотом укатился в угол. Будакер потер красную полоску на лбу, глаза поблескивают хмуро. За время перехода от замка Барбароссы он показал себя очень неплохо. Как в бою с братом леди Беатриссы, так и при захвате замка. Держится уверенно и с тем чувством достоинства, что не позволяет поклониться чуть ниже обычного даже королю, от которого так много зависит.

Сейчас наблюдал за нами с непонятным раздражением.

— Сэр Ричард, — сказал он наконец и запоздало отвесил церемонный поклон леди Беатриссе, — и наша прекрасная хозяйка. Слух, что мы выбили гарнизон графа Хоффмана, распространится очень быстро. А это принесет добавочные хлопоты.

— Какие?

Он сел, снова поклонился леди Беатриссе, но говорил, устремив взор строго между нами:

— Хотя все знают, что владения барона де Бражеллена король подарил сэру Ричарду, но никто не признает сэра Ричарда хозяином этих владений. Ну, я человек здесь новый, а вы это знаете лучше меня. А это означает войну, в которой у нас нет шансов… В то же время леди Беатрисса остается вдовой, то есть слабой женщиной, которая нуждается в сильной мужской руке.

Леди Беатрисса произнесла:

— Но сэр Ричард…

Он отмахнулся в раздражении:

— Я же сказал, здесь он — никто, какая бы у него ни была рука: длинная, короткая, сильная или корявая. Против него здесь несколько тысяч рук. Тоже, кстати, не слабых. Вы не увиливайте, леди Беатрисса, прекрасно понимаете, о чем я крякаю. Не меньше десятка крупных и могущественных сеньоров претендуют на вашу руку. И вы обязаны кого-то выбрать, иначе здесь разгорится такой пожар, что жарко станет и на небесах…

Она выпрямилась, но по ее виду чувствовалось, что загнана в угол. Прерывающимся голосом сказала:

— У них нет других забот?

Будакер покосился в мою сторону, сказал с еще большим раздражением:

— Все эти проблемы и будущие войны легко снять одним движением руки. Или одним словом.

Она не стала спрашивать, каким это словом, все понятно, а Будакер велел служанке принести эля, с наслаждением осушил большую кружку и со стуком опустил на середину стола.

— Как хотите, но вы, леди Беатрисса, обязаны назвать вслух того, кого выбираете в мужья. Это необходимо, чтобы успокоить земли от Хребта и до Разлома.

Он встал, церемонно поклонился и вышел, огромный и несгибаемый, привыкший говорить прямо в глаза все, что думает.

Мы остались одни, я неотрывно рассматривал карту, леди Беатрисса, казалось, перестала дышать. Я не смотрел в ее сторону, но чувствовал, как переминается внутри себя с ноги на ногу, не решается сказать то, что нужно сказать. Довольно паршивое состояние, когда и я, все понимая, абсолютно не могу прийти на помощь.

Я поклонился:

— Пожалуй, на сегодня можно закончить. Отдыхайте, леди Беатрисса. День был очень трудный, а я вас утомил просто бессовестно.

Я уже отворял дверь, как услышал позади ее сдавленный голос:

— Погодите, сэр Ричард.

Я повернулся, она слабо улыбнулась и указала мне на кресло. Я выждал, когда она сядет, осторожно опустился, не сводя взгляда, весь внимание. Леди Беатрисса вздохнула и сказала резко, будто бросилась с берега в холодную воду:

— Сэр Ричард, нам нужно обсудить пути… которые помогут всем заткнуть рты.

— Я весь внимание, леди Беатрисса, — ответил я почтительно.

Она старалась не встречаться со мной взглядом.

— В ваших интересах, как и в моих… заключить союз. Вы очень сильны как рыцарь, я — богата. Это взаимовыгодный союз.

— Да, — согласился я.

— Но для пользы дела, — продолжала она так, словно продиралась через колючие заросли, — союз нужно закрепить… Я понимаю, что вам он не нужен так же, как и мне, но это для посторонних важно…

Щеки ее уже пылают, словно алые маки, смотрит в стену мимо меня, пальцы нервно мнут оборку платья.

— Да, — подтвердил я. — Людям нужны понятные знаки.

— Потому нам, — договорила она, — нужно заключить этот союз… брачный союз. Он будет чисто деловым. Мы сразу договоримся, чем занимаетесь вы, а чем — я. Ваша власть распространится на огромные земли, а я… я сохраню свой замок, который очень люблю. И которым буду управлять только я. Я говорю о Сворве, а Коце, как и все остальное, вы вольны взять себе и делать с ним что заблагорассудится.

Она умолкла, подняла взгляд на меня и снова опустила. Я проговорил сдавленным голосом:

— Я весь внимание, леди.

Она продолжила, отчаянно краснея и не глядя на меня:

— Это чисто династический брак, который нас ни к чему не обязывает… Повторяю, я оставляю за собой только этот замок и ближайшие деревни. Мои амбиции не простираются дальше, а вы берете все остальное.

Она умолкла, в глазах страх и неуверенность, я выдержал достойную паузу, иначе нельзя, я же обдумываю, сдержанно поклонился.

— Да, леди Беатрисса, это приемлемый вариант сделки.

— Тогда…

Голос ее прервался, я кивнул:

— Тогда отыщите хотя бы клочок пергамента. Не думаю, что люди графа и его уничтожили. Напишите все условия брачного договора. Думаю, я смогу подписать, не вступая в споры по каллиграфии.

Она посмотрела с некоторым колебанием, слишком легко соглашаюсь, предупредила:

— Но хотя общая власть принадлежит вам, сэр Ричард, в этом мире все принадлежит мужчинам, но замок Сворве остается целиком и полностью под моей властью! И все подчиняются только мне, а не вам!