Тени безумия - Юрий Пашковский

Сам не зная почему, Теймах испугался.

Открытая дверь стала похожа на распахнутую пасть чудовища. Войдешь – и навсегда сгинешь в желудке монстра, прикинувшегося башней.

Скоро появились остальные ученики Бионта. Парни постарше и посмелее рискнули войти в обитель старого мага. Неуверенно потоптавшись на первом этаже, где, кроме стола с макетом долины и закрытых сундуков, ничего не было, и по очереди позвав учителя Бионта, Диосей и Патрокл поднялись этажом выше. Обычно старик проводил здесь занятия. Покрывал доску сложными формулами, с помощью волшебного шара демонстрировал действие лечебных заклинаний, доставал из шкафов толстенные книги и зачитывал вслух мысли мудрецов древности и современности, а когда ученики решали задачи, пытались по симптомам выяснить причину болезни, листал тонкие цветные брошюры, называемые журналами, и бормотал под нос что-то осуждающее о споре ятрофизиков и ятрохимиков. Временами Бионт отлучался, встречая посетителей, прибывших с прошением из дианохейских деревень или соседствующих с долиной полисов. Несмотря на порочащие его слухи, Бионт быстро приобрел славу лучшего медика, готового и, что немаловажно, способного помочь даже в тех ситуациях, когда бессильными оказывались священнослужители и магические гильдии полисов.

Разбитая на две части доска и расколотый хрустальный шар, разбросанные по комнате книги и поваленные шкафы… Стекла в окнах выбиты, но почему-то внутрь, а не наружу, на стенах следы копоти и рваные полосы, точно от удара гигантскими когтями, огромная дыра посредине потолка. Совершенно непохоже на привычную учебную комнату.

Осторожно оглядывая помещение, Патрокл заметил, как что-то капает из отверстия в потолке. Приглядевшись, парень нахмурился. Но прежде чем он успел что-либо сказать, на пол комнаты из дыры упало нечто круглое.

Почему-то Патрокл не сразу понял, что он видит.

А когда понял…

Когда понял, то взмолился богам, чтобы ему показалось.

Боги не отозвались. Ему не показалось.

Голова Бионта подкатилась к лежащему на боку шкафу и остановилась. Остекленевшие глаза уставились на учеников, перекошенный рот застыл в безмолвном вопле.

«Кровь… – отрешенно подумал Патрокл. – Это кровь капает…»

И тогда закричал Диосей.

Весть о смерти Бионта моментально разлетелась по долине. Взволнованные жители поспешили к башне мага, а в Афору, в гильдию Сфинкса, немедленно отправили гонца. Аристих Дионид, бывший наемник, участвовавший во всех войнах Западного Края за последние двадцать лет, через полдня уже был в полисе.

Афора стала набирать экономическую и политическую силу после того, как ученики Бионта из низантийцев и триасцев начали селиться в этом городе, организовав в противовес Золотой Яблоне собственную гильдию – орден Сфинкса. Арсилай Мелеонид, глава гильдии, был принят в правящий совет. Именно к нему направился Аристих с ужасной новостью. Сын Мелеона немедленно выехал в Дианохею в сопровождении отряда афорских стражников, выделенного ему старейшинами города по первому же требованию. Арсилай не собирался препираться и прибегать к риторике, как на заседаниях совета и публичных выступлениях. Он просто пригрозил, что орден Сфинкса покинет Афору, если правители полиса откажут ему в столь ничтожной просьбе.

Старейшины не отказали. Шестеро минотавров из Сомахеи, четверо драконидов из Филассийских гор и двадцать человек из Афоры – все тертые бойцы, участвовавшие в Южной летней войне и неоднократно чистившие афорские дороги от разбойников. Кроме стражников Арсилай взял с собой трех волшебников, лучших из «сфинксов» в защитных чарах – чарах, которым Бионт не обучал и в которых его ученики разбирались плохо. Однако братья Коинстан, Солон и Ристар Филисиониды учились волшебству на полях сражений, в битвах между полисами Архэ и в войнах с Аланскими королевствами и Архипелагом. Горделивые низантийцы из Золотой Яблони с пренебрежением относились к чародеям-латро, считая их недостойными приобщения к высоким сферам магического искусства. В этом с ними были солидарны практически все гильдии Морского Союза. Под влиянием Бионта Арсилай на многие вещи стал смотреть иначе, чем его соотечественники, к тому же, в отличие от учителя, он не являлся могущественным волшебником, спокойно игнорирующим недоброжелателей и их козни. От Золотой Яблони, враждебно относящейся к молодому и не обладающему ее властью ордену Сфинкса, стоило ожидать неприятностей. Арсилай понимал, что его гильдии необходимы опытные в защитных заклинаниях чародеи, и лично отыскал сыновей Филисиона на востоке Архэ, где Лионийский союз вот уже сто лет воевал с Мидгардополисом за спорные земли.

Арсилай не сомневался, что Филисиониды пригодятся в Дианохее. Кто бы ни убил старика Бионта, он владел магией. И кто бы ни убил учителя, он убил его магией. Судя по рассказу Аристиха, в башне сражались с применением боевых заклинаний, а они должны были оставить след в Поле Сил, хоть и малейший. Нужно поспешить, снять всевозможные слепки, остаточные образы, колебания и состояния фюсисных переменных. Важны любые мелочи, которые помогут указать на виновника.

Низантийцы?

Триасцы?

Арсилай был уверен: виноват кто-то из них, а может, и все они вместе. Сплотились против общего врага, объединили силы.

Что ж, это они зря.

Конфронтация с Золотой Яблоней и жрецами Триаса была неизбежна, Арсилай понимал это с момента основания своей гильдии. Именно их интересы в Дианохее, Талоанских равнинах, предгорьях Коарды, долинах Эвмара, озерах Кириина и отчасти Сомахейских лугах затрагивал орден Сфинкса. И хотя сын Мелеона готовился к интригам и подковерной борьбе за влияние на аристократов и крупных землевладельцев, он сознавал, что придет время и для открытого столкновения – либо клинками наемников, либо собственной магией.

И он надеялся, очень надеялся, что Бионт останется в стороне от этой схватки.

Время пришло, Арсилай? Время показать заносчивым старцам Низанты и Триаса, как за последние века изменился магический мир? Морской Союз современности мало чем отличается от древнего Архэ. Чуть меньше рабов, чуть больше мануфактур. Все так же полисы грызутся друг с другом, все так же они объединяются лишь против аланцев, архипелажцев и мидгардополисцев. Все так же магические знания находятся в ведомстве жрецов, скрывающих их от обычных людей, как скрывает свои сокровища богатый скупец. А если где и начинают действовать маги из независимых гильдий, то они уподобляются членам тайных обществ, скрывающих от недостойных свои мистерии, и ведут себя точно горделивые полубоги Первой Эпохи. Лишь дети аристократов могут поступить в эти гильдии. Прояви Дар раб – раба сразу же уничтожат, ведь еще помнят в Архэ восстание Артуса Бешеного Пса, бесправного сталанского илота, проявившего невиданную магическую силу и сровнявшего с землей Сталану. А прояви Дар крестьянин – смерду дорога только в младшие жрецы, где его Сила уйдет на поддержку культа и творимые старшими жрецами чудеса. Ну или в отряды латро, где маги, как показывает практика, долго не живут.

Арсилай был уверен: будущее за другим способом жизни и деятельности. Будущее за такими, как Бионт, кто не видит разницы между смертными из-за происхождения или принадлежности к сословию.