Любовь к красному - Ольга Гусейнова

«Дом, любимый дом!..» — тихонько промурлыкала я себе под нос, закрывая машину, с упоением вдыхая запах ночной свежести, чувствуя, как радостно становится на душе и хочется обнять весь мир. Забрав из багажника респектабельный саквояж, побывавший со мной в диких горах, едва не пританцовывая, направилась к своему крылечку, невольно скосив глаза на соседний дом, в котором привычно не заметила признаков присутствия хозяина. Видимо, Доминик, как обычно, на работе. Интересно, они с Арджаном Хловелессом в одном ведомстве служат? Вряд ли шелон занимается чем-либо «мирным».

Закрыв дверь и оставив вещи «на потом» в прихожей, я включила бра и в мягком уютном свете гостиной почувствовала, что напряжение последних дней наконец-то отпускает, ослабевают ментальные щиты. В первую очередь решила перекусить, а уж потом отправляться наверх спать. Чтобы не возиться с содержимым холодильника, проверяя, пропали продукты за время моего отсутствия или нет, сварила кашу. Затем с тарелкой уселась, подложив ногу под зад, и несколько минут наслаждалась тишиной и покоем.

Направляясь к лестнице мимо парных высоких зеркал, я, совершенно неприлично звучно зевая во весь рот, как только дома в одиночестве могла подурачиться, краем глаза уловила движение — тень… А через мгновение отмела закономерный, казалось бы, для любого не наделенного магией обывателя вывод: собственное отражение мелькнуло. Инстинкты на уровне подсознания и магическая составляющая сработали быстрее, заставив меня замереть и — успеть поймать «спину» серой тени, мелькнувшую на серебристой поверхности. Перед тем как исчезнуть, тень неожиданно остановилась и призрачной рукой медленно помахала, будто попрощалась. Только потому, что дома я обычно расслабляюсь, не защищаюсь от окружающих отражений, уловила остаточный след непрошеного гостя. Дрогнув от страха вначале, в следующую секунду я собралась, срочно «превратившись» в сильного зеркальщика, и ко второму зеркалу шагнула медленно, приготовившись к чему угодно.

И застыла напротив собственного отражения: бледное, осунувшееся лицо в обрамлении кроваво-красных волос, огромные, округлившиеся от страха глаза, опушенные густыми ресницами, прямой нос с покрасневшим кончиком — обгорел в командировке — закушенные сухие яркие губы. Сжав кулаки у груди, я ждала, когда тень появится и здесь, но несколько долгих минут таращилась исключительно на свое отражение и больше ничего не увидела! Усилием воли я разжала кулаки и оперлась о комод, испытывая невероятное чувство облегчения. Совсем заработалась, видно!

Скорее всего, зеркало оказалось не новым, а уже побывало у кого-то. Досадно, что в магазине моей просьбе не придали значения. А ведь заказывала исключительно новое, без памяти прежних хозяев, покупателей или продавцов, чужих событий или дурацких теней, которые машут призрачными руками. Эх, лишь бы продать! Кому нужны мои проблемы?

Растянула губы в улыбке, отметив, что последнее время частенько кусаю их от переизбытка впечатлений и волнений. Потом озорно показала сама себе язык и отметила, что в поездке похудела: тонкая зеленая трикотажная кофточка не облегает высокую грудь и стройную талию, как до отъезда, а светлые брючки не плотно сидят на бедрах.

Я не поленилась сбегать за стулом и быстренько сняла зеркало со стены, а так как они парные, то, плюнув на траты, — и второе. Береженого бог бережет! Потом, пожалев выбрасывать дорогие и, по большому счету, не устраивающие только меня зеркала, упаковала их в бумагу, на всякий случай оставленную после распаковки мебели. Написала: «Дарю!» и отнесла к мусорным бакам в полной уверенности, что долго они бесхозными не останутся.