Сокровища Манталы. Таинственный браслет - Андрей Дерендяев

По ступенькам, шелестя юбками, бодро спускалась миссис Болье. Она накинула на плечи тонкий зеленый плащ, в руках держала маленький зонтик. На ходу улыбнувшись, она потрепала по щеке ближайшего парня. Тот от неожиданности отпрянул, выронив книгу.

– Занимайся, мальчик, занимайся! – воскликнула ректор. – Я не хотела тебя отвлекать. Но, дети, будьте осторожны и долго не засиживайтесь. Ступени холодные, вы можете простудиться.

Поправив прическу, она устремилась вниз.

– Брр… – фыркнула Оливия и поинтересовалась у студентов: – Она всегда так делает?

– Лезет не в свое дело? – хмыкнул прыщавый парнишка.

– Хватает за щеку. – Оливия болезненно поморщилась. – Ну и лезет куда не просят, разумеется.

– Постоянно, – пожаловалась худенькая темноволосая девушка. – Была бы она обычным преподавателем, я бы давно пожаловалась родителям.

– Видишь, твою Болье тут никто не любит! – радостно объявила Оливия, поворачиваясь к Оливеру.

– У меня к вам очень заманчивое предложение… – услышал Оливер вкрадчивый шепот.

Спустившись и войдя в коридор первого этажа, он увидел миссис Болье возле статуи бородатого рыцаря, державшего в левой руке большой щит и двуручный меч в правой. Миссис Болье разговаривала с высоким плотным мужчиной. Он напомнил Оливеру попугая: одетый в яркие, цветные одежды, с огромным носом и кривыми ногами, мужчина постоянно хватался за поясницу, будто только что получил парочку чувствительных тумаков.

– Я вас слушаю, Генрих, – проворковала Флориана.

Оливер хотел быстренько пройти мимо, но Оливия остановила его и затащила за угол.

– Тише ты, ничего не слышно, – шикнула она.

– Я не хочу подслушивать, – возмутился Оливер.

– Тогда стой молча и не мешай.

– Нас Макалистер ждет.

– Потерпит. – Оливия осторожно выглянула из-за угла, и Оливер невольно последовал ее примеру.

– Через месяц я задумал провернуть одно дельце, и мне нужно ваше одобрение. – Генрих говорил шелковым, баюкающим голосом. Оливер даже почувствовал, как против его воли начинаются слипаться глаза. – Вы не подумайте ничего такого. Все законно и честно. Просто не хочется проволочек в министерстве. Вы же знаете, как медленно работает бюрократический аппарат.

– Генрих, – миссис Болье настолько сладко улыбнулась, что Оливеру захотелось пить, – никто не знает, что случится завтра. А вы говорите – через месяц. Скоро выборы, мой срок подошел к концу.

– Я вас умоляю, Флора! – Мужчина взял ладони миссис Болье в свои. – Все знают, что дело решенное. В том числе и вы. Заранее не поздравляют, примета плохая. Поэтому и не стану. Но прошу, подумайте над моим делом. Мне лишь требуется, чтобы парочка бумажек не затерялась на столе ленивого клерка. Присмотрите, пожалуйста. И не забывайте, я умею быть благодарным.

– Хорошо, милый Генрих. – Флориана высвободила руки. – Сделаю все, что в моих силах. А сейчас мне надо бежать. Не проводите до кареты?

– С удовольствием.

Плотный проныра подхватил миссис Болье под локоть, и они поспешили по коридору.

– Стоило ради этого терять время, – проворчал Оливер.

– Попытка не пытка, – парировала сестра, но видно было, что она рассчитывала услышать нечто более интересное.

Макалистер ждал их в таверне. Заметно нервничая, он сминал хлебный мякиш в шарики и пускал их катиться по поверхности деревянного стола. Перед ним стояла приличных размеров кружка, глубокая тарелка с кусками тушеного мяса, лежал недоеденный пирог. Выглядел мужчина заметно лучше. Руки не тряслись, осанка сделалась более прямой и важной, щеки порозовели.

– Перед тем как встретить нас, он колдовал, – шепнул Оливер сестре. – Вероятно, сотворил мощное заклинание.

– С чего ты решил? – не поверила ему Оливия. – Тебе-то откуда знать, чем он занимался?

– Орозий в Бахаре, помню, на беседу с Захиром потратил кучу сил и едва держался на ногах. Он признался тогда, что не ожидал, что тот окажется настолько сильным. И пришел в себя только после того, как выпил энергетический напиток.

– Энергетический напиток? – Оливия смотрела на него, как на умалишенного.

– Ага, – хмыкнул Оливер. – Макалистер, наверное, бежал за ним, когда столкнулся с нами. Или у тебя есть другое объяснение, как он из болезненного хиляка превратился в пышущего здоровьем мужчину? Только не говори мне про чудесные свойства тушеного мяса.

– Он колдун, поэтому так быстро и пришел в себя, – предложила свою версию Оливия. – А вообще, мне все равно, чем он там занимался. Пойдем узнаем про наших родителей. Заодно и про твидлов спросим.

И они направились к Макалистеру, сидевшему в дальнем углу.

– А разве вы не должны были узнать про твидлов в университете? – К ним от стоявшего возле горевшего камина стола спешил взволнованный Йоши.

За ним следом, усиленно жуя, плелся Бузимба. Марко остался сидеть, хотя пристально смотрел на них. Рядом с ним на широкой лавке лежал Рэнделл. Волк прикрыл глаза, хотя Оливер был уверен, что тот не спит.

– Вот растяпа! – Оливер хлопнул себя по лбу. – Надо было спросить у миссис Болье.

– У нас есть колдун. – Оливия взглядом указала на Макалистера. – Забудь про своего сахарного кумира.

– Колдун? – Йоши покосился на Гарольда, а Бузимба спрятался за спину Оливии. – Могли бы предупредить.

– Мы рассказали Марко, – сообщил лемур. – Ты в это время наслаждался рыбной похлебкой.

Кот погладил себя по животу.

– Ну так что? Как успехи? Полагаю, нулевые?

– К сожалению, да, – признался Оливер. – Вся надежда на колдуна.

И, обходя столы, он направился к Макалистеру. Остальные последовали за ним.

– Рад вас вновь встретить. – Гарольд, приветствуя их, чуть привстал. – Прошу прощения за свое поведение днем. Но у меня были очень срочные дела. Теперь я свободен и полностью в вашем распоряжении.

Мужчина залпом допил содержимое кружки. Йоши запрыгнул на скамейку и уселся рядом с ним. Бузимба остался стоять, переминаясь с лапы на лапу и что-то тихо бормоча себе под нос. Оливер с Оливией расположились напротив Макалистера.

– Расскажите, пожалуйста, про наших родителей, – попросил Оливер.

– Что именно вы хотите узнать?

– Все. Чем они занимались, где жили, как вы с ними познакомились…

Рассматривая Макалистера, Оливер поймал себя на мысли, что Гарольд совсем непохож на колдуна. В Орозии ощущалось величие и непоколебимая уверенность. Даже когда старик его не удостаивал ответа, в явном безразличии волшебника было нечто, говорившее Оливеру, что маг имеет право на такое поведение. А вот Макалистер выглядел иначе. Более человечным, что ли…

«Много ли я видал в своей жизни колдунов? – напомнил себе Оливер. – Откуда мне знать, какие они на самом деле?»