Трехручный меч - Юрий Никитин

Муравьи, как я догадывался, живут далеко в лесу и эльфам неподчиняются, просто подземными ходами пробираются в этот сад непуганых дуракови охотятся, как в заповеднике ничего не понимающие в Красных книгах неграмотныеварвары.

Вдали между кустами прогуливаются прекрасные лани и олени сзолотыми рогами, носятся крохотные дракончики, самые крупные — с воробья, дажепо земле бегает и скачет все только самое дивное и прекрасное, ни одной жабы,хотя бы маленькой, не самой противной. Меня начало подташнивать, во рту возникпривкус залежалого повидла.

Застегнув штаны, я побрел через сад, зорко всматриваясь взаросшие плющом стены из белого мрамора. Дворец слишком хорош, вызывающе хорош,кричаще и просто нагло хорош, так и хочется плюнуть и нагадить, это же всеравно что элитный дом в окружении хрущевок, вот, мол, смотрите и завидуйте,какие мы крутые и сытые, какие морды у нас широкие, а жопы круглые и упитанные.

Кусты зашелестели, я насторожился, привычно вскинул руку, нопальцы пощупали воздух вместо рифленой рукояти меча. Между кустами, низкопригибаясь, крался свирепого вида полуголый варвар с изогнутым мечом в руке.Лицо и тело в шрамах, голые ноги в сандалиях, ременные завязки охватывают доколен, там торчат рукояти двух ножей. За варваром спешит миниатюрнаярыжеволосая красотка с пышной прической, вся из себя, из одежды только поясокна бедрах, крупные сиськи, как же без них, а все красотки, у которых размерниже третьего, остались невыведенные, так эльфам и надо…

Я злорадно ухмыльнулся, прошел мимо, буквально в двух шагах,но варвар и красотка меня в упор не заметили. Во дворе рабочие эльфы набираютводу из колодца, кормят свиней, я затаился среди кустов роз, не хочу выказыватьсебя раньше времени, а то вдруг поведут учиться или мыть уши, дождался, когдавсе смотрели в другую сторону, проскользнул за их спинами к малозаметной дверив одну из башен. Подалась довольно легко, не скрипнула… ну да, чтобы в замкеэльфов что-нибудь вульгарно скрипнуло!.. я очутился у подножья крутой винтовойлестницы.

Стараясь громко не топать, взбежал наверх, открыласьпросторная комната, толстые старинные книги в шкафах, что вдоль стен и допотолка, книги на столах, на креслах, а за столом, тоже заваленным книгами,старый-старый эльф, не просто с белыми, как у всех, волосами, а седой весь:брови, ресницы, даже волосы на груди, насколько видно через расстегнутый воротрубашки.

— Слава труду! — сказал я. — И науке!.. Даздравствуют труженики магии, колдовства и волшбы!.. Ура, товарищи!

Маг оторвал взгляд от книги, я ощутил пронизывающий взор, нолишь бесстыдно улыбнулся, я весь на виду, ничего не скрываю, демократы говорят,что в человеке нет ничего стыдного, все мы от Фрейда с обезьяной, одниинстинкты и подавленные желания.

— Гм, — произнес он холодновато, — хороший девиз…Вы, конечно же, рискнули, молодой человек, очень даже… Я испепеляю всех, дажеэльфов высшей гильдии, кто осмеливается вот так… но вы настолько бесстыдны, чтопросто даже очаровательно…

Я нагло улыбнулся:

— Я же понимаю, что умные люди всегда найдут общийязык!..

Он продолжал сверлить меня взглядом:

— Умные?

— Ну да, — заверил я. Спросил встревоженное — Выне считаете себя умным?.. Ничего, это пройдет, у вас столько книг!.. Читайте, ивы будете готовы к умной беседе со мной.

Он еще несколько мгновений рассматривал меня, потом кивкомуказал на самый дальний подоконник:

— Там книга, принеси.

Почему не уважить старого человека, я отправился сготовностью, приходилось лавировать между сундуками, на крынках которых стопкикниг, и просторными кожаными креслами, где книгами завалены сиденья так, чтоподнимаются выше спинок. Книга на подоконнике — как все книги, но, едва яприблизился, прямо из пола выросли человеческие скелеты и протянули ко мнеруки.

Не дрогнув, я встретил их ударами могучих кулаков. Кости ссухим треском ломались, рассыпались в труху, я пробился сквозь их редеющийстрой и схватил книгу. Переплет слегка сверкает, кончики пальцев уловилиприятное тепло. И хотя из окна светит солнце, нагрелась, но это другое тепло,не солнечное, собственное, как у большого толстого кота.

Я раскрыл книгу, прочел первое слово. В помещении раздалсягромкий серебристый звон, словно зазвенели сто тысяч мелких валдайскихколокольчиков. Все тело передернуло в сладкой судороге. В ясном небе блеснулимолнии, светло и радостно прогрохотал гром. Я чувствовал сильнейшее желаниевскинуть руки к небу и с искаженным лицом подрагивать в экстазе, чувствуя, какветер энергии шевелит волосы, а неведомые силы и странная мощь наполняют телоот пяток до кончиков ушей.

Все же удержался, представил себе, каким придурком увидитменя маг, на общественное мнение реагируют даже демократы, сколько бы ниуверяли, что это не так.

— Прекрасно, — произнес маг несколькоозадаченно. — Признаться, не ожидал. В самом деле грамоте обучен?

— Было дело, — ответил я нехотя. — Но я неразвивал ни intelligence, ни wisdom, предпочитаю прокачивать strong и vitality.Мне этого хватает.

Маг покачал головой:

— И что же, никогда в квестах не попадались магическиекниги?

— А я продавал, — объяснил я. — В любомгороде маги за них хорошо платят. За одну книгу можно купить хороший доспех,меч, а то и колчан стрел в придачу.

Он смотрел на меня с брезгливой жалостью:

— Меч, доспех, стрелы… и это за книгу, в которой, бытьможет, власть над миром? Эх, варвары, удивительный народ… Как только еще исуществуете… Мечом махать может каждый дурак…

— Да, — согласился я и добавил смиренно: — Но некаждый умный!

Он слегка опешил, потом покачал головой:

— Знание — сила, слышал такое?

— А сила есть — ума не надо, — согласилсяя. — Преимущество силы в том, что ей ум не помеха. Или, говоря доступно:ум хорошо, а дураком лучше. Был у меня один знакомый, что выбрал дорогумудреца, и что хорошего? Страстно впитывал все новое, обдумывал и… переводил вдерьмо. Нет уж, меня вот постоянно преследуют умные мысли, но я всегда быстрее!

Он слушал с растущим удивлением, глаза зажглись, потомпогасли, спросил утомленно с пониманием взрослого, слушающего лепет ребенка:

— Вы, варвары, не любите мудрецов?

Я пожал плечами:

— Не то чтобы так уж не любим, но люди, которые думают,что знают все на свете, раздражают нас, людей, которые действительно все насвете знают.

Он смотрел оторопело, наконец совладал с собой, кивнул:

— А я уж, грешным делом, подумал….

— Надо думать головой, — посоветовал ядоброжелательно, — а не грешным делом! Вы сюда пришли не после женитьбы?