Барон - Вадим Крабов

Когда я подбежал к сражающимся, друг теснил черного, который со злым азартом оборонялся. Ловко. Древним мечом. Я кинул в него мощную ловчую сеть. Полыхнула серая защита и пожилой сразу разорвал дистанцию. Широко и весело улыбнулся, и в тот же миг в нас полетела знакомая черно — фиолетовая сеть. Сработала пелена разума, но голова слегка закружилась. "Наконец-то на себе проверил", подумал я и выпустил ловчую сеть аж 4-го уровня в удивленного черного. Почти одновременно со мной ловчую сеть, послабее, кинул Витар. Они обе накрыли командира отряда. Вокруг него колыхнулась серая пелена и исчезла. Он зашатался и начал медленно оседать на землю. Уже теряя сознание, сумел поднять жезл и только тогда завалился на спину. С конца жезла сорвалось густое черное облако и повисло над неподвижным телом.

Мы с Витаром удивленно переглянулись и тоже застыли. Опасно подходить к лежащему чернокнижнику с непонятной штукой над грудью. От облака веяло угрозой. Внезапно стало очень страшно. Просто панически, до онемения в теле… спасли нас раскрывшиеся защиты разума — страх пропал. Вдруг, облако уплотнилось, потом "расплющилось" и встало вертикально. "Портал!", прошептали мы одновременно, и оттуда выпрыгнула "собака". Следом вторая.

Собаками тварей назвать можно было условно. Четыре лапы с когтями-ножами, большие головы и огромные пасти, усеянные длинными острыми зубами. Длинное гибкое тело и кожа, сочащаяся светящейся красной густой жидкостью. А запах! Непередаваемо отвратительный. Все это пронеслось в голове за считанные мгновенья, а дальше стало не до описательных раздумий. Мы одновременно провалились в ускорение. Слава богу, сейчас получилось. И началось.

Мы разбежались в стороны и твари мгновенно среагировали, разделились. В скорости они уступали нам совсем немного, а ловкости им было не занимать. От моих стрел и сетей моя собака уклонялась, а если попадала под удар, то только застывала на такое короткое мгновенье, что я не успевал выстрелить повторно и подбежать на расстояние удара саблей, и тогда уже мне приходилось показывать чудеса акробатики с кинжалом и саблями и каждый раз я доставал тварь. Теперь, поверх красной слизи текла и зеленая густая кровь. В конце концов, собака потеряла скорость и попала под мощный фаербол. Он серьезно её задержал, и я успел подпрыгнуть к ней и разрубить на две половины. Сабля, включенная на половинную силу, легко прошла сквозь тело. Витар! Он еще бился со своей, и я выстрелил его противницу световой стрелой. Не ожидавшая этого собака не увернулась и застыла на месте, чем тут же воспользовался Витар: еще одна стрела, шаг и удар. Голова твари откатилась в сторону, продолжая щелкать пастью, а тело закрутилось на месте. Еще один взмах саблей и две половинки тела задергали ногами в воздухе. Я с ужасом поворачиваюсь к своему поверженному противнику и едва успеваю подпрыгнуть — голова на передних лапах подползла ко мне и едва не впилась в ногу. Стреляю фаерболом и… о, чудо! Половина тела вспыхивает ярким пламенем. Сразу поджигаю вторую половину, сучащую задними лапами, осматриваюсь. Витар тоже поджег все части своей собаки, и больше шевелений не видать. Выхожу из ускорения. Привычно появились звуки. Ночная тишина с писком насекомых и непонятным шебуршанием в молодой траве.

Портал над неподвижным телом черного пропал. Я подошел и сорвал с него маскирующий амулет. Аура спящего резко расширилась и густо окрасилась черными ручьями. Ого! Такую большую еще не видел. У черных в руинах она была значительно меньше. Может, у того старика она и была больше, но я, лежа на алтаре, не видел.

Витар склонился над спящей, судя по ауре, девушкой и одернул, задравшееся вверх, платье. "А ножки у неё ничего", автоматически отметил я.

— Хватит девку лапать, пойдем, осмотрим остальных, может кто еще живой. Добьем.

— Да ты что, я наоборот ей платье поправил, — возмутился было товарищ но, поняв шутку, улыбнулся, — пойдем, проверим насколько живучие.

И правильно сделали! Троих пришлось добивать, а один, которому Витар разрезал горло, самый первый, исчез. Я раскинул сторожку и сплюнул в сердцах — один конь чернокнижников пропал. С порезанным горлом ушел, гад! Хорошо остальных лошадей не увел. Кстати, я снова увидел души, отлетающие от умирающих чернокнижников. Витар с удовольствием поотрубал им головы.

Мы стаскали трупы в ближайший овраг, обыскали, забрали все ценное, а это деньги, оружие и амулеты, завернули девушку в плащ и перенесли на более сухое место. Согнали всех коней вместе и только тогда занялись спящим командиром.

В первую очередь надо обезопаситься, когда он проснется. Подходящий браслет оказался на его же руке. Золотой, с тонкой чеканкой в виде змейки, обвивающей руку, с древними символами и маленькими изумрудами в глазах змеи. Красиво и стильно. Древняя работа. Я тщательно обследовал браслет и, не найдя и следов плетений, вложил в него Агнаровский блокировщик стихий. Сработал! Аура резко "сдулась". Смотри-ка, и на стихию смерти действует! Прекрасно удавшийся эксперимент. Интересно, сколько продержится в золоте? В лаборатории максимум три часа. Нам хватит.

Поснимали с черного амулеты, выгребли все из кошеля и карманов, отпихнули ногой жезл, посадили, прислонили к дереву, привязали к стволу и переглянулись. Вид у нас был еще тот: кольчуга в нескольких местах порвана, а кое-где разъедена толи слизью, толи кровью собак. Личную защиту они преодолевали легко. А если посмотреть на поляну! Как кислотой облили и кучки пепла. Хорошо, что вовремя отмыли лица и руки в роднике.

— Будить? — спросил я.

— Буди. Чего тянуть. Через час рассвет. Надо успеть. Не везти же его с собой, в самом деле, расскажет, что не надо. Подожди! Сходи, девушку усыпи поглубже, на всякий случай.

— Точно!

Я прошел метров десять за ближайшие кусты и обработал девушку сонным заклинанием. Теперь точно не проснется не вовремя, а утром разбужу.

Она была явная аристократка: богатое дорожное платье, тонкие черты красивого лица, следы косметики, мягкие изящные ладони и следы от колец и перстней на пальцах с остатками маникюра. А где украшения? У обысканных черных мы ничего не находили. Ладно, потом разберемся. Пора главного будить. Страшновато.

"Фиона, буди", скомандовал я, положив руку на лоб главаря. Он застонал и нехотя открыл глаза. Подергался в путах и… улыбнулся.

— Как я понимаю, я в плену. Ага, амулетик хитрый. Неужели герцог разорился на покупку? Или он ваш, господа охотники? — сказал хитрым голосом, — а вы, собственно, кто будете?

— А это для вас совершенно не важно! А вот кто вы такой, это гораздо интереснее! — спросил я.

— Так вы не знаете!? — и он весело рассмеялся.

Витара раздирала злость, а я наоборот, был совершенно спокоен. Фиона подсказывала, что черный серьезно напуган и все его поведение — великолепная игра. Я сильно сжал руку друга, чтоб не наделал глупостей.

— Значит, вас посылают освободить принцессу из лап злобных чернокнижников и не говорят от кого именно? Вот вы идиоты! Сосунки малолетние! Да я вашу мать е…! — казалось, у него истерика.

Я снял с ремня флягу, скрутил крышку и плеснул холодной водой в лицо черного. Тот захлебнулся, закашлялся и смех прекратился. Внимательно обвел нас прищуренным взглядом.