Дом соли и печали - Эрин Крейг

Камилла нахмурилась, и ее взгляд померк.

– Нет. И ты прекрасно знаешь, что она всегда делилась с нами всеми секретами. Просто этот часовщик понял, что упустил лучшую партию в своей жизни, и теперь пытается втереться в доверие к одной из нас.

– Не говори так. Очевидно, что он любил Эулалию.

Камилла саркастически усмехнулась:

– Нас никто никогда не полюбит. После бала это стало предельно ясно. Если кто-то и проявит интерес, то только из-за наших денег, положения – словом, любой выгоды, которую можно извлечь из брака с нами.

– Ты же сама не веришь в то, о чем говоришь.

– А я не верю, что ты можешь быть такой наивной. Эдгар потерял голову от жадности и поэтому был готов закрыть глаза на проклятие.

Фишер замер с печеньем во рту, не зная, как реагировать. Я махнула рукой, чтобы он вышел: ни к чему становиться свидетелем назревающей ссоры. Фишер с благодарной улыбкой отложил тарелку и поспешил ретироваться.

– А что? – спросила Камилла, когда мы остались наедине. – Ты считаешь, я неправа?

Я подошла к роялю и забрала свои ноты.

– Я очень надеюсь, что ты неправа.

За моей спиной прозвучал тихий всхлип. Обернувшись, я увидела, что Камилла поморщилась, из последних сил сдерживая горячие досадливые слезы.

– По крайней мере, у нее был хоть кто-то. Даже если это какой-то жалкий маленький человек – он все равно мужчина.

Я положила ноты обратно на рояль и подошла к сестре. Мне больше не хотелось ссориться.

– Ох, Камилла. Ты обязательно кого-нибудь встретишь. Я точно знаю.

– И как же? Это совершенно безнадежное дело. Я умру старой девой – недолюбленной, нетронутой и нецелованной, – всхлипнула Камилла и разрыдалась.

Я гладила ее по голове и слушала причитания. В глубине души я была с ней согласна. Найдется ли когда-нибудь смельчак, которому будут не страшны никакие слухи? Я почувствовала себя совершенно беспомощной. Вот бы произнести какие-нибудь волшебные слова – и все снова стало бы хорошо!

На мгновение я замерла. Волшебные слова. Волшебные слова для волшебной двери, о которой говорил Фишер. Даже если это и глупая сказка, я хотя бы смогу отвлечь Камиллу от горестных мыслей. Хотя бы на оставшуюся часть дня.

– Ты когда-нибудь слышала о Понтовой двери?

Камилла смахнула с ресниц слезы. Ее нос покраснел, а лицо покрылось пятнами.

– О чем ты?

– Фишер говорит, где-то на Сольтене должна быть дверь богов. Они используют ее как портал, чтобы быстро перемещаться по королевству. На большие расстояния, – многозначительно добавила я.

Камилла нахмурилась:

– Звучит бредово.

– Безусловно. Но вдруг это правда? Мы могли бы путешествовать куда угодно. Делать все, что угодно, и возвращаться домой к ужину.

Камилла отодвинула в сторону выбившийся локон.

– А что Фишер? Он считает, эта дверь действительно существует?

– Он просто рассказал мне об этом.

Я решила не уточнять, что позднее он назвал свою историю чепухой.

– А где она может находиться?

Я пожала плечами:

– Он не знает.

Камилла посмотрела на большие напольные часы, хитро улыбнувшись. Я давно не видела ее такой воодушевленной.

– Грации скоро освободятся от уроков. Думаю, они не откажутся отправиться с нами на поиски.

– Пойду поищу тройняшек, – обрадовалась я.

Выйдя в коридор, я услышала, как Камилла за моей спиной негромко усмехнулась:

– Девятнадцать лет – самое время искать волшебную дверь! – Она посмотрела мне вслед. – Ладно, хотя бы грации повеселятся.