Точка искажения - Елена Соловьева

Эйлин торчала в саду не меньше часа, и ее начало знобить. Пришлось забраться на дубовый трон и поджать ноги под себя: тонкая подошва комнатных туфель оказалась не самой лучшей защитой от промерзлой земли. Конечно, стоило выбрать более подходящую обувь, но могла бы нарваться на Зельду. Без того чудом улизнула из общежития после отбоя. Хорошо, хоть куртку захватила.

Кожу на виске неприятно защекотало. Эйлин дернулась, отмахнувшись от мелкой летающей твари со светящимися крыльями. Только этого не хватало! Кажется, укусы этих ночных паразитов парализуют на несколько часов. Странно, что он пробрался в академию через защиту. Пожалуй, нужно донести на проклятого москита.

Тусклое свечение крыльев исчезло во мраке, и Эйлин расслабилась. Сейчас бы оказаться в теплой кровати…

Озноб усиливался, и причиной тому был не только холод: Эйлин не знала, чего ожидать от предстоящей встречи. Если только Торс соизволит явиться.

План Ноэля сперва показался ей идеальным. Случайно столкнуться с Ренненом, намекнуть, что у нее на руках есть неопровержимые улики, доказывающие его причастность к исчезновению, изобразить праведный гнев — самый, кстати, простой пункт, и в порыве «сболтнуть» лишнего. А именно, мол, сдам тебя союзникам короля сегодня ночью, у меня как раз встреча с тайным агентом.

— Блеф — отличный способ заставить кого угодно делать то, что тебе нужно. — Ноэль понизил голос, будто делился с ней секретом.

— Не думала, что ты такой… — Эйлин подбирала слово помягче, — манипулятор.

— Было бы у тебя шесть старших сестер… — Он не обиделся, наоборот, приосанился, будто получил комплимент. — Я рос в атмосфере интриг и козней. Большинство, правда, касались охоты на перспективных женихов и расправ с разлучницами, но суть та же: заставлять людей плясать под твою дудку. А как они родителями вертели, так просто верх мастерства.

Эйлин испытывала двойственные чувства. С одной стороны, такой подход не вязался с образом храброго рыцаря, которым Ноа, без сомнения, являлся. Замечание Лири о показном благородстве Делагарди вспыхнуло в памяти, как предостерегающий огонек. С другой, Эйлин уже успела убедиться, что не самое нравственное поведение порой оказывается наиболее эффективным. А на войне все средства хороши. В конце концов, не это ли называется дипломатией, не этим ли занимаются политики и сильные мира сего?

И вот она красуется на троне в лунном свете, как приманка для хищника, а Ноа, согласно плану, затаился где-то поблизости. Наверное. За все время он не выдал своего присутствия ни единым звуком. А что, если он попался Флоксу и не выбрался из общаги и она здесь одна? Эйлин открыла рот и тут же захлопнула, подавив желание тихонько позвать Ноэля по имени.

До чего же они самонадеянные! В их хитроумном плане слишком много пробелов. Просидеть в саду до рассвета и подхватить простуду — лучший для Эйлин исход. А худший? Она поежилась, вспомнив, как Торс отреагировал на ее намек.

* * *

Согласно плану, Эйлин столкнулась с Ренненом недалеко от мужского общежития.

— Такого я не ожидала даже от тебя, — сквозь зубы процедила она, благо ненависть имитировать не пришлось.

— Что? — На его лице отразилось искреннее удивление.

— Не притворяйся, ложь тебе дорого обойдется!

— Не понимаю, о чем ты? — возмутился Реннен, хватая ее за локоть.

Он потащил Эйлин в сторону, и она, довольная удавшейся провокацией, с наигранным возмущением поддалась.

Когда они свернули за угол общежития и оказались одни на небольшом пятачке, где стояли три контейнера для мусора и росла парочка кривых деревьев, он резко остановился, развернулся и двумя руками сильно тряхнул ее за плечи.

— А теперь объясни, во что ты со мной играешь?

Такого поворота событий Эйлин не ожидала. Всматриваясь в его бледное лицо, она тщетно искала следы раскаяния или страха. Ничего. Только злые искры плясали в почерневших от гнева глазах. Таким она его видела только во время их самых бурных ссор. Спокойно, средь бела дня Реннен не осмелится причинить ей вред. Но возможность сделать это без свидетелей вряд ли упустит. Отлично, будем плясать от этого!

— О твоем преступлении против наследника регента уже сегодня ночью станет известно тайному агенту. — Она долго репетировала этот торжественный тон обличителя.

— Кому? — В его голосе прозвучали нотки беспокойства или ей показалось? Кажется, рыбка заглотила крючок.

— В полночь я встречаюсь с ним в саду.

Торс оглянулся, словно убеждаясь, что никто их не подслушивает. Потом, сильнее сжав пальцы на ее плечах, притянул к себе и, наклонившись, зло прошипел на ухо:

— Идиотка, ты хоть понимаешь, во что вляпалась?!

— Угрожаешь?

Он промолчал, словно соглашаясь с ее выводом. Щеки запылали, все внутри будто завязалось в тугой узел. Эйлин подняла голову, пытаясь заглянуть Реннену в глаза, но он остался неподвижен. На шее у него пульсировала голубая жилка, челюсть крепко сжата — явно повелся на разоблачения. Вот только запах его кожи в вырезе майки оказался настолько знакомым, что Эйлин стало не по себе.

— Пусти! — Она уперлась ладонями ему в грудь и почувствовала, как напряглись его мышцы.

Торс ослабил хватку, и Эйлин удалось без труда вырваться. Сощурив глаза, Реннен смотрел так, будто вынес приговор, не подлежащий обжалованию. Она зашагала прочь, игнорируя бешено колотившееся сердце.

* * *

Стрелка на часах передвинулась на цифру два. Нервы — на пределе. За спиной, в тени давно не ухоженного сада, послышался хруст сухих веток. Эйлин вскочила с трона, тщетно силясь различить что-либо в темноте:

— Кто здесь?

— Тайный агент регента. — Торс вышел из укрытия.

В узкой полоске лунного света он казался еще выше и был похож на призрак.

— Даю ровно минуту на объяснения, — равнодушно сказал он и сложил руки на груди.

— Как ты меня нашел? — Эйлин изобразила удивление и на всякий случай осторожно попятилась в сторону дорожки.

— Следил за тобой, как и положено подлому преступнику. — Реннен зло сплюнул в сторону. — И ради чего? Чтобы просидеть полночи в кустах и убедиться, что ты чокнутая! Я так понимаю, история с тайным агентом — плод твоего больного воображения?

Эйлин не ответила, продолжив отступать. Торс заметил это и сорвался с места, настигнув ее в два прыжка. Одной рукой ухватил за шиворот, как нашкодившего котенка, вторую сжал в кулак и занес над головой, но удара не последовало.