Беглая принцесса и прочие неприятности. Военно-магическое училище - Мария Дубинина

Берт честно пытался остаться спокойным, но от Германа, разумеется, не укрылась острая нотка отчаянной тоски в его настроении. Пришлось сделать вид, что он ничего не заметил.

– Однако я вот что еще не сказал, – продолжил Рене. – Данные о перемещениях со стационарных телепортов фиксируются в специальный журнал. И кто-то несанкционированно телепортировался практически следом за курсантами.

Вот оно! Круг сужается.

– Для этого нужно быть инициированным магом и иметь доступ в инженерно-технический отдел, – пробормотал Герман. – Для активации телепорта необходимо иметь особое разрешение и магический уровень выше среднего. Таким образом, сокурсники исключаются. Старшекурсники или учителя. В первом случае второй поток менее вероятен, чем первый.

– А мне тоже есть, что рассказать, – встрял вдруг Альберт. – Как ты и просил, я сходил в учебный отдел, якобы за новым расписанием, и потом мы долго пили чай…

– А красавчика, значит, к бабам заслал?! – завопил обиженный Рене. – Чем он лучше меня-то?

– Продолжай, Берт.

– Мы долго пили чай с конфетками…

– Интересно, где они их берут? – снова перебил Рене, и Герман угрожающе схватился за лежащую на столе линейку. Угроза, как ни странно, подействовала.

– И мы долго пили чай с конфетками и такими ма-а-аленькими цветными кексиками, – как ни в чем не бывало продолжил Берт, и в перерыве было прекрасно слышно, как кто-то сглотнул голодную слюну. – В учебном отделе очень милые дамы работают, и они все про всех знают. Например, что учитель Гротт и декан Кишман раньше учились вместе, до того, как декан поступил в Высший университет магико-исторических наук. И очень дружили, почти как мы с Германом. И с ними в одной команде числились учитель Эрно и мастер Гош. Только потом, это уже по большому секрету, учитель Гротт и учитель Кишман поругались и вроде даже бились на дуэли. Руководство училища приложило много сил, чтобы замять конфликт.

– Значит, эти двое не ладят? – Информация пока не казалась особенно важной, но Герман заинтересовался. В общем-то некий холодок в их отношениях был заметен невооруженным взглядом. – И что это нам дает?

Он откинулся на спинку стула и скрестил руки. Выходило, что ровным счетом ничего.

– Из-за чего они поссорились?

Берт пожал плечами:

– Не знаю. Наверное, правда большой секрет.

Рене перевесился через низенький бортик верхней полки:

– Знамо дело из-за чего, из-за девчонки небось. Молодо-зелено, кровь кипит, и все такое.

– Молодец, Берт, – сдержанно похвалил Герман. – Еще что-нибудь?

Чувствовалось, что он еще не все выложил. И правда.

– На столе у Энни, которая ответственный секретарь, лежал приказ об отчислении Ролана, уже подписанный.

– Выходит, все уже решили, допрашивать нас не будут? – Рене посмотрел на Германа. – А если будут, я тут попросить хотел. Вы про меня не говорите, хорошо? Ну, в чем моя роль заключалась, а то решат, что это мухлеж, и накажут.

Им троим ни разу не удалось сесть и обсудить практику в деталях. Тогда-то все происходило быстро и четко, болтать было некогда. И Герман решил воспользоваться ситуацией и утолить естественное любопытство.

– Откуда у тебя этот артефакт, Рене?

– Гогглы? – Он стянул с головы очки и заботливо протер темные стекла. – Ну это самоделка в каком-то роде. Мы с брательниками развлекались, тырили батины тетради с рабочими записями. Артефакторы они у меня, оружейник и бытовик, правда, пока они только учатся. Да у нас вся семейка артефакторы, что говорить. Так вот, я взял старые защитные очки и проапргей… в смысле улучшил. Вложил в них готовую формулу, которая помогает видеть энергетические потоки, то есть мы как бы научимся этому после инициации, а я с помощью них магию уже сейчас вижу. По-любому мухлеж получается. Да и батяня узнает – прибьет…

Герман что-то такое и предполагал, поэтому больше ничего спрашивать не стал, зато Альберт вдруг засиял надеждой. Она была похожа на солнечных зайчиков, и Герман едва не зажмурился, будто это на самом деле.

– Рене, ты можешь взглянуть на одну вещь? – Берт шагнул к тайнику, но оглянулся на друга, прося разрешения. Получив, достал из-под половицы замотанную в тряпку шпагу. – Посмотри, нет ли на ней чего… магического.

Оружие они пока решили не сдавать в оружейную. Как бы это цинично ни прозвучало, суматоха после трагедии на практике сыграла им на руку, и они задержали сдачу боевого оружия больше чем на сутки. Но скоро недостачу обнаружат.

Рыжий спустился с верхотуры и взял клинок в руки.

– Ты с ней на практике был? Хм, красивая штука, мне сразу понравилась, хотя я с острыми предметами не очень дружу.

Он положил шпагу на стол и натянул на глаза очки. Минут пять напряженно сопел.

– Ну? – поторопил Альберт, и Герман его поддержал. Было даже немного стыдно, что ему самому такая идея в голову не пришла, а вот Берт сообразил.

– Ну… Есть что-то. Ребят, вы поймите, я видеть-то вижу, но разобрать все равно не смогу, потому что не понимаю ни черта. Вон, рисунок сложный, витиеватый, через все лезвие идет и куда-то под гарду ныряет. Но что за магия, не скажу. Не моего пока уровня.

Стефания закончила шептаться с подругой и явно на что-то решилась. Как только парни закончили общаться, она попросила минуту внимания.

– То, что я скажу, должно остаться между нами. От этого зависит моя жизнь. – Она сделала паузу. – Я поступила в УВМД, чтобы спрятаться. Меня хотят убить.