Земля Ольховского. Тайны чужого мира. Kнига 2 - Константин Колчигин

По возвращении на берег я распорядился всем присутствующим (исключая Наташу) заняться подготовкой всего необходимого для подъема «Дредноута» на песчаный берег – требовалось срубить несколько деревьев, очистить их от коры и напилить бревна требуемой длины. Взяв на нашем «складе» пилы и топоры, мои подчиненные немедленно приступили к работе.

– Огородиком-то, поди, можно будет и нам воспользоваться, Николай Александрович? – спросил меня, проходя мимо, мой заместитель.

После беглого осмотра обнаруженного в ущелье тела, я определил, что смерть наступила в результате тяжелой травмы головы в области затылка – человек, вероятно, торопливо спускался по неровному дну расщелины во время тропического ливня (заставшего нас на море) и не удержался на мокрых камнях. Мы прикрыли тело обнаруженной в хижине одеждой из рыбьей кожи, а потом тщательно заложили его кусками железной руды, из которой почти сплошь состоял весь горный массив вокруг.

– Да, Иван Ильич! – вздохнул я. – Принимай наследство! Прежде всего, нужно будет вскопать еще десятка полтора-два соток земли и сделать все необходимые посадки. Организуешь людей… Завтра с тобой осмотрим месторождения золота…

– Жаль бедолагу – чуть-чуть нас не дождался… – покачал головой Огнев. – Как же это они его одного-то бросили? Решили лишнюю сотню килограммов золота вместо него взять что ли?

– Нет, Иван Ильич! – отозвался я, следя за собаками, которые выгнали из береговых зарослей тростника сразу целую группу мелких хищных ящеров и теперь расправлялись с ними прямо на наших глазах. – Мы обнаружили тело сравнительно молодого человека… Участник экспедиции золотоискателей должен был быть, по меньшей мере, моим сверстником.

– Николай Александрович! – рассмеялся мой заместитель. – Вы сами выглядите моложе меня на десяток лет, а на деле старше почти на столько же…

– Не думаю, чтобы он здесь все эти годы усердно занимался йогой и боевыми искусствами… – несколько рассеянно (думал одновременно и о другом) заметил я, а потом взглянул на Огнева. – Перерой-ка, Иван Ильич, всю хижину – может попасться какой-нибудь блокнот или записная книжка…

– Сделаем, Николай Александрович! – кивнул мой заместитель. – Да и вокруг все хорошо осмотрим!

Заготовкой бревен занимались лишь четыре наших мужика (доктор, отложив осмотр озера, дергал рыбу с лодки в десятке метрах от плота, а Володя с Наташей уже чистили первую партию, как обычно, обильного улова), и провозились они до самого ужина. Последнее, что успели еще сделать Василий с мужиками, это вкопать на берегу чуть выше полосы песка два бревна – для того, чтобы было, за что цеплять лебедки. Собак кормить не пришлось – псы обеспечили себя сами – поймали с десяток мелких, не больше курицы, хищных динозавров. Эти довольно быстрые и ловкие создания (кажется, относились к виду компсогнатов) не могли ускользнуть от трех здоровенных собак, которые действовали коллективно и гнали добычу прямо друг на друга. Мне подумалось, что они так очень скоро лишат всей фауны заросли вокруг озера, хотя, надо полагать, это место не должно было представлять собой замкнутую экологическую систему и, скорее всего, соединялось через какое-нибудь ущелье с лесами на западе.

На ужин приготовили жареную рыбу незнакомого мне вида, отличающуюся несколько своеобразным вкусом, что, впрочем, не помешало моим подчиненным довольно быстро управиться с ней. Однако гвоздем программы стал на сей раз салат из свежих помидоров, огурцов и зеленого лука, щедро приправленный сметаной – полведра готового блюда уничтожили в один момент. Когда по кружкам разлили горячий компот, мой заместитель сунул руку в нагрудный карман своей полувоенной рубашки, вынул из него сильно потрепанный блокнот в коричневой обложке и подал мне:

– В хижине нашли, Николай Александрович. В кармане старой куртки. Вот только почерк – ничего не разберешь – точно врач с похмелья писал…

Полистав блокнот, я даже головой покачал – почти весь текст, написанный шариковой ручкой, представлял собой сплошную китайскую грамоту, и лишь кое-где можно было разобрать союзы и междометия… На нескольких листках обнаружились грубо вычерченные, без соблюдения даже элементарных правил картографии, планы какой-то местности, еще менее понятные, чем сам текст.

– Ладно! Разберусь на досуге… – вздохнул я. – Еще что-нибудь удалось обнаружить?

– Канистры с топливом, – с готовностью ответил Огнев. – Были закопаны рядом с хижиной… Штук тридцать – все полные. Да еще старая надувная лодка с двухсильным моторчиком…

– Кажется, они сильно потратились на бензин, – заметила Наташа, удобно примостив голову у меня на плече (присутствие всего нашего коллектива девчонку, похоже, совершенно не смущало), чтобы видеть страницы блокнота, который я продолжал листать. – Купили не одну тонну…

– Не думаю, чтобы им пришлось вкладывать большие средства, – машинально отозвался я, наткнувшись на пару с большим трудом читаемых предложений. – В те времена любой шкипер нефтеналивной баржи весьма охотно обменивал двести-триста литров казенного топлива на поллитровую бутылку водки, да еще и выпивал ее вместе с клиентом…

– Николай Александрович! – засмеялась Наташа. – Это звучит слишком весело, чтобы быть правдой!

– Увы, это не самое несуразное и смешное, что я встречал в жизни, – ответил я и, поймав вопросительный взгляд Козырева, сразу спросил. – Ты что-то хотел, Олег Сергеевич?

– Да тут мелко повсюду, Николай Александрович, – замялся доктор (опасался нагоняя). – Хотелось бы опять осетринки половить…

Я глянул на Огнева и выразительно щелкнул пальцами – тот понял без слов и немедленно сунул мне свой блокнот снабженца вместе с карандашом. Набросав на чистом листке схему тростникового ограждения бортов лодки и навеса над кокпитом, я показал все это Козыреву:

– Как сделаешь – рыбачь в море, но только с вооруженным сопровождающим и не далее, как за сотню метров от берега. Сам тоже будь повнимательнее – не то какой-нибудь плезиозавр тебя живо выдернет прямо из лодки…

– А мне-то с ружьишком дозволите побродить завтра, пока тренироваться будете? – осторожно спросил, в свою очередь, и мой заместитель. – Рыбка-то она, конечно, хорошо, но вот мясцо бы тоже не помешало…

– Возьмешь с собой, как обычно, Василия, – поднимаясь, ответил я – мне было пора идти отдыхать. – Захватите три ружья: одно для охоты – двенадцатого калибра и два для самообороны – четвертого калибра. – Собак тоже кликните, здесь все равно останется Адмирал.

Пройдя к себе, я перед сном уже более тщательно просмотрел пожелтевшие страницы старого блокнота, начиная понемногу разбираться в этом «сверхпочерке». Впрочем, пока мне удалось лишь понять, что где-то восточнее этого места (километрах в ста) находится еще один глубокий залив, и в горном массиве, окружающем его берега, есть глубокие пещеры, наделенные необычайными свойствами…