Дольмен - Михаил Однобибл

Однажды Елена, до коричневой корочки обжарив блинчики с мясом – любимую Сашину еду, – сидела на кухне и разгадывала кроссворды, как привыкла в прошлой жизни: начались каникулы, и она решила немного отдохнуть от учебы. Александр уминал блинчики так, что за ушами трещало. Доедая шестой, он насмешливо спросил:

– Ну и как? Все слова разгадала?

– А чего там разгадывать? У них вопросы из номера в номер повторяются, – отвечала увлекшаяся Елена.

Александр покачал головой:

– Ты прямо как моя бабушка…

Елена опомнилась – и отбросила сборник кроссвордов.

Александр куда-то собирался – он теперь никому не докладывался, куда идет, зачем. Елена выскочила в прихожую следом за внуком:

– Саш, а ты куда?

– Не твое дело, – отвечал он, как обычно. Елене до слез стало обидно: ну сколько можно так с ней обращаться, чем она заслужила такое отношение к себе! Все вроде делает, старается изо всех сил – и вот на тебе! Клава, в кои-то веки, оторвалась от телевизора и тоже вышла в коридор. Поглядев на расстроенную Елену, выдавила:

– Ты бы взял ее с собой, а, Саш? Хоть разочек! Она же ничего здесь не знает, подружек у нее нет, скучно ведь ей!

Елена бросила сестре благодарный взгляд и осторожно дотронулась до плеча внука – он завязывал кроссовки:

– Сашенька, миленький, пожалуйста, возьми. Я не буду мешать.

– Я на стадион еду. На футбольный матч, что тебе там делать?

– А я люблю футбол, – соврала Елена и, с трудом припомнив, как зовут любимого футболиста Александра, добавила: – Особенно Месси.

Александр, разогнувшись, с сомнением посмотрел на нее.

– А деньги на билеты я дам, – задабривала Клава.

– При чем тут деньги! У меня есть, мне мама дала. Ну ладно, собирайся, только быстро!

Елена подпрыгнула и захлопала в ладоши, получив от сестры насмешливый взгляд.

Вначале пошли к Арсену, который жил по соседству, но друга дома не оказалось, и они отправились на стадион вдвоем. Елена старалась не отставать от Александра, для этого ей приходилось бежать легкой рысью. Она очень гордилась тем, что идет рядом с таким красивым молодым человеком, своим то ли внуком, то ли братом, и все, ей казалось, смотрят на них.

После матча, когда стояли на остановке, к ним вдруг подбежал сильно запыхавшийся чернявый молодой человек и сказал, обращаясь к Александру:

– Слушай, ты ведь из Хосты, в пятой школе учишься?

– Ну, – подтвердил Саша. – И что?

– Будь другом, а, я утром уезжаю, а мне надо отдать одному человеку диски, он очень просил, – парень и правда вертел в руках какие-то коробочки. – Сможешь?

Александр, пожав плечами, кивнул.

– Договаривались на завтра, к четырем, у памятника Ленину, это где художественный музей, знаешь?

Саша опять кивнул.

– Вторая скамейка слева, если стать спиной к вождю. Подойдет человек, попросит у тебя «Человека-паука», так фильм называется…

Саша в третий раз кивнул, мол, кто ж не знает «Человека-паука».

– Ты отдаешь диски, и все. – Молодой человек с каким-то вопросом в глазах смотрел на Александра. – Лады? Будь другом?

– А что: в Интернете нельзя скачать? – удивился Александр.

– Да он не заплатил, и отключили, хочет девушке своей показать. Она приезжая… скоро уезжает.

– Да ладно, какой разговор, – успокоил его внук.

– Тут вся франшиза. Только смотри, обязательно. – Парень был гораздо старше Саши, лет двадцати пяти уже, нехороший огонек мелькнул у него в глазах, но тут же и погас. – И я у тебя в долгу, – улыбнулся он, протягивая диски, и припустил дальше.

Уже почти затерявшись в вечерней толпе, молодой человек обернулся и крикнул:

– А в следующий раз кто с кем играет?

– «Зенит» с «Кубанью», – отвечал Саша.

– Кто это? – ревниво спросила Елена, на которую, разумеется, никто в этом мужском разговоре не обратил ни малейшего внимания. – Ты хоть знаешь его?

– Слегка, – сказал Александр. – Болельщик тоже. Видел на стадионе.

Елена с горечью подумала, что вот он готов выполнить просьбу совершенно какого-то чужого, неизвестного человека, а ведь ради нее палец о палец не ударит. По дороге домой она спросила:

– А ты смотрел этот фильм?

– Какой?

– Ну, «Человека этого паука»?

Саша поглядел на нее и, покачав головой – хорошо, что пальцем у виска не покрутил, – ответил:

– Ты что, с луны свалилась? Конечно, смотрел. Что у вас там в Латвии, совсем деградировали?

Елена закусила губу, опять она оплошала.

– Правда, тут и последний есть, – повертев диски, сказал Саша. – А он вроде и в кинотеатрах еще не идет…

Дома он бросил диски на обувную полку в коридоре. Елена, покачав головой, решила убрать их на место, по весу ей показалось, что диски как будто тяжеловаты. Повертев коробочки в руках, Елена положила их на столик, рядом с компом Александра.

Рано утром она чистила картошку на кухне, когда услышала изумленный Сашин возглас. Вбежала в комнату: внук распаковал один из дисков – наверное, не удержался, решил посмотреть последнего «Человека-паука»…

– А как запаковывать теперь будешь? – спросила она осуждающе. – Новые ведь диски-то…

– Не лезь. Не твоего ума дело. Иди вон кроссворды разгадывай.

Лицо у внука было опрокинутое, будто, открыв запретную диско-коробочку, он обнаружил змею. Елена, хорошо зная внука, поняла: что-то тут неладно, она выхватила у него коробку, которая раскрылась, – и на пол, как в замедленной съемке, посыпались пакетики с белым порошком. Елена взвизгнула:

– Гексоген! – и попятилась.

– Сама ты гексоген, – буркнул Александр, поднимая пакетики и засовывая обратно в коробку, которую прихлопнул крышкой. – Наркотики это, поняла?

– Ты что – наркокурьер? – заорала она не своим голосом.