Магацитлы - Василий Головачев

– Тускуб здесь! – прошептал Лось.

Высокий оглянулся, прижал палец к губам.

– Приготовьтесь, Мстислав Сергеевич, будем брать «языка».

– Вы с ума сошли! – очнулся инженер. – Их здесь тысячи!

– Положим, не больше трех сотен. Однако, во-первых, это хилые марсиане, а не Магацитлы, во-вторых, мы нападем внезапно, что усилит эффект, а в-третьих, они-то уж должны знать, где находится ваша принцесса. Итак, вперед?

Лось снова почувствовал раздражающее душу превосходство спутника, его хитрое подначивание, возразить на которое означало признаться в своей слабости и трусости. И все-таки начинать войну не хотелось. Пока еще существовал крохотный, но не исчезающе малый шанс на мирные переговоры.

– Что они делают? – кивнул Лось на марсианский муравейник в центре зала; тоннель с желобами вывел их в дальний конец пещеры, к горе обрушившихся с потолка камней, и отсюда было удобно наблюдать за деятельностью солдат.

– Похоже, они пытаются восстановить механизм запуска.

– Зачем?

– Наверное, чтобы пустить ракету на головы своих врагов. Тускуба, очевидно, загнали в горы, и он решил убедить своего оппонента Хусана иным способом. Правда, если эта громадина взлетит и взорвется, боюсь, произойдет катастрофа.

– Почему?

– Мой анализатор уверяет, что внутри этого монстра весьма приличная ядерная бомба с тротиловым эквивалентом в сто миллионов тонн.

– Я не совсем понимаю…

– Поверьте на слово, Мстислав Сергеевич. Этих парней надо остановить, они не ведают, что творят. Вы подумали? Решили?

Лось унял бешено заработавшее сердце, источник всех его драм. Сжал губы.

– Подумал… Я пойду первым. Один! Попробую встретиться с Тускубом и… и убедить его отказаться от своих планов.

Высокий скривил губы.

– Он вас не послушается. Обычно припертые к стенке диктаторы используют любую возможность, чтобы отомстить врагу, невзирая ни на что. Тускуб такой же. Но я вас понимаю. В его руках ваша девушка, и вы хотите…

– Она его дочь!

– Тем более удобнее всего было бы разговаривать с ним с позиций силы. Когда мы захватим пусковую установку, он пойдет на любые уступки.

– Нет! – твердо заявил Лось. – Я хочу предупредить его. Он неглупый человек, должен понять.

Высокий пожевал губами, думая о своем, поднес к глазам бинокль. С минуту разглядывал суету марсиан в центре зала, опустил бинокль.

– Вы романтик и гуманист, Мстислав Сергеевич. Именно романтики и гуманисты гибнут во всех конфликтах первыми, причем во всех инвариантах Древа. Это статистика. А я хочу жить… и выполнить свою миссию, цена которой – очень большая Власть! Хотя вам этого не понять. Тем не менее сделаем по-вашему. Идите, ищите Тускуба, попытайтесь его убедить в благости ваших намерений. Но обо мне ни слова!

Лось кивнул.

– Я буду наблюдать за ходом событий, – продолжал Высокий, – и оставляю за собой право вмешаться в нужный момент… если ваши переговоры зайдут в тупик. Хорошо бы мне самому поговорить с Тускубом. Судя по всему, он самый информированный среди марсиан и должен знать, где упал Посох бога Хао.

Лось снова кивнул.

– Я спрошу.

– Он вам не скажет. Но идите. И действуйте сразу, не дожидаясь, пока вас убьют.

В глазах Высокого просияла странная искра сожаления, будто он уже попрощался с попутчиком. Но Лось тут же забыл об этом. Поправив мешок за плечами, сдвинув ближе к левому локтю кобуру маузера, он выпрямился и, не оглядываясь, зашагал вниз, к центру пещеры. Тонкий нежный голос позвал его, голос Аэлиты, голос любви и надежды…