Королевские камни - Карина Демина

Нат сбежал из дому незадолго до полуночи.

Он приоткрыл окно, втянул ледяной воздух, на котором, точно на выбеленном полотне, проступали нити запахов.

Дома. Дыма. Кухни.

Кухарки, которая осталась при доме, заняв крохотную каморку на третьем этаже.

Каморку Талбот обыскивал трижды. И кухарка следила за ним внимательным взглядом, точно подозревая суетливого этого человека в преступном умысле. И вещи свои осмотреть не позволила.

Впрочем, вряд ли сокровище скрывалось в сундуке с рецептами… но Нат все равно в сундук заглянул. В отличие от человека, он знал, когда кухарка занята. И времени на обыск потратил немного, стараясь действовать очень аккуратно. Благо, у людей слабый нюх, а потому вряд ли эта женщина догадается о том, что кто-то совал нос в ее сокровища. Тех сокровищ было немного — пара платьев скучного кроя, несколько пачек писем, от одних пахло ванилью, от других — корицей… имелся красивый альбом с дагерротипами скучных детей…

…и тайник под половицей, обнаруженный по сладкому коричному аромату.

В тайнике нашлась пара банкнот и каталог дамского нижнего белья. Его Нат перелистал исключительно из интереса: ему надо знать, что носят женщины.

В общем, находки не то чтобы вдохновили, скорее вернули почти утраченное чувство собственной значимости, а заодно уж напомнили, что из дому Нат не выбирался давно…

И что с того, что вновь метель была? Он ведь обещал Нире, что появится, а мужчина должен держать обещания…

…и если попросить Райдо, тот дал бы лошадь… а с нею и охрану, потому как надо быть осторожным, но Нату с охраной связываться неохота.

Чужаки. И в спину смотреть будут. Посмеиваться. Над ним. Над Нирой… и выдадут еще ненароком, а он обещал, что приходить будет тайно… и это неправильно, конечно, но… к утру вернется. И никто его, Натова, отсутствия не заметит…

Он выбрался на подоконник, обледеневший и неудобный. Прислушался.

Тишина. Небо черное. Луна желтая-прежелтая…

…Нира сказала, что кольцо отобрали… и это тоже неправильно, Нат ведь ей подарил… и потом, когда заберет Ниру к себе, он потребует, чтобы кольцо вернули. Или купит другое.

Он двинулся по широкому карнизу, цепляясь за толстые виноградные плети, добрался до водостока и, подтянув зубами перчатки, решительно ухватился за оцинкованную трубу. Авось выдержит. Выдержала.

И в сугроб Нат спрыгнул.

Зарылся с головой в снег.

Замер.

Все еще тихо… охрана где-то рядом, по ночам усадьбу охраняют двое, но Нат проберется. Эти двое считают его щенком никчемным, а ведь Нату случилось воевать… и плохо, что снегопад прекратился. Следы останутся.

И видимость отменная… но, если двигаться по тропинкам… благо тропинок вокруг дома — целая паучья сеть…

…в прошлую встречу Нира плакала.

Ей почему-то казалось, что он огорчится из-за кольца, а Ната куда сильней огорчали слезы, которые он вытирал, приговаривая, что кольцо — это ерунда.

И вправду ведь ерунда…

…пустяк совершеннейший…

У него остались еще кольца… а вообще Нат, быть может, сокровища найдет… и тогда Райдо позволит ему взять что-либо…

…или нет?

Сокровище оставил отец альвы… и если так, то принадлежит оно не Райдо, а альве, но та нежадная… или дело не в жадности?

Отец умер, когда Нат был еще совсем маленьким, Нат его не помнит. Но вот если бы отец оставил именно Нату, для Ната что-нибудь на память, пусть маленькую вещичку, пусть и не драгоценную вовсе, он бы… он бы точно это не отдал за просто так. И не за просто так не отдал бы… но тогда Нат не будет претендовать на сокровище, а попросит награду. Это ведь будет справедливо?

Райдо на награду точно согласится.

И Нат напишет тому, прошлому райгрэ, спросит, что стало с усадьбой и мамиными вещами. У нее ведь тоже украшения были, пусть и не такие дорогие… усадьбу, конечно, не вернут, но на остальное он имеет право!

…лошадь почти удалось увести.

— И куда собрался? — Эта фигура выступила из темноты денника. — Не дури, щенок.

К шее прижалась острая кромка серпа, который, кажется, висел в пристройке вместе с иным сельскохозяйственным инструментом.

— Гар-р-м…

Шею опалило. И кровью запахло остро. Запах этот заставил лошадей заволноваться, а Гарм выругался и серп убрал.

— Дурень, — сказал он не зло и замахнулся, чтобы подзатыльника отвесить, но этого Нат терпеть не собирался. Он вывернулся из-под руки и зарычал. — Дважды дурень. — Гарм не испугался. — И наглый… учить тебя некому…

— Ты, что ли, собрался?

— Почему бы и нет? — Он скалился, в темноте видны были белки глаз и зубы, острые длинные клыки. — Для твоего же…

Договорить ему Нат не позволил: нырнул под ноги, ударив всем весом своего стремительно меняющегося тела.

И Гарм не устоял. Завалился, сам меняясь в падении. Попытался подняться, но Натов жеребец, почуяв хищника, завизжал, поднялся на дыбы… и копыта заколотили по сизой чешуе…

А Нат поспешно захлопнул дверь денника.

…теперь Гарм разозлится по-настоящему…

…и когда выберется…

Дожидаться сего знаменательного события Нат не стал… потом он извинится.

Быть может.

Нира ненавидела сестру.

Яростно.

Глубоко.

И бессильно.

Это она все придумала! Она и никто другой, а матушка и рада. Она всегда Мирре потакает, потому что та — красавица… а Нира — это так…

Недоразумение.

— Деточка, не все так плохо, как тебе кажется. — Престарелая тетушка, которая была вовсе не теткой, но двоюродной бабкой, по-своему Нире сочувствовала и утешить пыталась.

Но от ее утешений только слезы к горлу подступали.

Как они могли!

— Найо Эрванди — весьма завидная партия… степенный состоявшийся мужчина…

Степенный? Да ему шестьдесят три! Он папы старше!

Состоявшийся… о да, владелец нотариальной конторы и единственный ее служащий, и еще квартирку имеет в три комнаты, а в четвертой — эта самая контора расположена…

И Нире не нужны деньги…

Она просто пытается понять, за что с ней так!