Мегаполис Ленд - Алексей Вилков

– Что? Ты травы обкурился? – не поверил Макс.

– Да иди ты! А зовут его… готов? Андреас Райс, вот умора! Прибалт, из Латвии.

– Как?

– Андреас Райс. Красивое имя, правда? Я сам в шоке. Он спал на моей постели!

На другом конце провода возникла пауза.

– Макс, ты что замолчал? Не веришь?

– Извини, меня прямо передернуло, кровь к голове прилила.

Стас серьезным тоном спросил:

– С тобой все в порядке? Затылком ударился?

Заикаясь, Макс испуганно прошептал:

– Говоришь, Андреас Райс? Ты уверен? Не отпускайте вашего пришельца до моего прихода, ладно?

На том и остановились. Заважилов пообещал приехать не с пустыми руками. Стас взял с него клятву и пошутил над его рассеянностью и недоверием, поторопив, чтобы он как можно быстрее подгребал к ним. Затем он взглянул на подружку и Райса, рассеянно сидевших в тишине. Андреас разглядывал загорелых моделей, а Вика проверяла качество маникюра. Смекнув, что самое время оживить обстановку и взбодрить собеседников, Стас произнес первое, что пришло на ум:

– Андреас, как насчет пивка? Ты же пьешь это благородное зелье?

Райс отложил журнал:

– Нет, если честно, никогда не пробовал, кроме твоей браги из холодильника. Конечно, я в курсе, что в вашем измерении это один из самых популярных напитков и половина мужчин не может прожить и дня без бутылочки светлого или темного. Но я лично предпочитаю свежевыжатый сок и зеленый чай. В общем, я не поддался великой страсти к хмелю, не хочу быть как все.

– Здорово! А я иногда позволяю себе баночку холодного пива, – заметила Вика. – Больше одной не осилю, но периодически балую себя, особенно если кто-нибудь угостит.

Чтобы не выглядеть заядлым выпивохой, Стас поддержал Райса:

– Да и я не любитель, но в такую жару куда деваться. Тогда чаю заварю, раз у нас все трезвенники и язвенники.

– Нет, ну я попробую. Надо же оценить это волшебное снадобье, которое так боготворят в вашем измерении. Тем более, пока я здесь, предоставляется отличная возможность. Пригублю немного.

Станислав отправился на кухню, оставив приятелей наедине. В гостиной воцарилось молчание. Андреас опять взял журнал, а Вика сидела с растерянным видом. Многочисленные мысли перепутались в ее голове так, что собрать их воедино было почти нереально. Она планировала задать миллион вопросов гостю из далеких миров, мгновенно придумала их и даже проранжировала, чтобы начать с самого волнующего и актуального. Но сейчас вопросы смешались в гигантскую кучу, и вычленить хоть одно более или менее связное предложение стало затруднительно. Вика безуспешно пыталась сформулировать про себя хоть один значимый вопрос.

Райс заметил сконфуженность собеседницы и первый прервал неловкую паузу.

– Виктория, почему грустишь? – доброжелательно спросил он.

– Я не грущу, просто задумалась. Хотела спросить и забыла, что именно.

– Спроси, я с удовольствием отвечу.

– Рада бы, но склероз подвел. Столько впечатлений за день, столько приключений! Такого со мной никогда не случалось. Мама родная не поверит! – оживилась Вика.

– А что такого удивительного произошло, не считая нашего знакомства?

Дан зеленый свет, и Вику понесло. Она вновь пересказала пришельцу грандиозные события этого дня в мельчайших подробностях, словно она это делала в первый раз. Райс с упоением внимал каждому слову, не перебивая, только хитро улыбался и гладил свои худые пальцы с золотыми кольцами. Он заметил, что Вика упала духом, пересказывая баталии с утренними бандитами. Райс не собирался развивать эту тему и попытался отвлечь ее внимание на более приятные вещи.

– Не будем о грустном! – бодро начал он. – Знаешь, я ведь был в разных измерениях и могу совершенно точно утверждать, что в вашем мире самые красивые женщины.

– Здорово! Я буду гордиться, – восхитилась Вика за свою половину человечества.

– Истина! Многие коллеги подтвердят, так что это объективный факт, не поспоришь.

– Потрясно! А как насчет наших мужчин, они тоже самые лучшие?

– Тут определенно утверждать не стану. Я истинный гетеросексуал, поэтому о мужчинах судить не берусь, – откровенно признался Райс.

– У нас с мужчинами напряженка: как увидишь хорошенького мальчика, так обязательно он окажется геем. И так всегда! Придешь с подружкой в клуб, положишь глаз на самых красивых мальчиков, а они как на подбор нетрадиционной ориентации. Что делать? Куда катится мир? Пропадает настоящий мужик, пропадает мужское племя.

Райс принял озабоченный вид:

– Больше того, скажу: это глобальная тенденция. В большинстве измерений число людей с нетрадиционной сексуальной ориентацией растет в геометрической прогрессии. По прогнозам специалистов, лет через сто-двести соотношение гомо– и гетеросексуалов будет один к одному, представляешь?

– Кошмар! Понимаю, в Москве это модно, но чтобы так глобально… Скоро каждый доходяга будет на вес золота. А каковы причины этого?

– Ученые ломают головы над этой проблемой, есть масса гипотез и теорий. Одна из них гласит, что это закономерный процесс, связанный с переизбытком людских ресурсов на планете. Так матушка-природа пытается решить проблему перенаселения, иначе планета развалится от чрезмерного количества людей, населяющих ее. Другая теория отдает дань эволюционной мутации: якобы открыт новый ген, который перешел в активное состояние и начал функционировать на полную мощность, порождая армию гомосексуалов. Я не силен в подобных объяснениях. Честно говоря, меня эта тема не особо заботит. Кстати, могу похвастаться – в моем измерении наиболее низкий процент гомосексуалистов.

– Вам везет, – прониклась серьезностью проблемы Вика. – Переезжайте к нам, земные женщины будут вам благодарны.

– Данный процесс уже идет.

– Значит, есть шанс на спасение человечества, – оптимистично кивнула Вика и сменила тему: – Андреас, а вообще у нас много параллельных миров?

– На Земле около сотни измерений, – с гордостью сообщил Райс. – Я побывал где-то в двадцати.

– Это много или мало?

– Все относительно. Вселенная бесконечна и постоянно расширяется, сколько миров еще предстоит открыть.

– Ты хочешь установить рекорд? – иронично заметила Вика.

– Я буду путешествовать столько, сколько отмерил мне высший разум.

– Ты вечный турист, а мы сидим в бетонных коробках и не представляем, что в неизведанном космосе творится. Это, наверное, чистое безумие – каждый раз открывать неизведанный мир.

– В том-то и прелесть! – подытожил Андреас, ностальгически вздохнув.

В это время из кухни вернулся Стас, с досадой заметив, что в его отсутствие ребята сумели найти общий язык и тему для разговора. Но он выдавил ироническую ухмылку и принял любознательный вид: