Школяр - Дмитрий Таланов

«Дорогой Като, ты должен мне помочь, император опять заскучал…»

Из личного письма секретаря Клемента,

Архив Императорского Совета, файл «Алекса, год первый»

— Какой у него синяк!

— А какой шрам!

— Ой, девочки, мне этот белобрысый ужасно нравится!

— А я от Хозека без ума… Эх, был бы он попроще!

Едва Филь с Яном вошли утром в трапезную, как стало ясно, что за ночь отношение к ним круто изменилось. Был тому причиной ректор, конюх, или Габриэль с Анной и Метой успели разболтать о том, что случилось в деревне, только трапезная разом пришла в волнение, и над столами повис гул приветствий:

— Да здравствуют герои осады! Виват Хозеку, виват Фе!

Возгласы раздавались отовсюду, в том числе от учительского стола. Профессор Лонерган отсалютовал кружкой, отец Фабрициус — вилкой с колбаской, Схизматик — надкусанной булкой, а ректор просто подмигнул. Один профессор Роланд только кисло улыбнулся.

Ральф Фэйрмон первый подошел, пожал Филю руку и, извинившись перед Яном, признал, что был вчера идиотом. За Ральфом подошли Лофтус с малиновым лицом и восторженно улыбающийся Николас Дафти. За ними кинулись все остальные, кто только мог протиснуться между столами. Поздравлениям, рукопожатиям, объятиям, и неистощимым шуткам и насмешкам над жителями деревни не было конца. Поднялся такой шум, что ректор Иллуги был вынужден встать и, вежливо прочистив горло, попросил дать возможность учителям закончить завтрак, а потом можно пускаться хоть в пляс.

— Еще я вынужден просить героев вчерашнего происшествия зайти потом в мой кабинет, — закончил он, усаживаясь на место.

— Так, — сказал Филь, направляясь к накрытому столу, — видать, подоспела калькуляция. Ян, давай пойдем сразу после завтрака. Мне интересно, сколько они насчитали!

Иметь наличные деньги свыше двух аспров, что составляло одну пятую империала, в Алексе было запрещено. Как и получать какие-либо посылки или письма от родных и близких. Таково было требование Детской Службы в обмен на согласие отправить в Алексу их лучших учеников, в большинстве своем сирот без гроша в кармане. И до сегодняшнего дня Филь не беспокоился о том, сколько у него денег с собой. Даже каретный поезд между Кейплигом и Алексой на каникулы оплачивала казна. Но если цена визита в деревню составит больше, чем имелось у него с Яном, было бы неплохо, если бы Филя осенило прямо сейчас, где брать недостающую сумму.

— У нас полно времени, придумаем что-нибудь, — сказал Ян, заметив выражение задумчивости на лице друга.

Фристл Бристо, занятый горячими булками и потому не участвовавший в славословии, сдержанно улыбнулся.

— Недурная выходка, Ян! Я не сомневался, что буду гордиться нашим родством. А ты, Фе, только перестал быть знаменитым, как опять влип. Мне приятно, что я с тобой за одним столом, но берегись: уже поползли слухи, что ты это сделал нарочно, чтобы еще больше прославиться.

Ян скривился, словно ему попался таракан в булке.

— Фристл, не собирай глупости, а собираешь — не распространяй! Отец говорит — это пошлый прием, давить на чувства и играть на самолюбии… даром, что сам любит пинаться.

— Кто предупрежден, тот вооружен, — хмыкнул Фристл.

Их обмен репликами привел к тому, что Филь против воли развесил уши. И, конечно, тут же услышал за своей спиной:

— А кто он такой?

— Не знаю. Знаю только, что он водится с Хозеками. Должно быть, важная птица!

— А я слышала, что он сирота.

— Сирота?!

Филь обернулся посмотреть, кого так удивило его сиротство, и наткнулся на широко расставленные синие-синие глаза Иолы Пелед, попавшей в Алексу из школы Детской Службы. Иола сама была сиротой, но Филь ничего не знал о ней, кроме того, что все звали ее Ёлкой. Когда она улыбалась, её рот выглядел ужасно большим, однако этот недостаток исправляли появляющиеся ямочки на щеках. Ёлка зарделась и отвернулась.

— Что, вот этот курносый — хозяин Хальмстема? — раздался её недоверчивый шепот.

Последние слова прозвучали столь весомо, что Филь вспыхнул от гордости и пошире расправил плечи. Ян сыто откинулся от стола.

— Я поел. Идем?

Не получив ответа, он глянул на Филя, потом на секунду обернулся и с усмешкой уткнулся в свою тарелку.

— А, вот оно что… Советую сразу сказать им, что Хальмстем обошелся тебе слишком дорого и сейчас вы живете на пенсию твоей приемной матери, — произнес он тихо и ехидно. — Иначе тебе станет сложно жить, когда вокруг тебя начнут водить хороводы!