За последним порогом. Начало - Андрей Стоев

— Почему они такие слабые? Я от родовичей ожидал гораздо большего.

— Ты думаешь, в родах все прямо великие повелители сил? — засмеялась мама. — Роды, конечно, любят пустить пыль в глаза, но на самом деле у них всё как везде. В целом они посильнее за счёт посвящения Аспекту, но посвящение тоже по-разному действует. Кто-то хорошо в силе приподнимается, а большинство всего на ранг или два. А ещё дармовая сила их расслабляет, и детей в родах не так уж хорошо учат. Там больше перспективных совершеннолетних учат, кто посвящение прошёл, и хорошо Аспект принял. И вообще, будь роды такими могучими, как они себя изображают, то у нас они бы правили, а не князь.

* * *

На следующий день после уроков у ворот школы меня встретила Стефа Ренская.

— Здравствуй, Кеннер.

— Здравствуйте, сиятельная. — я порядком удивился встрече, но постарался удивления не показать.

— Ты не против небольшого разговора? Мы можем посидеть в каком-нибудь кафе.

Я замялся и посмотрел на Ленку.

— Твоя сестра не помешает, ничего секретного я обсуждать не собираюсь.

— Хорошо, давайте поговорим. Тут рядом есть хорошая кондитерская.

Я почувствовал, что Ленка обрадовалась. Вот куда в неё влезает столько сладкого? И ведь не толстеет, и прыщами не покрывается.

Мы уселись за столик, взяв кофе и большую тарелку пирожных, и завязался обычный светский разговор ни о чём.

Наконец Стефа перешла к делу:

— Сразу хочу сказать, что Ольга про этот разговор не знает. Я не представляю Ренских, я хочу выяснить несколько вещей лично для себя.

— Спрашивайте, — я пожал плечами, — у меня нет каких-то особых секретов.

— Скажи, как ты относишься к Ренским?

— К Ренским вообще? Нормально отношусь, мы всё же родственники. Понятно, что родственных чувств у нас с вами нет, но враждовать я точно не хочу.

— Ты же подал прошение о княжеском суде, так?

— Да, подал. Это не секрет, канцелярия князя вас должна была известить. Я бы предпочёл решить с вами миром, не втягивая в дело князя, но с Ольгой ведь так не получится.

— А что ты попросил, если это не секрет?

— Не секрет. Защиту.

— И всё?

— Всё. Я уже сказал, что враждовать не собираюсь, так что ни вашего наказания, ни виры от вас мне не нужно. Я не знаю, как будет выглядеть решение князя, но я попросил у него только защиту.

— Я поняла тебя, спасибо за разговор. Надеюсь, что у нас всё же наладятся отношения.

— Я тоже надеюсь, но пока Ольга у власти, это вряд ли получится.

— Посмотрим. До свидания.

— До свидания, сиятельная.

Когда Стефа нас покинула, Ленка спросила:

— Кени, ты ей веришь?

— Она вроде ни о каком доверии не просила. Я думаю, она просто решила понять, готовы ли мы как-то нормализовать отношения, если вдруг Ольга уйдёт.

— Думаешь, Ольга уйдёт?

— Не знаю. Я даже не знаю, есть ли у них подходящая Высшая, которая могла бы стать новой Матерью. Посмотрим, но мне кажется, Ольга просто так власть не отдаст. Не тот характер. Зато понятно, что со Стефой мы можем поладить.

— А зачем нам вообще с ними ладить? — Ленка искренне не понимала.

— А зачем нам с ними враждовать? Мы можем не дружить, но для вражды нет никаких причин. У нас только с Ольгой отношения плохие, да и с ней мы в принципе могли бы помириться. Жаль, что она такая упрямая.

* * *

Наконец был назначен день суда. В первое заседание я, как потерпевшая сторона, должен был изложить свою просьбу к князю, а представители общин излагали свои пожелания относительно приговора. На втором заседании князь просто оглашал своё решение, и происходило голосование. Никакие прения сторон протоколом предусмотрены не были. И князь, и общины располагали всеми материалами следствия, поэтому считалось, что они полностью в курсе дела. Княжеский суд был судом феодала, который судил по своему разумению без всяких адвокатов и кодексов.

Стены небольшого зала судебных заседаний были увешаны гобеленами, каждый из которых представлял какой-то значимый момент в истории княжества. Я узнал только битву при Жиздре, когда конницу киевлян прижали к болотистому берегу, и перебили целиком. На паре гобеленов новгородцы рубили каких-то рыцарей, но с меченосцами мы дрались столько раз, что опознать конкретный эпизод было невозможно.

Примерно четверть комнаты была занята возвышением, на котором стоял княжеский трон с небольшим приставным столиком. Рядом стоял длинный стол с четырьмя стульями для секретарей и помощников. Три стола с богато украшенными креслами для представителей общин стояли прямо напротив князя. А между князем и общинами, лицом друг к другу, располагались истцы и ответчики.

Участники заседания расселись, переговариваясь и перебирая бумаги. Несмотря на то, что Ольга сидела буквально в пяти саженях прямо напротив нас, она каким-то образом умудрялась демонстративно нас не замечать. Наконец судебный маршал объявил: «Князь Яромир Новгородский! Прошу всех встать!» и из неприметной двери появился князь в сопровождении помощников. Князь занял свой трон и небрежно махнул рукой, разрешая садиться.

Судебный маршал объявил: «Дворянская семья Арди против рода Ренских!», и заседание началось.

Я повторил своё тщательно сформулированное прошение о защите, затем настала очередь общин. Всё происходило в точном соответствии с предсказанием нашего поверенного.

— Совет Родов не поддерживает ни одну из сторон, и предпочёл бы видеть компромиссное решение княжества.

— Круг Силы поддерживает истца и надеется на решение княжества в пользу истца.

— Дворянский Совет полностью поддерживает истца и настаивает на примерном наказании ответчика.

— Есть ли дополнительные запросы к княжеству? — князь обвёл взглядом присутствующих, но никто не изъявил желания дополнить дело.

— Заседание окончено. О дате вынесения решения будет объявлено дополнительно.

Всё заседание не заняло и получаса. Я с удивлением заметил поверенному:

— Однако как-то быстро всё прошло, почтенный Томил. Это всегда так?

— Да, господин Кеннер, княжеский суд всегда вершится без проволочек. — утвердительно покивал головой Бодров. — Это не Мещанский суд, где дела могут тянуться годами. И тем более не Гильдейский, где на хорошем деле поверенный может кормиться до старости.

Второе заседание было назначено через четыре дня, и прошло ещё более стремительно. Князь не стал тянуть резину и сразу же огласил приговор:

— Решение княжества по иску дворянской семьи Арди против рода Ренских. Первое: предоставить истцу запрошенную защиту от ответчика в форме запрета предпринимать прямые и непрямые действия, направленные на причинение вреда дворянской семье Арди. Второе: в качестве виры за насильственные действия рода Ренских против дворянина княжества изъять у рода Ренских завод «Артефакта» с передачей во владение непосредственно пострадавшему Кеннеру Арди.