Скандал в Институте благородных девиц - Марина Ефиминюк

— Я согласна! Возьмите и примите!

С возрастающим недоумением я воззрилась на зеркало. По гладкой поверхности, отражавшей мою физиономию со всклокоченной шевелюрой и покрасневшими от тусклого света глазами, шла рябь. Выходило, что моя «замочная скважина размером с окно» позволяла и подглядывать, и подслушивать. А я не понимала, надо ли мне смеяться или плакать.

Из другого конца замка неслись звуки неясной возни. Видимо, дисциплинарные меры подразумевали отлов полуголой девицы, а потом выдворение оной из мужской спальни в ледяной коридор.

— Пошла вон!

Дверь категорично хлопнула. На секунду стало неимоверно тихо, а потом Ленар злобно прошипел, разговаривая сам с собой:

— Они сегодня взбесились? Сумасшедший дом, а не Институт благородных девиц!

И с ним было сложно не согласиться.

Связь оборвалась, зеркало замерло. Наверное, пришло время расхохотаться страшным голосом злого гения, ведь план по выселению столичного законника работал, как магические часы. Тик-так. Время Кристофа Ленара в замке стремительно подходило к концу!

В середине ночи зеркало заговорило снова. От страха я так подскочила, что едва не сверзилась с кровати, а из открытого магического «окна» доносились звуки очередного скандала.

— Барышня, у вас есть хотя бы что-то святое?! Вы забрались в мою кровать!

— Какое счастье, что я не перепутала комнаты! — заявила радостным голосом новая соблазнительница. — А то там музыкантша залезла к чертежнику… Куда вы меня тащите, господин Ленар?!

— На выход! — отрезал он.

— Но я голая!

— А я-то подумал, что у вас необычная ночная сорочка! — зло сыронизировал Кристоф.

С треском захлопнулась дверь.

Вначале четвертого я стала подозревать, что меня настигла дурная карма. Каждые полчаса законник выставлял студенток, а проклятущее зеркало передавало последние сводки с передовой. Я лежала на кровати, таращилась невидящим взглядом в белесый потолок и мысленно представляла, как в коридоре мужского пансиона змеилась длинная очередь из девиц всяких мастей, ожидавших своей очереди в комнату Ленара.

Распугал их бледно-серый рассвет, забрезживший за окном. Соблазнительницы все-таки были дамами благородными и не занимались непотребностями при свете. Наконец-то никто не мешал спать! Но едва я забылась неглубоким сном, как в коридоре пронзительно затрезвонил колокольчик, возвестивший о начале нового дня.

Застегивая форменное платье, я с ненавистью смотрела на свое отражение в проклятом зеркале и слышала, как шуршит на другом конце замка Ленар. В душе возникло подозрение, что разговорчивая мебель была переселена к нам не случайно. Похоже, заклинание давненько работало неисправно, и в особняке Арно до нервного тика устали от беспрерывной передачи соседских разговоров.

В течение дня времени не нашлось, так что вечером я принялась пересматривать учебники по магии, пытаясь разобраться, как заткнуть шумное зеркало, но после почти бессонных суток меня накрыл позорный сон. Я вырубилась на середине найденного заклятья, сладко прижавшись к раскрытому фолианту щекой, а пробудилась от ледяного холода, воцарившегося в библиотеке. Было сложно судить, который шел час, но читальный зал окутывала темнота. Световой камень почти перегорел и едва-едва теплился. Пока светляк окончательно не погас, я дописала слова заговора, собрала пирамидой учебники и припустила в общежитие.

На этаже царила сонная тишина, и только из нашей комнаты доносились неясные звуки. Подняв повыше огарок светового камня, я резко распахнула дверь, но спальня оказалась пуста. Бормотание исходило от зеркала, словно у трюмо кто-то убавил звук. Я прислушалась. Ленар переживал очередное нашествие соблазнительниц. Судя по тому, что женский голос был не один, благородные девственницы начали сбиваться стаями!

Закрывшись на защелку, я решительно приблизилась к трюмо. Разговор зазвучал четче, и вдруг раздался сдавленный мышиный писк. Судя по всему, девицы пытались поделить «Бевиса Броза» кулаками. Читая заклинание, я махнула перед зеркальной поверхностью тускло светящейся ладонью. Магия стремительно утекала к артефакту, и руку начало неприятно покалывать. Когда прозвучало последнее слово заговора, звук, исходивший от зеркала, смолк. Однако я даже не успела перевести дыхание от облегчения, как к ненавистному зеркалу вернулось изображение!

В тусклом свете магического камня, горевшего в ночнике, две девицы в легкомысленных ночных сорочках беззвучно драли друг друга за волосы. Неожиданно в поле зрения появился законник. С каменным лицом он выплеснул на головы соблазнительниц графин с водой. Хулиганки мгновенно расцепились. Пока они отплевывались, пытаясь прийти в себя после ледяного купания, Кристоф ловко схватил обеих за шкирки, разводя в разные стороны. Что-то нравоучительно высказывая, он выставил воинственных искусительниц в коридор. Вернее, я подозреваю, что выставил, ведь через некоторое время Ленар снова появился в зеркале, но уже в гордом одиночестве, и принялся снимать рубашку…

И только через несколько секунд я осознала, что завороженно следила за раздеванием. Обругав себя нехорошими словами, я немедленно сдернула с постели Диары покрывало и завесила «сквозную дыру» в мужское общежитие.

На следующее утро дурная карма не просто меня нагнала, а буквально шарахнула по темечку! Я не услышала звонок колокольчика и вскочила с кровати, когда в коридоре наступила подозрительная тишина. Часики намекнули, что завтрак уже подходил к концу. Кружась по комнате, я стаскивала перекрутившуюся ночную сорочку и случайно боднула трюмо. Покрывало немедленно соскользнуло, и передо мной предстал хмурый Кристоф, завязывавший перед зеркалом галстук.

Мужчина замер. Мы встретились глазами…

Он видел меня так же ясно, как и я его!

Взвизгнув, я прикрыла голую грудь и повалилась на кровать. Забравшись под одеяло, я кое-как вновь натянула ночную сорочку. Приняв более или менее благопристойный вид, вскочила и молниеносным движением вернула на трюмо покрывало. Однако все равно заметила, что Кристоф, спрятав руки в карманах, с ехидной ухмылкой следил за моей комнатой сквозь проклятущее «магическое окно».

— Да чтоб этих Арно с их дурацкой мебелью разобрало проклятьем несварения! — в сердцах выпалила я и тут же шлепнула себя по губам. Колдунья из меня была никудышная, но сказанное от души проклятье иногда приобретало силу и долетало до адресата. Это не институтский забор проклясть!

Пропустив завтрак, злая, как горный орун, я направилась в учебное крыло. Девушки собирались на занятия, было людно и шумно. Посреди коридора о чем-то вежливо беседовали Ленар и преподавательница изящной словесности. Стыд от утреннего конфуза нахлынул с удвоенной силой. Надо же было зеркалу превратиться в сквозную дыру именно в тот момент, когда я стояла почти голая! Недолго думая, я завернула в пустую аудиторию и принялась ждать, когда Кристоф уберется с дороги.

Время шло. Приближалось начало занятий. Не удержавшись, я осторожно приоткрыла дверь, чтобы проверить, ушли ли преподаватели, и едва не уткнулась носом в мужскую грудь.