Ускользающая тень - Крис Вудинг

Грандиозный монумент в центре круглого помещения доминирует надо всем. Сама скульптура возвышается над круглым бассейном, а по каменным каналам вода подаётся к резным фонтанам. Кругом – пышные грибные сады, переливающиеся разными цветами – жёлтым, фиолетовым, зелёным, розовым. С лёгким удивлением понимаю, что могу назвать каждый вид – вот россыпи маленьких дождевиков, а вот – карликовая микора. Её легко узнать по разветвлённой высокой ножке и плоской шляпке.

Пустячок, а приятно. Должно быть, от Рейты нахваталась. Да, натуралист из меня неплохой – для любителя.

Кроме меня, в атриуме полно народу. Одни сидят в беседках, другие прогуливаются. А кое-кто расположился на изящных ажурных балконах, опоясывающих комнату. Оттуда открывается чудесный вид на шедевр Венья Эткен Аста. Тихие голоса эхом разносятся по атриуму.

Не спеша прохаживаюсь туда-сюда. Вообще-то мне здесь нравится. Дорожки освещены лампами. Наверху висят мощные фонари с яркими светящимися камнями. Свет играет в каждой грани стекла работы лучших ремесленников. На самом деле свет можно контролировать так же, как и температуру – при помощи разноцветных стёкол, правильных углов, искусства заклинателей камня, которые заставляют светящиеся камни сиять подобно миниатюрным солнцам. Свет – такой же важный элемент архитектуры и часть интерьера, как дерево, камень или металл.

Добираюсь до своего любимого места, останавливаюсь и смотрю на скульптуру. На первый взгляд она кажется странной – бесформенная, почти не обработанная. Многие типы камней и руд сливаются вместе, создавая замысловатые узоры. Вот ярко-красный призматический ванадинит, а рядом – длинная прожилка сине-зелёной хризоколлы. Гроздь пузырьков малахита соперничает по красоте с переливами серебра и оборками из целестина. И среди всего этого – совсем уж редкие минералы, добытые с самых глубин, куда может проникнуть только один народ – краггены. Поначалу скульптура кажется хаотичной и не слишком привлекательной, но постепенно завораживает любого зрителя. Трудно отвести взгляд от всех этих завитков, острых углов и плавных изгибов. Кажется, будто в них скрыта какая-то загадка.

Каждый видит в этой скульптуре что-то своё, но для меня она имеет особый смысл. Именно это великое творение поработило мужчину, которого я любила. Ринн, так же как и я, был в долгу у клана Каракасса. Его дед Аста одолжил у клана деньги, чтобы создать монументальную скульптуру по заказу одного очень богатого торговца. Но когда в результате махинаций конкурентов заказчик разорился, Аста и сам оказался на грани нищеты. Он вложил все деньги в наполовину законченную скульптуру, которая никому была не нужна. Каракасса наложили пожизненный долг на три поколения. Первое задание заключалось в том, чтобы мастер завершил своё произведение.

Ринн был представителем последнего поколения должников в семье. Мой долг распространялся на меня одну. По идее наш сын должен был родиться свободным. Но на деле вышло по-другому.

– Какая красота, – пропел голосок слева.

– Какая гадость, – бросил голос справа.

С улыбкой оборачиваюсь. А вот и близнецы, Лисс и Каста. Разные, будто день и ночь. С тех пор как мы в последний раз виделись, обе изменили цвет кожи. Теперь Лисс бледная, как их старший брат Ледо, и напоминает измождённое привидение. Каста же решила поэкспериментировать с угольно-чёрным.

– Как мы по тебе соскучились!

Лисс целует меня в губы.

– Я по вам тоже, – отвечаю я и поворачиваюсь к Касте. – По обеим.

Лисс с ног до головы одета в белое. Её окутывают тонкие слои газовой ткани, на подоле разрезы. Наряд производит впечатление потрёпанного. За такой эффект приходится платить дополнительные деньги, так что стоит платье целое состояние. Каста одета в красно-чёрное, волосы алые, цвета магмы.

– Ну, рассказывай, как отдохнули! – восклицает Лисс.

– А то Ринн молчит, – прибавляет Каста.

– Мы бы его разговорили, но с ним же неинтересно!

Отдохнули? Ах да. Это они про так называемый отпуск. Не успели мы приехать, как меня срочно вызвали в Мал Эйсту, чтобы я выследила и убила человека по имени Горак Джеспин. Хитрый, сволочь, еле отыскала. Правда, так и не узнала, что он такого натворил.

Лисс взяла меня под руку и потянула в сторону, уводя от скульптуры. И конечно, уже перескочила на другую тему:

– Ты уже поела?

– Мы завтрак проспали, – сообщает Каста.

– Какая я голодная!

– Ты всегда голодная.

– А сейчас ещё больше, чем обычно. Так ты поела?

Последний вопрос обращён ко мне.

Смеюсь. Обожаю эти их семейные перепалки.

– Ну что ты смеёшься? – Лисс тоже начинает хихикать. – Каста, она над нами смеётся!

– Это потому что она вредная, – слегка улыбается Каста. – Я давно заметила.

– Ты что, правда из вредности?

– Нет, – смеясь, отвечаю я. – Просто очень рада вас видеть.

– Вот видишь! – с победоносным видом возвещает Лисс. – Она не вредная, просто она нам радуется!

Каста тоже берёт меня под руку с другой стороны.

– Всё равно она вредная.

– Ещё какая, – соглашаюсь я. – Увидите, я вас от себя ещё часа два не отпущу.

– Вот это вредность, – произносит Каста.

– И наглость! – подхватывает Лисс. – Как смеет приказывать важным дамам… какая-то девочка на побегушках!

– Это я девочка на побегушках?! – в притворном возмущении восклицаю я.

– Шучу, дорогая. – Лисс чмокает меня в щёку. – Твоё желание – закон. Пойдём.

Мы катим по Корням в экипаже, запряжённом крайлами. У близнецов появился новый любимый клуб под названием «Чёрный венец». Размещается он в широком, круглом здании, опутанном корнями микоры. Под ним проходит главная дорога Корней, но клуб находится высоко. У его дальней стены разбит роскошный сад из драгоценных камней, жил и водопадов.

Клуб даже слишком элитный, но близнецов знает вся Вейя. Нас сразу проводят внутрь и усаживают.

Прислужница в форменной мантии запоминает наш заказ. Я прошу принести стимулирующий коктейль, поскольку в дороге почти не спала. Я была под самой поверхностью, а лифты, перевозящие пассажиров вниз, слишком неудобные, да и шумные. Вдобавок нужно было много о чём подумать. Близнецы начали радостно тараторить, какой у меня усталый вид. Я добродушно выслушиваю эти речи, а потом жалуюсь – мол, до чего злые у меня подруги. Лисс с Кастой обожают, когда их называют злыми.

– Почему ты нам ни разу не написала? Мы бы приехали составить компанию! – вдруг возмущается Лисс.

Каста внимательно наблюдает за мной. Ей тоже хочется услышать ответ.

– А вы мне почему не писали? – отбиваюсь я.

– Ой, то одно, то другое, – отмахивается Лисс.

Настроение у меня сразу портится. Да, Лисс и Каста меня любят, но по-своему, неглубоко. Такие люди легкомысленно порхают по жизни. С глаз долой – из сердца вон. На мои письма всё равно бы никто не ответил. Не потому, что Лисс и Каста ко мне плохо относятся. Просто они слишком зациклены на себе. Сначала бурно радовались бы, что я им написала, а потом переключились бы на другие удовольствия, так и не ответив на моё письмо.