Мир ротмистра Тоота - Владимир Свержин

— Дрым, стереги, я сейчас.

Аттайр подхватил ручной пулемет и бросился к берегу. Где-то вдалеке надсадно, точно кто-то наступил на хвост железному монстру, взвыла сирена. Тоот увидел, как первый из кораблей, идущий вдоль берега, развернулся, чуть заметно вздрогнул, а через некоторое время из-под воды, точно древнее морское чудовище, вынырнула заостренная туша ракеты, с хлопком выпустила крылья и понеслась к берегу.

— О… — Аттайр упал лицом в песок.

Взрыв резко ударил по барабанным перепонкам, смешивая какофонию звуков в единый гул. Тоот вскочил на четвереньки, схватил пулемет как дубину и, пригибаясь, выплевывая на ходу соленый песок, побежал к стонущему офицеру. Вокруг визжало и грохотало. Камни перелетными птицами неслись к морю, все больше и больше засыпая пляж. Раза три Тоот падал, вставал и бежал к цели.

«Ствол забит песком, — мелькнуло у него в голове, — надо остановиться, вытряхнуть, а то не выстрелю». Но остановиться не было никакой возможности. Наконец Аттайр на последнем рывке подскочил к офицеру и крикнул ему в ухо выученную еще в школе субалтернов на всех известных языках фразу:

— Ты пленный! Имя, звание и номер части!

Юноша приоткрыл глаза, стараясь навести резкость, но без особого успеха.

— Контузия, — понял Тоот, отмечая, что пальцы зеленого юнца тянутся к боевому ножу, закрепленному у бедра. — Не балуйся, — он перехватил запястье, выводя его на болевой контроль.

Офицер скрипнул зубами.

— Идти можешь?

— Нет. Колено поломать, — на плохом метрополийском простонал островитянин.

— Ох, не было печали, — Тоот вставил пулеметный ствол в рукава его кителя, перебросил ремень на лоб. — Уж ты не обессудь, будем выбираться.

Между тем грохот внезапно стих, и Аттайр увидел, как, вспенивая бурые волны, к отмели несется полтора десятка катеров, не отличимых от первого, с одной только разницей: стволы орудий были расчехлены, и у каждого из них стоял расчет, готовый открыть огонь.

— Очень быстро уходим, — Тоот взвалил пленного на плечи, выругался сквозь зубы и поволок его в спасительную расщелину.

* * *

Когда Тоот появился у воронки, капрал Таб бросился ему навстречу, спеша помочь командиру.

— Господин полковник, вы живы?

— Дурацкий вопрос, — огрызнулся Аттайр, — помоги этого погрузить.

Таб ухватился за ноги пленного, тот застонал от боли.

— Молчать, твои услышат — горло перережу, — процедил Атр.

— Я, господин полковник, как все началось, тут притаился. Думаю — бомба в одну воронку-то не падает. Но до того жутко было, оторопь брала. Я в щебенку закопался, думаю — лишь бы не в меня. Но вдруг, чувствую, вот аж кружит меня, надо вылезти и до той высотки, — он ткнул пальцем в сторону, — пробежаться. И вот странно, аж блевать хочется, а ноги сами бегут. Добрался как-то, а там ваш, этот упырь, уже яму себе выкопал и фельдфебель валяется. Это вы его упаковали?

— Ну, не сам же?! — Аттайр вытащил из рукавов пленника забитый песком ствол.

— Проверь, нет ли при нем оружия.

— Слушаюсь, господин полковник.

— И скажи, с какого перепугу ты принялся в катер палить?

— Ну так уничтожил же!

— Уничтожил, — скривился Тоот. — Там на берегу сейчас полторы сотни головорезов желают познакомиться с метким стрелком. Наше счастье, что они еще короткую дорогу не отыскали, Дрыма у них нет. Все, отставить разговоры. Закрывай борт и уходим отсюда как можно быстрее.

Тоот заскочил в кабину, стряхивая с сиденья разбитые взрывной волной стекла.

— Заводи мотор.