Раб из нашего времени. Книга двенадцатая. Затерянный город, или Каждому свое - Юрий Иванович

Собственное состояние заставило преизрядно задуматься.

Почему такой стресс? Почему такое перенапряжение всех физических и моральных сил? Почему я настолько выложился, весь без остатка? Все-таки я – экселенс. У меня внутри четыре симбионта, качающие, очищающие и усиливающие. Моя физическая сила троекратно, если не пятикратно, выше силы любого спортивно развитого парня моего возраста.

Так почему же я в таком плачевном состоянии? Неужели всему виной паника и безысходность, почти лишившие меня силы воли? Или на меня специально кто-то или что-то воздействует негативной энергией? Или внушением?

Перекатившись на бок и усевшись затем на каменной поверхности, я стал осматриваться. Глядел не только по сторонам, но и в глубь скалы. Стена между парапетами составляла примерно шесть метров. Парапеты толщиной в руку и высотой мне почти по грудь – обоснованная мера безопасности для людей, боящихся высоты. Влево от меня – ничего не видать до самого изгиба плавно поворачивающей стены. А вот справа метрах в тридцати виднеется отверстие в полу, прикрытое каменным козырьком.

В стене на глубине в тридцать сантиметров «оком волхва» замечаю пустоты. Этакий внутренний тоннель, пронзающий стену вдоль, под самым полом. Варьируя иные варианты зрения, сумел различить какое-то зеленоватое мерцание, распространяющееся вверх и в стороны. Неужели то самое опасное излучение, которое горожане задействовали против любого проникновения в их город? И насколько оно опасно? Из леса это мерцание не просматривалось. Наверняка из-за этого излучения у меня теперь отвратительное состояние. И не тянет ли данное мерцание из меня еще что-то ценное?

Испугавшись, несколько запоздало просмотрел объем своего хранилища энергии. И выдохнул с невероятным облегчением: все те же двадцать два процента. Обидно, что так мало, но радостно, что хоть эта мощь пока остается нетронутой. Не хватало мне остаться без своего самого действенного и эффективного оружия.

Так и не вставая на ноги, лихорадочно перебираю все свои способы защиты и наличные магические щиты. Очень уж не нравится чувствовать себя ущербным и обессиленным. Как ни удивительно, пригодилась вуаль Гимбуро, дар империи Альтру для своего заочного подданного. Увеличивая вуаль, растягивая и прячась под ней, оказался в конце концов завернут в нее, как мумия. И сразу почувствовал невероятное облегчение по всем параметрам.

Скачком возросло восприятие красок, вернулся слух, который до того оказался неожиданно на мизерном уровне, даже тактильные ощущения вдруг улучшились. Из чего делался вывод: до сего момента я тут сидел полуослепший, полуоглохший и почти ничего не соображающий. Что ж это за излучение такое премерзкое, препятствующее посторонним приближаться к верхней кромке стены? То-то мы давно заметили, что даже птички в сторону города не пролетают.

Ну и после создания защиты до меня донесся крик из лесу:

– Борис! Как ты там?! Отзовись! Или покажись хотя бы!

Так что я поднялся на ноги и первым делом посмотрел вниз, туда, где остались семейство Свонхов и мой лучший товарищ. Взволнованного Леньку я отыскал взглядом в кроне близстоящей секвойи и первым делом собрался на него наорать. Представляю, сколько сил он потратил на покорение гигантского дерева, особенно в первой его части. Не говоря уже о смертельном риске нахождения на самых верхних, наиболее тонких ветках.

Но тут же представил, насколько друг изнервничался обо мне и переживает, и постарался придать своему голосу максимум оптимизма и уверенности в ближайшем будущем:

– Вот он я! Все пучком! Победа!

– Ура-а-а! – задергался от радости Найденов, чуть не свалившись с ветки. – А город?! Что видно в городе?

– Честно говоря, еще в ту сторону не смотрел! – перекрикивался я с ним. – Только вот отдышался да на ноги встал. Здесь какое-то угнетающее излучение, намучился, пока от него не отгородился… Да и последние метры подъема – это сущий кошмар! Вспоминать тошно. Хвала шуйвам, что мы все единовременно не стали взбираться. Стена здесь шероховатая и вся в трещинках. Только благодаря смачиванию поверхности и добрался. Но ты давай спускайся вниз, а я гляну, что там в самом городе творится.

– Нет! Подожду здесь. Лучше будет слышно.

Понял, что отговаривать бесполезно. Да и «карапузов» внизу рассмотрел, прыгающих от радости и машущих мне руками. Главное, что они никуда не дергались и на стену следом за мной не карабкались. А то с них станется и не то сотворить! Все учудить могут, без исключения. Не будь у нас жесткой дисциплины, Руд уже наверняка карабкался бы где-то на середине дистанции. А девочки… Ох уж мне эти девочки!..

Отсалютовав всем кулаком, посоветовал другу хотя бы чуть ниже спуститься и после этого отправился к противоположному парапету. И там замер надолго, любуясь красотами и жутко жалея, что у меня нет с собой видеокамеры. Раскинувшийся предо мной город не поддавался описанию несколькими словами. Таких характеристик, как «большой, удивительно красивый, величественно древний, фантастически украшенный и нестандартно построенный», явно не хватало.

Естественно, мне, побывавшему во многих мирах, видевшему иные столицы, было с чем сравнивать. Тот же Рушатрон превосходил данный город во много раз размерами и величием. А такой город, как Урарту, стоящий на пуповине миров нашей грозди, вообще поражал немыслимыми размерами, разнообразностью строений и оригинальностью общего ландшафта. Правда, видеть мне его довелось с высоты и только благодаря ментальному показу видеофильма все тем же Лобным Камнем.

На Земле тоже имелись поселения, способные удивить путешественников между мирами, но данный город, по моему мнению, являлся уникальной жемчужиной. Если в данном мире все такие или ему подобные, то на их исследование любой ученый будет готов потратить несколько жизней. Потому что нет, наверное, в мирозданиях селения, обнесенного стеной, вырубленной в едином скальном монолите.

Ну и внутренние застройки завораживали взгляд.

Башни разных форм и конфигураций частенько достигали высоты стен, а то и возвышались над ними. Здания в двадцать, двадцать пять, а то и в тридцать этажей стояли довольно плотно, и улицы между ними скорей напоминали горные ущелья. Крыши везде плоские, ограниченные по краям каменными парапетами или каменными перилами с балясинами. И на всем этом явный, пусть и не слишком толстый слой пыли. Неужели сюда не проникает ветер? И здесь не идут дожди?