Белый тигр в дождливый вторник... - Татьяна Коростышевская

Вера вернулась к столу. Обваренный телефон благоухал кофе. От этого запаха у девушки сводило скулы. Она, поддев ногтем, сняла крышку корпуса и вытащила потекший аккумулятор, потом сим-карту, перевернула ее и чертыхнулась. Металлизированный золотистый чип был испорчен — глубокие царапины обнажали пластик основы. Если бы в этот момент перед Верой оказалась ее бывшая подруга, без безобразной драки не обошлось бы.

Опять захотелось зареветь. Девушка задумчиво побросала телефонные запчасти в ящик, убрала все в шкаф и отправилась к холодильнику. Плакать нельзя — слезы делу не помогут. Надо просто хорошо подумать. Не бывает проблем без решения, как говорит дед.

Стакан ледяного апельсинового сока приятно холодил ладони. Вера уселась на диван, включила телевизор и уставилась сквозь экран.

Сообщение пришло от телефонного оператора, значит, теоретически в базе данных оно должно сохраниться. Это раз. Два — электронная продажа билетов. Если дед покупал билет, не пользуясь приложением для телефона, сам билет должен храниться в его почте.

Вера допила сок, достала из чехла ноутбук и включила его.

Пока операционная система выдавала на экран текст приветствия, девушка раскрыла на столе блокнот — ей предстояло подобрать пароль к почтовому ящику.

Репетиция подошла к концу. Ребята из подтанцовки разоряли столик с напитками, Пак Мин Джун упаковывал в чехол гитару.

— Все хорошо, хён? — Хо Мин Су протянул ему бутылку с водой. — Мне показалось, ты встревожен?

— Сегодня ты понадобишься мне, брат. Мы улизнем с вечеринки и отправимся в дом командира. Я хочу, чтобы ты поговорил с демоном.

Хо Мин Су был мудан, а если точнее, паксуму — шаман, особенностью которых являлась возможность прямого общения с демонами. Вообще, корейские шаманы издревле делились на два вида: паньсу, которые считались повелителями демонов, способными прогонять или даже убивать их с помощью магии, и мудан. Мудан всегда были женщинами, могущими располагать к себе духов. Хо Мин Су женщиной не был, зато этой чисто женской способностью обладал. Подобные ему мужчины назывались паксуму.

Младший брат сдержанно кивнул.

— Я сделаю, как ты скажешь, хён. Мне понадобится около получаса — подготовиться к обряду.

— Время терпит. Сначала концерт, потом вечеринка. Нам обоим придется ее посетить. Думаю, мы сможем быть у дома командира в полночь. Я бы хотел воспользоваться фургончиком, который одолжил нам любезный господин Пак.

— Да, фургон на гостиничной парковке. Я не загонял его в подземный гараж, так что до него будет просто добраться.

— Хорошо. Думаю, сейчас нет смысла возвращаться в отель. Организаторы предоставят нам комнату для отдыха?

— Да, они обещали.

— Обед?

— Не думай о мелочах, хён. Позволь своему младшему брату исполнять его обязанности.

Пак Мин Джун улыбнулся:

— Извини, я не сомневаюсь в твоем профессионализме, мистер Хо — величайший администратор современности. Кстати, я смотрел запись вчерашней пресс-конференции. Ты справился великолепно.

Хо Мин Су поклонился:

— Я старался.

Система приняла уже второй пароль. Как у любого человека, у Петра Лисицына было несколько электронных почтовых ящиков на разные случаи жизни. Отдельный — для подтверждения регистраций и покупок в интернет-магазинах. Вера когда-то пользовалась им, заказывая что-то для деда, и комбинацию букв и цифр приблизительно помнила. Что-то связанное с датой и местом ее, Веры, рождения. Нет, не те, которые стояли в ее паспорте, другие. Восемь цифр, шесть букв. Нет? Значит — название не города, а провинции…

Экран приветливо мигнул, ячейки ввода сменились списком сообщений. Бинго!

Вера повела пальцем по сенсорной панели, прокручивая список. Подтверждение покупки билета обнаружилось почти сразу. Вера раскрыла прикрепленный файл и отправила в печать картинку. С одной проблемой она на сегодня разобралась.

Бумажный лист был теплым и едва заметно пах краской. Вера проверила, не размазался ли штрих-код. Все было в порядке. Она сложила распечатку, спрятала ее в рюкзачок и расслабилась.

Время терпит. Начало концерта в десять вечера, значит, из дома ей нужно выйти в девять. Такси она вызывать не будет, воспользуется городским транспортом — автобусом, потом пройдет пару кварталов пешком. Сейчас — Вера взглянула на настенные часы — четыре, так что она все успеет.

А тем временем Зайка получала нагоняй — выволочку, разнос, втык. Первый раз за время работы в «Синей птице». И этот новый опыт Зое Опаловой совсем не нравился.

Эдуард Владиславович, пониженный в должности, но основных полномочий не лишенный, потряхивал перед бледным лицом девушки распечаткой телефонных звонков и орал:

— Как, как вы могли не проверить время вылета? Перевозчики вчера утром предоставили информацию. Вы понимаете, что уже завтра нас завалят рекламациями? Семьдесят человек! Семьдесят недовольных клиентов! Уж от кого-кого, а от вас, Зоя, я такой халатности не ожидал.

Зайка молчала, вдыхая крошечные порции воздуха, чтобы не расплакаться. Слез Эдуард Владиславович не терпел, считал их проявлением непрофессионализма.

Верка, овца драная, бросила ей вчера писульку на и-мейл и руки умыла, пошла перед новым директором лебезить. А Зайка даже разбираться не стала. Ну, перенесли вылет на сутки. И что теперь? Каждому клиенту позвонить-написать и извиниться? Иногородним отель на одну ночь забронировать? Компенсацию с перевозчиков выбить, чтобы хоть этот отель оплатили? Не разбирается менеджер Опалова в этих мелочах. Ее дело отделом руководить, а обзванивать-убалтывать это Лисицыной обязанность. Была…

Мало того что из-за этой овцы она, Зайка, даже на минутку телефон бросить не может, мало того что кофе себе самой варить приходится, письма самой набирать, так еще и шеф взбеленился ни за что. Кажется, пора нового директора подключать. Вот прямо сейчас — пойти и потребовать еще несколько человек себе в отдел. А то что же получается? Она для Королева ужом вьется, чтобы его тайные поручения до буковки выполнить, а от него никакой отдачи.

Эдуард Владиславович, прооравшись, слегка остыл. Вздохнул, бросил на стол растрепанные листы и упал в кресло.

— Ступайте, Зоя, садитесь за телефон, звоните в авиакомпанию…

Девушка сдержанно кивнула.

— Все будет сделано.

— Уж постарайтесь, Зоя Сергеевна. Иначе я из вашей зарплаты неустойку выплачивать буду.

Зайка вышла из кабинета, хлопнув дверью. Старый козел! Ничего, она на него управу найдет! Светочка, секретарша Эдуарда, удивленно подняла брови:

— Ты чего, Опалова? Озверина с утра переела?

Зоя ответила холодной улыбкой.

Верки на месте не было, впрочем, как и нового директора. Запредельный трудовой энтузиазм! Зайка подергала ручку запертой двери, пнула ни в чем не повинную деревяшку носком туфли. Не полегчало.