Адские механизмы. Книга 3. Механическая принцесса. - Кассандра Клэр

Да даже если Бог будет искать очень тщательно,

Не услышит он ни звука;

Пусть ищет он в каждой моей вене

Не найдет ничего он там, кроме любви.

- Алджернон Чарльз Суинберн, -Хвала Венере-

Кому: Членам Совета

От: Джошуа Вейланда, Консул

С тяжелым сердцем я берусь за перо,чтобы написать вам,господа.Многие из вас знают меня долгие годы и многих из вас я вел в качестве Консула.Я верю,что вел вас хорошо и служил Ангелу изо всех сил.Однако,человеку свойственно ошибаться,и я верю,что совершил такую ошибку,назначив Шарлотту Бранвел во главе Лондонского Института.

Когда я назначил ее на пост,я верил,что она пойдет по стопам своего отца и докажет верное лидерство,служащее законам Конклава.Я так же верил,что ее муж остановит ее естественную женскую склонность к импульсивности и легкомыслию.

К сожалению,это оказалось не так. Генри Бранвелу не хватило характера управлять своей женой и,скованная женским долгом,она оставила добродетели послушания далеко позади. Только на днях я обнаружил,что Шарлотта отдала приказ освободить шпионку Джессамину Ловлесс в из Города Молчания обратно в Институт,не смотря на мое высказанное желание вернуть ее в Идрис.Я так же подозреваю,что она протягивает руку тем,кто не дружественен с нефилимами и в действительности может даже быть в союзе с Мортменом,таким,как оборотень Вулси Скотт.

Совет не служит Консулу; всегда было наоборот. Я символ могущества Совета и Конклава. Когда мой авторитет подрывается неповиновением, он подрывает авторитет нас всех. Лучше - послушный парень, как мой племянник, которого не надо проверять, чем та, чья стоимость была проверена и найдена очень небольшой.

Именем Ангела,

Консул Джошуа Вейланд.

Уилл вспомнил. Однажды, месяцы назад, в комнате Джема. Дождь стучал в окна института, оставляя размытые линии на стекле.

-И это все? - спросил Джем. - И это все? Вся правда? - он сидел за столом, одна его нога была подогнута под него на стуле; он выглядел очень юным. Его скрипка была прислонена к стулу. Он играл на ней, когда пришел Уилл и без предисловий объявил, что пришел конец вранью - что он хотел признаться и хотел сделать это сейчас.

Он закончил Баха. Джем отложил скрипку, его глаза были направлены на лицо Уилла все время, тревога расцветала в его серебристых глазах, в то время как Уилл рассказывал все больше и больше, пока он не закончил.

-Это все, - сказал Уилл наконец, когда закончил.

-И я не буду осуждать тебя, если ты ненавидишь меня. Я могу понять это.

Возникла длинная пауза. Взгляд Джема был направлен на его лицо, уверенный и серебристый, как колеблющееся пламя огня.

-Я никогда не ненавидел тебя.

Внутри Уилла все перевернулось, в то время, как он представил другое лицо, пару серо-голубых глаз.

- Я пыталась ненавидеть тебя, Уилл, но я не могу управлять этим, - сказала она. И в этот момент Уилл болезненно осознал, что то, что он рассказал Джему не было 'и это все'. Здесь было больше правды. Здесь была его любовь к Тессе. Но это было его бремя, а не Джема. Это было тем, что нужно скрыть от Джема для его же счастья.

-Я заслуживаю твоей ненависти, - сказал Уилл Джему, его голос надломился. - Я подверг тебя опасности. Я верил, что я проклят, и что все, кто меня любят умрут; но я позволил себе заботиться о тебе, и позволил тебе стать моим братом, подверг тебя риску и опасности...

- Не было никакой опасности.

- Но я верил в это. Если бы я приставил револьвер к твоей голове, Джеймс, и нажал бы на курок, было ли важно, что я не знал, что там нет пуль?

Глаза Джема расширились,а потом он засмеялся мягким смехом.

—Ты думаешь,я не знал,что у тебя был секрет?, — он сказал.-Ты думал,что я прошел через нашу дружбу с закрытыми глазами?Я не знал природы бремени,которое ты нес.Но я знал,что было в тягость.-Он встал.-Я знал,что ты считал себя ядом для всех,кто окружал тебя-он добавил.-Я знал,что ты думал,что разрушительная сила в тебе должна сломать меня.Я имел в виду,что хотел показать тебе,что не сломаюсь,любовь не была такой хрупкой.Я сделал это?-

Уилл опять пожал беспомощно плечами. Он почти желал, чтобы Джем начал сердиться на него. Так было бы проще. Он никогда не чувствовал себя таким маленьким, пока не столкнулся с добротой Джема. Он подумал о Сатане Мильтона. Смущенный дьявол стоял, / И чувствовал, как ужасно добро. - Ты спас мою жизнь, - сказал Уилл.

Улыбка озарила лицо Джема, как сверкающий восход солнца пробивается над Темзой. - Это все, что я хотел.

-Уилл? - мягкий голос вырвал его из раздумий. Тесса сидела напротив него внутри кареты, ее серые глаза цвета дождя были видны в тусклом свете.

-О чем ты задумался?

С усилием он вернулся от своих мыслей, его глаза зафиксировались на ее лице. Лице Тессы. На ней не было шляпки, а капюшон ее парчи упал на спину. Ее лицо было бледным, с широкими скулами немного заостренным подбородком. Он подумал, что никогда не видел лица с таким сильным выражением эмоций: ее каждая улыбка разбивала его сердце, словно молния засохшее дерево, каждая ее печаль приносила ему столько же боли.

-Джем, - сказал он абсолютно честно. - Я думал о его реакции, когда рассказал ему о проклятии Марбаса.

-Он очень беспокоился за тебя,- сказала она быстро. - Я знаю это; он мне рассказал.

-Беспокоился, но не жалел, - сказал Уилл. - Джем всегда дает мне то, в чем я нуждаюсь, даже когда сам не знаю в чем нуждаюсь. Все парабатаи связаны. Мы должны отдавать друг другу все, что требуется, даже если так мы теряем свои силы. Но с Джемом все по другому. На протяжении многих лет я нуждался в нем, чтобы жить и он сохранил меня в живых. Я думаю он не осознавал, что делает для меня, но он делал.

- Возможно, - сказала Тесса. - Он никогда не считал эти усилия пустой тратой.

-Он не говорил тебе никогда про это?

Она покачала головой. Ее худые руки, лежавшие на коленях, в белых перчатках, сжались в кулак.

-Он говорил о тебе только с величайшей гордостью, Уилл, - сказала она. - Он восхищается тобой намного больше, чем ты можешь представить себе. Когда он узнал о проклятии, он очень горевал за тебя, но также было что-то вроде...

-Понимания?

Она кивнула.

- Он всегда верил в то, что ты хороший человек, - сказала она, - и ты это доказал.

- Я не знаю, - горько сказал он, - быть хорошим и проклятым - это не одно и то же.