Нежный свет. Невеста для архимага - Татьяна Кошкина

Выдыхают Декстер и Ричард одновременно, одинаково сжимают набалдашники тростей. Видимо, маги — главное ругательство в доме.

— Но за столом, Вера, ты все нам расскажешь.

— Добровольно, — припечатывает напоследок Декс.

Почему все мужчины-маги такие вредные? Даже сталь-Алисия отнеслась с пониманием, хоть и вызывает неоднозначное чувство опасности. Примерно такое же, как её муж. Они оба мне не доверяют и дорожат Ричардом. Как-то уж слишком сильно дорожат. Чувствую себя на смотринах в семье жениха.

* * *

Рассказываю все без утайки. Глупо скрывать, когда напротив тебя за широким деревянным столом сидит маг, способный вытащить любую информацию силой. Да мне и нечего скрывать. Подробно описываю свой день, заминая только поцелуи с Ричардом. Называю их “ссорами”, архимаг рядом хмыкает, но не поправляет.

Сытый желудок, немного вина и, несмотря на остроту ситуации, накатывает приятная сонливость.

— Протяни руку, — командует Декстер. — Не эту, а с браслетом!

Уточнять надо. Послушно вытягиваю над столом и остатками ужина руку. На запястье отражает блики подарок от Торнтона.

— Сними кольцо, на нем чары моего мага. Я не вижу других, — также спокойно требует слепой, который не такой уж и слепой.

— Декстер — видящий, — объясняет Ричард. — С точки зрения человека, абсолютно слеп, но видит мир по отражению света. Он лучше всех в мире читает световые карты и слышит магию так чутко, как не может уловить никто другой. Иногда, очень редко, может заглядывать в будущее.

— Твой свет многое сможет о тебе рассказать, Вера, когда я сниму эту гадость! — кривит лицо Декстер и метко попадает в браслет кончиком трости.

Оникс превращается в пыль. Я сама не знаю, что чувствую в этот момент: грусть или освобождение. Неужели Торн?

* * *

— Ричард, надо поговорить, — поднимается из-за стола Декстер. — Вера, вас проводят в комнату, — бросает мне коротко.

Что, простите? Я на секунду теряю дар речи. Меня только что отшвырнули в сторону, как ненужную куклу? Неужели этот видящий допускает мысль, что после всего увиденного и услышанного я хоть с места сдвинусь? На моих глаза рассыпался в прах подарок человека, с которым у меня вот-вот начали выстраиваться доверительные отношения.

— Ну уж нет, я имею право знать. Это Торнтон управлял мной? Фэмы? Что, черти вас раздери, происходит! — вскакиваю со стула и хлопаю ладонями по столешнице.

Если они привыкли, что нежный свет молчит скромно опустив глазки, то пусть засовывают эту привычку туда, откуда доставать противно.

— Я же говорил, головная боль. Откуда ты знаешь про фэмов, Вера? Сядь, мы поговорим здесь. Не хочу провоцировать тебя на опрометчивые поступки в виде подслушивания и подглядывания.

Алисия улыбается мне и подмигивает. Уверена, если бы она знала распространенный в том мире жест — палец вверх — точно бы показала.

— Согласна. Мы все должны понять, что происходит, Декстер! Оставлять её неведении, все равно что дать врагу в руки оружие. Вера должна быть предупреждена.

Шайн Блинд не соглашается, но и не отказывается. Смотрит на жену несколько секунд, как будто говорит с ней без слов, та что-то произносит одними губами. Я не умею читать по губам. Но сейчас главное — результат, а не то, что говорит Алисия мужу.

— Хорошо, что вы приехали к нам, — Декстер резко садится на стул. Он недоволен, но изящная рука жены со следами порезов и мозолей на пальцах накрывает его ладонь. — Только я, или другой видящий, мог распознать сущность этой вещи. Браслет соединял тебя с кем-то другим, этот кто-то посадил тебя на поводок и мог в любой момент воздействовать. Возможно, из-за него ты слышала голоса.

Из всех людей, кто хочет нацепить на меня ошейник, думаю, Торнтона я бы назвала в числе последних. Зато кое-что встало на свои места. Фэмы, источники и рассказ мага. Вот почему он так много знает о том, что свет отдает источникам силу. Возможно, и про тот мифический источник сказал не просто так?

— Думаете, он работает на фэмов? Тома мне рассказала про девушку, которая пострадала на прошлом аукционе. Ходят слухи, что эти сумасшедшие хотят тебя убить, — поворачиваюсь к Ричарду.

— Это не слухи. Думаю, ты сделала правильные выводы. Торнтон вручил тебе этот браслет, зная, что мы притягиваемся магией совмещения. Ты была бы идеальным убийцей. Терпеть меня не можешь, но постоянно оказываешься рядом. Ненавидишь местный порядок, хочешь домой. Характер революционера-террориста. Поводов более чем достаточно. Плюс, он считает, что ты не местная. Значит, вступиться на суде за тебя некому. Чик и все. Дело в шляпе: архимаг мертв, виновные наказаны.

— Красиво, — хмурюсь до боли между бровей, но что-то внутри меня нашептывает: “Это еще не всё”.

— Декс, зачем ты уничтожил браслет? Мы могли его нейтрализовать, отследить истинного владельца. Вряд ли сам Торнтон дергает за веревочки.

— Я не уничтожал. Охранное заклинание. Почувствовало меня и уничтожило артефакт. Нам нужен Торн, — глубокая морщина пролегла между широких бровей Декстера.

— Уже отдал команду. Маги уже работают в замке Шайн Флай.

На лице Ричарда застыла восковая маска спокойствия, архимаг даже бровью не повел, узнав, что на отборе опасный тип. Просто хладнокровно отправил приказ взять его раньше, чем это предложение было озвучено. Тронула ли его догадка об угрозе для жизни? Я не уверена.

На пару секунд за столом повисла тишина. Алисия и Декстер в упор смотрели на Ричарда. Я на всякий случай тоже. Через секунду едва слышный “вжик” нарушает тишину.

— Скрылся. Принца Вельмонта нашли и взяли под стражу. Они могут быть заодно. Простите, мне нужно связаться с командиром поискового отряда. Этот разговор точно не терпит лишних ушей, — строгий взгляд на меня.

А я приросла к стулу. Вельмонт под стражей, Торнтон сбежал. Я понятия не имею, что с Зефиркой. Можно ли кому-то доверять в этом мире? Неужели, меня хотели использовать, как марионетку? Если бы Декстер не заметил, в один из дней я могла бы стать убийцей?

— Я провожу Веру в гостевые покои.

Что? Впиваюсь взглядом в хозяина замка, который уже медленно поднимается со стула. В поисках поддержки кошусь на его жену. Почему-то Алисия вызывает у меня доверие, а вот её муж по-прежнему иррациональный страх. Едва заметный кивок брюнетки немного успокаивает. Совсем немного. Чуточку.

Ричард уходит, не оглянувшись.

* * *

В полумраке коридора прохладно, я пытаюсь скрыть бегающие по позвоночнику мурашки. Удивительно, но архимаг, перед которым люди склоняют головы, не вызывает во мне такого трепета.

— Ты знаешь, почему так ценится нежный свет?

Спрашивает Декстер, когда мы проходим по одному из особо темных коридоров. Если честно, я уже запуталась в лестницах, переходах и дверях, но послушно следую за хозяином. Единственное, что могу сказать точно, мы на третьем этаже.