Семь чудес и ключи времени - Питер Леранжис

– Извини, – зевнул Торквин, заходя ко мне в комнату, его босые ноги шлепали по полу словно дохлые рыбины. – Проспал. Идем.

Я спрыгнул с кровати и последовал за ним по коридору. Было почти полвосьмого объявленного тренировочного дня. Ровно в шесть какой-то техник забрал Касса в медиацентр. Марко отбыл в компании охранников-качков. И еще кто-то увез Эли на гольф-каре в сторону центра управления. Все мы с самого утра и до двух часов дня должны были «оттачивать мастерство», после чего профессор Бегад будет ждать нас классной комнате.

Но Торквин опоздал.

– Куда ты меня ведешь? – спросил я.

– Гараж, – ответил он.

Отлично. Либо мой дар имел какое-то отношение к машинам, либо мне судьбой было предназначено стать первоклассным сторожем.

Когда мы оказались снаружи и окунулись в яркие солнечные лучи, я вдруг сообразил, что не имею ни малейшего представления, какая погода была последние двадцать четыре часа. Весь прошлый день был проведен в сне, спорах и поглощении пищи, которую Конан привозил на тележке в наш корпус.

Пришлось потратить немало времени, чтобы удовлетворить любопытство Эли, так как она не помнила ничего из произошедшего ночью. В конце концов мы сошлись в одном: следовать плану Бегада. Пусть даже я оказался единственным, кто все еще не верил его словам.

– И-и-ия! – послышался отдаленный крик. На противоположной стороне центрального газона несколько охранников сошлись в некоем подобии схватки по боевым искусствам. На них была специальная форма, а в руках они держали палки, которыми друг друга атаковали.

Стоп. Не друг друга. Из центра группы выпрыгнула одинокая фигура; сделав идеальное сальто назад, она приземлилась за спинами нападавших и палкой ударила их сзади под колени. Почти все охранники тут же растянулись на земле.

– Марко? – пробормотал я.

– Опасный тип, – сказал Торквин, вразвалочку направляясь к медиацентру. Открыв дверь, он зашел в огромную комнату, забитую круглыми подушками с полистиролом внутри, мониторами и играми.

Сердце у меня подпрыгнуло.

– Круто! – оценил я. – Так ты пошутил насчет гаража?

– Так короче, – ответил Торквин.

Он направился к двери в противоположном конце комнаты, за которой оказался длинный, выложенный кафелем коридор. Мы шли мимо открытых комнат, в одной из них я заметил Касса в компании каких-то ученых, столпившихся у стола. Кто-то прилаживал к его голове электроды, подключенные к неизвестному мне аппарату. Касс и еще двое ребят с эмблемой «ИК» на одежде уставились на огромную детализированную карту острова. В центре карты чернело огромное пятно горы, обозначенной как «Оникс».

– Это мы сейчас там? – спросил я.

– Мы сейчас в коридоре. Это карта.

В конце коридора Торквин толкнул дверь. В нос ударила смесь запахов горячей резины и смазки.

– Заходи, ну.

Мы продолжили наш путь внутри огромного строения, похожего на ангар. Куда ни глянь, повсюду стояли самые разные модели автомобилей, грузовиков и автобусов – все в процессе покраски или ремонта. Вокруг них сновали механики, кто-то забирался под кузов, а кто-то с головой нырял в открытый капот. В дальнем конце здания, который казался в миле от нас, я заметил подводную лодку, вытащившую нас из моря. Сейчас ее подняли на высоту примерно шесть футов от пола. С днища сняли большую квадратную панель, и оттуда торчал спутанный клубок порванных проводов, посверкивали какие-то трубы и черная металлическая обшивка. Субмарина словно только что вернулась из боя.

Мы остановились прямо под ней. Торквин указал наверх.

– Ночью, когда мы нашли вас, – сказал он, – ударились обо что-то. Едва добрались.

– Выглядит серьезно, – заметил я.

Поэтому он привел меня сюда? Хотел показать, какой ущерб по нашей вине был причинен субмарине? И чего ему от меня надо – извинений?

– В следующий раз попросим прислать за нами машину. И куда мне теперь идти?

Торквин остался стоять на месте, не отрывая от меня взгляда. Прошла минута-другая, наконец он нагнулся и поднял с пола гаечный ключ.

– Чини, – сказал он. – Вернусь без пятнадцати два.

* * *

– Йеху! – крикнул Марко, едва ли не вприпрыжку пересекая газон. – Хиро сказал, я получу второй дан за неделю!

В конце этого мучительного утра Марко Великолепный был последним человеком, кого бы я хотел увидеть. Мало того что он все утро оттачивал боевые искусства, так теперь он с горящими глазами устремился ко мне с баскетбольным мячом в руках. Выйдя из гаража, я без сил опустился прямо на землю. Все лицо у меня было в смазке. За моей спиной на боку лежала субмарина, выглядящая так, будто все ее внутренности вывалились наружу.

Я успел подружиться с механиком, представившимся Фрицем, все лицо которого покрывали татуировки со змеиной эмблемой «ИК». Он попытался научить меня обращаться со сварочным оборудованием и заклепочным пистолетом. В итоге я прожег дыру в гидравлическом подъемнике, умудрился сорвать с петель аварийный люк субмарины, сломал материнскую плату и схемы и – не знаю как – отрубил один из пропеллеров. Сейчас аппарат пребывал в куда худшем состоянии, чем утром. Я думал, у Фрица от столь долгих криков на немецком взорвется голова. Теперь механики обсуждали, не подать ли заявку на новую субмарину.