Лоенгрин, рыцарь Лебедя - Юрий Никитин

Она вся светилась, излучала эту радость, что проникает сквозь толстые стены и заливает весь замок, Лоенгрин смотрел с великой нежностью.

– Эльза, дорогая, – сказал он тихо, – мы оба в несколько странной и неожиданной для себя ситуации…

Она прервала счастливым голосом:

– Милый… Для меня она совсем не странная и вовсе не является неожиданной… Многие из нас мечтают, как однажды прискачет принц в сверкающих доспехах и на белом коне, молодой и красивый, засмеется весело и возьмет в жены… Мне выпало такое неслыханное счастье!

Он пробормотал:

– Мечты имеют несчастье сбываться…

– Милый?

– Очень редко, – уточнил он, – к счастью. Эльза, каждый наш шаг и каждое слово открывают новые двери. Давай всегда стараться поступать только правильно…

Она вскрикнула в удивлении:

– Ты весь такой правильный! О чем ты волнуешься?

Он сказал в смущении:

– Эльза, я в самом деле безупречен как странствующий рыцарь. Не буду хвастаться, но я в самом деле немало сразил драконов и очистил земель от чудовищ, разорявших деревни и убивавших людей. Однако я никогда не сидел в кресле герцога… вообще правителя!.. Ты была с отцом, видела, как он держит вожжи в руках, и, надеюсь, будешь подсказывать мне…

Она счастливо расхохоталась.

– Милый! Да конечно же! О чем ты беспокоишься?.. Хозяйство устроено так, что все идет само по себе. Вмешиваться приходится только в самых особых случаях, но, надеюсь, до этого не дойдет либо… дойдет не скоро!

Он с облегчением вздохнул.

– Да, хорошо, что герцог все наладил.

– Милый, тебе не о чем беспокоиться!..

Он выглядел таким смущенным и очень растерянным, что она ощутила небывалый прилив смелости, сама шагнула к нему и, обняв, прижалась всем телом.

– Эльза, – шепнул он тихо и погладил ее по спине. – Милая Эльза… Теперь герцогство – наша ответственность. Пусть пока идет, как ты говоришь, само по себе, но мне надо будет очень быстро разобраться со всеми деталями этого механизма. Что-то мне подсказывает, это посложнее устройства арбалета, баллисты или даже тяжелого требушета. Ты… отдохни пока, а я схожу вниз, познакомлюсь с людьми.

На выходе он первым увидел сэра Перигейла, тот разговаривает с группкой рыцарей, неподалеку от них трое парней разгружают телегу с мешками муки, управляющий выглядывает из подвала и машет грузчикам, то ли поторапливая, то ли указывая, куда нести.

Лоенгрин остановился и оглядел его на этот раз внимательнее, с начальником охраны замка наверняка придется иметь дело чаще всего.

Это один из тех воинов, что начинают ратную службу в ранней молодости простыми воинами, затем их берут оруженосцами, в рыцари посвящают не в честь заслуг предков, а за ратные подвиги на бранном поле, когда просто нельзя не вручить золотые шпоры, а вот, обретя бесценный опыт в многочисленных боях, осадах и защитах крепостей, научившись за многие годы битв руководить людьми, такие люди наконец-то получают предложение занять должность начальника охраны замка, бурга, земли…

В обязанности Перигейла, как он понимает, входит охрана замка Анвер, обучение и подготовка молодых воинов, а также надзор за всем хозяйством, что имеет отношение к воинской службе: оружейной, бронной, кузницей, выделкой шкур, изготовлением стрел, а также конюшней.

Лоенгрин ощутил к нему симпатию с первого же взгляда, когда увидел в день поединка с Тельрамундом, и сейчас это чувство, как он заметил, уже пускает корешки.

Рыцари замолчали, повернулись, глядя на рыцаря Лебедя с почтением, уважением, интересом. Среди них Лоенгрин заметил и того, который одновременно с Перигейлом принял вызов Тельрамунда. Высокий, жилистый, с худым костистым лицом, на подбородке уже седая щетина, но чувствуется, что сражается не хуже молодых: плечи широкие, руки длинные и мускулистые от постоянных упражнений с тяжелым мечом или топором.

Перигейл встретил нового хозяина широкой улыбкой. Лоенгрин прочел в его глазах откровенное: наконец-то сброшу на его плечи то, что и должен нести хозяин замка!

Судя по его лицу, он собирался поприветствовать нового хозяина заранее заготовленной фразой, но Лоенгрин подошел сам и заговорил с должным почтением в голосе:

– Сэр Перигейл, я хочу поблагодарить вас за желание вступиться за честь Эльзы в поединке…

Перигейл покачал головой.

– Это был мой долг. Другое дело – сэр Шатерхэнд, сэр Мортен Хоинберг, сэр Торбьен Олсонторн… А граф Ричберт вообще не из Брабанта… Позвольте, кстати, сразу представить вам рыцарей, что верно служили покойному герцогу: сэр Диттер Кристиансен, Коллинс Нортстедт, Харальд Оустейнсон… Старший рыцарь – сэр Эрланд Шатерхэнд…

Они все преклонили колено, Лоенгрин при взгляде на Шатерхэнда вспомнил снова, как в час его прибытия этот рыцарь переступил бревно, готовясь вступить в бой с графом Тельрамундом за честь Эльзы, – могучего сложения, ростом не уступит, разве что не настолько ужасающе огромен, железа на нем вдвое меньше, меч короче, а щит заметно легче, но шрамы на его лице говорят о том, что в схватках бывал жестоких и не избегает их сейчас.

– Рад вас видеть, братья, – сказал Лоенгрин, рыцари переглянулись от необычного обращения, но посерьезнели, так члены рыцарских орденов обращаются друг к другу, – трудное время, надеюсь, миновало. Но у нас много работы и много забот… Встаньте и больше не преклоняйте передо мной колена, ибо я паладин и равен вам во всем.

Рыцари поднялись, по очереди кланялись, улыбались любезно, куртуазность диктует поведение, но взгляды оставались испытующими и в то же время исполненными почтительности.

Перигейл сказал деловито:

– Сэр Лоенгрин, пользуясь случаем, хочу сразу предупредить, держите все дела в железной рукавице.

Лоенгрин спросил встревоженно:

– А что случилось?

Перигейл сдвинул плечами.

– Ничего. Просто челядь есть челядь… Работать никто не любит. После смерти герцога все надеялись, что, когда в замке будет править кроткая Эльза, можно будет работать спустя рукава, а то и вовсе лежать с утра до вечера, жрать до отвала и пить вино из хозяйских запасов, но, когда прошел слух, что герцогство подминает под себя ужасный Тельрамунд, все сразу запаниковали…