Слеза Дракона - Александр Ерунов

После ухода Нэвила Гарольд Финсли сел на кровать и задумался. То, что о задании императора он узнал только прочитав бумаги, было мягко говоря неправдой. Эта отговорка была придумана им с императором специально для Нэвила, чтобы избавиться от лишних вопросов с его стороны. Про Пир Народов они с Натаниэлем Сигвардом знали давно и имели сведений о нём гораздо больше, чем Гарольд рассказал своему ученику. Человек же, с которым ему предстояло встретиться, тоже был знаком ему уже лет двадцать. Он проник в Пир Народов ещё при императоре Авеле и, как было известно Гарольду, по заданию самого правителя. Тот давно мечтал взять деятельность этой секретной организации под контроль, и внедрение в неё своего человека рассматривал как дело первейшей необходимости, а потому готовил его долго и очень тщательно. К сожалению, даже такая мера предосторожности не помогла Авелю избежать гибели, и дело тут было совсем не в том, что агент предал своего хозяина. Уж кому другому, а Гарольду было об этом известно доподлинно, поскольку он сам оказался активным участником и невольным виновником тех трагических событий.

Именно Финсли должен был доставить в Эрегон сообщение о готовящемся покушении на императора, но оказался жертвой то ли предательства, то ли рокового стечения обстоятельств. По пути в столицу Гарольд был арестован, поскольку корабль, на котором он плыл, как выяснилось, якобы вез контрабанду. Случайностью ли это было? Он до сих пор был уверен в том, что нет. Кто-то из Пира Народов попросту переиграл разведку императора, и этот провал тяжёлым грузом лежал на душе Финсли. Конечно, потом его отпустили, принесли свои изменения за напрасный арест, но дело-то уже оказалось совершённым. Авель принял свою смерть, династия Дунгаров прервалась, и на престол взошёл Натаниэль Сигвард.

Да, новый император был ближайшим другом и сподвижником Авеля, да, он в меру своих сил и способностей старался продолжить его дело, но величайшего правителя империи Тау не стало, и в том была косвенная вина Гарольда Финсли. Натаниэль ни разу не сказал ему ни слова упрёка и даже приблизил к себе, но пятно на прежде безупречной репутации шпиона всё равно осталось и оно нестерпимым огнем стыда жгло его сердце.

Стоит ли говорить о том, что человек, внедрённый Авелем в Пир Народов, посчитал себя преданным и отказался от дальнейшего сотрудничества как с Финсли, так и с самим приемником императора. Каким образом Натаниэлю удалось уговорить его на эту встречу Гарольд не знал, но в том, что разговор ему предстоял очень неприятный и тяжелый, был просто уверен.

Из размышлений Финсли вывел условный стук в дверь.

– Заходи, Эдвард, – сказал он и быстро встал на ноги.

На пороге стоял пожилой седовласый мужчина, несмотря на свои годы всё еще сохранивший былую военную выправку. Он прикрыл за собой дверь, повернул ключ в замочной скважине и молча прошел в комнату.

– Ты даже не хочешь поздороваться? – усмехнувшись, спросил Гарольд.

– Нет, – сухо ответил Эдвард. – Я считаю тебя и твоего хозяина Натаниэля косвенными участниками убийства императора, и пока ты не докажешь мне обратного, не рассчитывай на любезность с моей стороны.

– Что же, тогда присаживайся. Разговор нам предстоит долгий.

– Не думаю. Вряд ли я услышу от тебя что-нибудь новое.

– А вот здесь ты ошибаешься. У меня есть что сказать тебе, вот только не знаю, могу ли я доверять тебе, как прежде? Можешь ли ты поклясться светлой памятью императора Авеля в том, что всё рассказанное мною навсегда останется между нами?

– Ты еще требуешь клятв?! – горько рассмеялся Эдвард. – Да что такого ты можешь сообщить мне, что потребовало бы без нужды ворошить память о моем покойном господине?!

– Сведения о его сыне, единственном законном наследнике трона и последнем из рода Дунгаров.

– Что?.. – лорд Эдвард смертельно побледнел. – Я не ослышался? Ты говоришь о сыне Авеля?

– Именно о нем, и император Натаниэль готов добровольно уступить престол законному наследнику.

– Я не верю тебе, – выдержав паузу, произнес Эдвард. – У Сигварда есть свой сын, и именно его он прочит в свои наследники.

– У императора нет детей.

– Что за бред ты несешь?! – поморщился лорд Эдвард. – А как же принц Витас?

– Прежде чем ответить на твои вопросы, я ещё раз прошу тебя принести клятву.

– Хорошо, – подумав, ответил лорд Эдвард. – Я клянусь памятью императора Авеля в том, что всё, о чем мы сейчас говорим, навсегда останется между нами!

– Я принимаю твою клятву. А теперь, если не возражаешь, начну свой рассказ. Так вот, ты можешь не верить мне, но ни я, ни, тем более, Натаниэль Сигвард, не желали смерти Авеля. То, что произошло на самом деле, было либо роковым стечением обстоятельств, либо, скорее всего, тщательно спланированной контригрой Пира Народов. Ты, как член этой организации, с гораздо большей долей вероятности можешь предположить, кто мог её провести, но в те времена, похоже, тебе там ещё не до конца доверяли. Попав в ловушку, я не смог донести до Авеля твое предупреждение, и это действительно моя вина, от которой мне никуда не уйти. За свой провал я всегда готов был ответить и перед Натаниэлем, и перед тобой тоже.

– Хорошо, допустим. Но мы пока ни на шаг не приблизились к главной теме. Откуда Вам стало известно о ещё одном наследнике Авеля, и кто он?

– У покойного императора не было секретов от своего друга, – ответил Гарольд. – О том, что последняя любовь Авеля леди Джейн ждёт ребенка, он знал всегда. Больше того, они часто шутили на тему, что получат по сыну примерно в один день. Ты же знаешь, что супруга Натаниэля, леди Аделина, тоже была на сносях.